Глен Кук 
Последний обряд

Темная война – 3

Глен Кук
Последний обряд

Часть первая
Металлические солнца

Глава первая

1

Темный корабль Марики был в сорока милях от Телле‑Рея, когда на город обрушился огненный меч.
От первой вспышки у Марики померкло в глазах. Ослепительное пламя вспыхивало снова и снова – Марика потеряла счет. Повелительница ее корабля тоже на миг ослепла и потеряла управление. Темный корабль штопором пошел к земле.
«Осторожнее! – передала Марика. – Возьми себя в руки, Повелительница!»
Зрение вернулось к ней. В четверти мили слева от них с трудом удерживал равновесие темный корабль Килдзар. Впрочем, вскоре он выровнялся. Марика ощутила прикосновение второй жрицы Редориад:
«Что случилось?»
«Не знаю, госпожа. То новое оружие, что вы говорили?»
Марика еще раз оглянулась на город, так недавно и поспешно покинутый. Низкие тучи горели адским заревом. Темный мир призраков внутри нее был полон ужаса и боли, рассеянной, разлитой, но исходящей от погибающего Телле‑Рея.
«Что нам делать, Килдзар?» – передала Марика.
«Лететь вперед, в Рухаак. Я чувствую, что там, позади, нам делать уже нечего».
«Все так плохо?»
«Хуже, чем ты можешь себе представить. Но откуда ты узнала?..»
«Предчувствие. Приближение чего‑то страшного».
Силты очень прислушивались к интуиции.
«Когда мы взлетели, я только знала, что надо убраться подальше от города. Потом, когда «Звездный странник» показался над горизонтом, я почувствовала, что должно случиться что‑то страшное. И это еще не все. Идет огромной силы горячий ветер».
«Серк заплатят за это».
«Виноваты не Серк, госпожа».
«Из‑за них это стало возможным. Теперь нам еще долго не удастся провести настоящее Собрание. Может, оно и к лучшему. Сейчас ты можешь потребовать что хочешь и получишь это».
«Что там делается?» – спросила Марика.
Воображение Килдзар нарисовало мысленную картину Телле‑Рея. Повсюду бушевали пожары и вздымались к небу грибовидные облака. Марика усилием воли отогнала от себя это зрелище. Даже верить не хотелось, что худшие ее предсказания сбылись.
Внимание Марики отвлекла Повелительница темного корабля.
«Госпожа, – передала она. – Мы приближаемся к Рухааку».
«Подходи осторожно».
И Марика вернулась к беседе с Килдзар:
«Как вы думаете, есть впереди какая‑нибудь опасность? Я ничего не чувствую».
«Я ощущаю пустоту в монастыре Серк. Пустоту и смерть. Но не могу в это поверить. Уже много веков общины не слыхали о калерхаге».
Калерхаг. Последний обряд. Самый страшный из силтских обрядов – ритуальное самоубийство. То, которым кончали свою жизнь когда‑то большинство силт. В диких стойбищах, где выросла Марика, вслед за бесполезными мужчинами и щенками выгоняли старух, если иначе стае было не выжить. В древних сестричествах старые силты уходили из общины, совершая калерхаг. И так поступала каждая сестра, если этого требовала честь.
Темные корабли кружили над монастырем Серк в Рухааке, спускаясь и сбрасывая скорость. Они глядели, как извергаемый дым клубами уходит в облака, как клубится он над горящим Макше после вероломной атаки братьев.
«Нет, сестричество не совершало здесь калерхага, – поправилась Килдзар. Новая мысль еще сильнее огорчила ее. – Они кого‑то увели с собой и отравили остальных».
Марика велела Повелительнице еще снизиться и подойти к монастырю Серк ниже самой горячей зоны пожара. Ее одежду рвал восходящий поток.
«Здесь безопасно, – передала Килдзар. – Садись».
Марика посадила корабль и спрыгнула на землю. Грауэл, ее воктор, слезла вслед за ней и в ужасе уставилась на обожженные стены.
– Что здесь случилось, Марика?
– Килдзар говорит, что они отравили всех, кого не могли увести. Думаю, здание подожгли, чтобы замести следы.
– Какие следы?
Земля под ногами дрожала и стонала, донося отзвук трагедии Телле‑Рея.
– Кто знает? Посмотрим, что мы тут найдем.
Марика сняла винтовку с плеча, и тут налетел горячий ветер. По дороге он растерял силу, но Марика с трудом удержалась на ногах. И посмотрела туда, откуда он прилетел.
– Как они только могли! – зарычала она в лицо ветру. Потом обернулась к Повелительнице: – Оставайтесь здесь. Будьте готовы к взлету.
Главный монастырь сестер Серк стоял посреди большого города Рухаака, окруженного широким зеленым поясом. Сейчас эта полоса была заполнена метами. Марика присмотрелась к ним. Сплошь крепостные Серк. Опасности она не почувствовала. Крепостные – всего лишь крепостные.
Килдзар слезла со своего корабля и подошла к Марике.
– Собираешься зайти внутрь?
– Если смогу.
Ворота монастыря были заперты изнутри. Марика нырнула в темный мир, поймала небольшого призрака, привлеченного катастрофой, и с его помощью сорвала ворота с петель.
Грауэл вошла первой, дав сначала пару предупредительных выстрелов.
Но внутри не было никого, кто мог бы оказать сопротивление, Ни силт, ни вокторов, ни простых мет. Большинство сестер Серк лежали в своих кельях, с виду мирно отдыхая. Все заполняла вонь смерти. Зрелища раздутых от жары тел послушниц Марика не могла вынести.
– Как вы думаете, Килдзар, – они устроили это во всех своих монастырях? Или только здесь?
– Скорее всего только здесь. Здесь был мозг зверя.
– Но почему? – спросила Марика, когда они с Килдзар вышли наконец за ворота. – Зачем им это понадобилось?
– Вероятно, хотели обрезать все концы, которые могут привести к ним.
– Но…
– Они сбежали. Все виновные Серк и братья – вместе. Думаю, в тот самый мир, где они нашли своих союзников. Сомневаюсь, что Серк хотели именно такого исхода. Они не так испорчены, как мы думаем. Ты только представь себе ту боль, которую они взяли с собой в изгнание. И меня совсем не удивит, если они повернутся против братьев. Бестрей – существо примитивное. У нее свои понятия о чести, и она потребует расплаты. Когда мы их найдем…
– Найдем? – переспросила Марика.
– Ты знаешь, что найдем. Когда‑нибудь. Я не видела Телле‑Рея, но я чувствовала, что там творится. Этому не может быть прощения. Во веки веков. Пустота будет забита силтами, вставшими на тропу войны.
– Вероятно, этим все и объясняется. Нападение братьев на Телле‑Рей заставило виновных из Серк сжечь за собой мосты в калерхаге.
– Именно так. Здесь мы уже ничем не можем помочь. Я предлагаю вернуться в Телле‑Рей. Те, кто выжил, оплакивают сейчас своих мертвецов. Нам надо быть с ними. Время сводить счеты придет потом.
Марика умела быть хладнокровно жестокой. От базы мятежников, уничтоживших Макше, она не оставила камня на камне. Но от увиденного в Телле‑Рее замутило даже ее. Там, где стояли прекрасные и гордые монастыри, простиралась мили и мили стеклянной пылающей пустыни.
Страшное оружие, чем бы оно ни было, ударило по огромному городу в шести местах. Один удар пришелся на парк Собраний, где Марика и Килдзар рассчитывали навеки покончить с мятежниками. Погибли сестры высших рангов десятков общин. Другие два удара легли на монастыри Рейгг и Редориад. Четвертый пришелся на Тованд, где находилась штаб‑квартира братьев. Два оставшихся «выстрела» были, похоже, сделаны наудачу.
С помощью прикосновения удалось выяснить, что поселение братьев‑мятежников на Каплейских островах тоже уничтожено. Еще один отрезанный след.
Космические темные корабли нескольких общин Обитательниц Тьмы уже пустились в погоню за Серк, но им было не успеть вовремя подняться на орбитальную высоту. «Звездный странник» и сопровождавшие его корабли Серк уже уходили в межзвездную бездну.
– Они еще о себе напомнят, – предсказала Килдзар. – Если мы первые не найдем их и не обезвредим.
Марика подумала, что для подобных предсказаний не надо обладать даром пророчества.
– Я настаиваю, чтобы меня научили летать в Пустоте. Когда их найдут, я хочу быть там.
– Да будет так, как ты пожелаешь.
Холодный ветер гнал с севера снеговые тучи, и снег таял, приближаясь к все еще горячим воронкам. Зима мира – более медлительный противник, зато непобедимый. Великий ледник наступает. Ничто не может остановить его.
Ничто? – подумала Марика. Нет, это не так. Теперь ее положение дает ей шанс сделать что‑то с наступающим ледниковым периодом. Наконец‑то.

2

Годы каплями падали в колодец времени, и Марике казалось, что ее родной мир уходит назад по пути своей собственной истории, в эпоху спокойствия, не веданного с тех пор, как планета вошла в межзвездное облако, вызвавшее цикл охлаждения. Те союзы торговцев, что пережили эпоху террора, последовавшую за разрушением Телле‑Рея, стали теперь на удивление консервативны и покладисты. Они отказались от власти, которую братство накопило за многие поколения, и сами вылавливали среди себя еретиков. Немногим оставшимся Серк было разрешено войти в другие общины или совершить калерхаг. Собственность Серк пошла на возмещение ущерба пострадавшим в Телле‑Рее общинам.
Предъявившая первоочередные и самые существенные претензии община Рейгг отхватила самый большой кусок.
Марика выторговала для Рейгг право на некоторые звездные миры Серк, хотя старые общины Обитательниц Тьмы отнюдь не пришли от этого в восторг. Эти миры были лишь малой долей владений Серк вне родного мира, но приобретение их навеки узаконило право Рейгг на выход в Пустоту.
Вначале Марике даже пришлось занимать у других общин космические темные корабли вместе с командами, чтобы войти во владение новыми мирами. Осваивать новые территории Рейгг тоже было не по силам – пришлось одалживаться снова.
– Грауэл, предупреди команду.
– Куда теперь, Марика? – спросила охотница. – Долго мы еще будем побираться у других сестричеств?
– Недолго. Совсем недолго. Где Барлог? Может она лететь с нами или еще не поправилась?
– Попробуй ее оставить. Все‑таки куда мы летим?
– Хочу навестить Багнеля.
– О!
– Брось этот тон. К Каблину я равнодушна.
– Не хочу обвинять тебя во лжи, Марика. В каком‑то смысле я тебя понимаю. Мне тоже было бы трудно бороться со своим собственным братом. Но он стоял у самых истоков преступления, один из главных преступников.
– Каблин останется там, где он сейчас. До конца своей жизни.
Грауэл промолчала, хотя было очевидно, что риск оставить Каблина в живых кажется ей неприемлемым. Марика этот вопрос обсуждать не пожелала. Сила есть сила. Она – Верховная жрица Рейгг. Ее слово – закон. И все.
Все три Помощницы откликнулись незамедлительно. Повелительница корабля задержалась на несколько минут. Марику эта задержка раздражала, но вслух она ничего не сказала. Все Повелительницы таковы. Постоянно самоутверждаются, даже когда служат Верховной жрице.
На какой‑то миг Марике захотелось самой занять место Повелительницы. Дела сестричества, деморализованного гибелью Телле‑Рея, отнимали у нее столько времени, что на полеты почти не оставалось.
Темный корабль приземлился во дворе крепости, спрятанной так далеко на севере, что непосвященные считали, будто там уже ничего нет, кроме льдов. Старшая жрица Эдзека вышла встретить Марику лично. Но сказать ей было почти нечего. Еще один пример охватившей мир депрессии.
– Чем можем мы служить тебе? – спросила Эдзека.
Марика объяснила, что хочет повидать своего друга, торговца Багнеля. Старшая жрица дала ей провожатого и удалилась.
Согласно указаниям Марики, с Багнелем здесь обращались как с почетным гостем.
– Точнее, как с почетным пленником, – отметил он. – Но мне ли жаловаться? Не был бы я здесь, был бы среди мертвых.
– Тебе рассказывали новости? – спросила Марика.
– Я смотрю, ты все еще таскаешь за собой этих двух арфт. – Багнель кивком указал на Грауэл и Барлог. – Да, мне все сообщают. Как мне кажется, некоторая форма издевательства. Они уверены, что скоро мое положение изменится – и не в лучшую сторону.
Торговец покосился на Марику, и она сразу поняла его опасения. Не за этим ли она сюда прилетела?
– Я здесь для того, чтобы освободить тебя и отправить обратно к братьям. Те, кто уничтожил твой Союз, Макше и Телле‑Рей, либо мертвы, либо сбежали. Братьям нужны новые лидеры – мыслящие и благоразумные.
– Я не буду ничьей марионеткой.
– Мы слишком давно с тобой дружим, чтобы я этого не понимала. Если бы ты притворился послушным, я бы стала тебя подозревать куда больше обычного.
– Ты меня подозреваешь?
– А как же иначе? Ты – торговец. Я – силта. Наши интересы никогда не совпадут. Но мы можем поладить. Мы ведь и раньше ладили.
Багнель взглянул на Грауэл и Барлог. Марика отчетливо ощутила, что сейчас он даже сильнее, чем обычно, хотел бы, чтобы ее охотницы провалились сквозь землю.
– Ну что ж, – сказал Багнель. – Расскажи мне о планах Марики. Я слышал, ты теперь Верховная жрица Рейгг.
– Это так, временное неудобство. Как только смогу, сниму с себя мантию. У меня другое предназначение. Вон там! – И Марика указала лапой на небо. – Это моя мечта.
Марика рассказывала о своей мечте только Грауэл, Барлог, Багнелю да еще нескольким метам, от чьей доброй воли зависело ее осуществление. Но только первые трое знали, как много значили для нее звезды.
– Понятно.
– Я тут кое‑что устроила. Куда бы ты сейчас ни отправился, ты найдешь там несколько самолетов. Сохранить их было нелегко. Пришлось даже солгать, чтобы убедить некоторых участниц Собрания, но как бы там ни было, а у тебя они есть. Потому что я понимаю, во что превратится моя жизнь, если я не смогу больше летать.
Багнель наклонил голову и некоторое время молчал. Потом он заговорил снова:
– Я уверен, про тебя говорили ужасные вещи. После того, что ты сделала с той базой… Но они тебя не знают. Спасибо, Марика.
– Я не забываю своих друзей. Как и врагов. Сестрам приказано проследить, чтобы ты был готов к путешествию. У меня тут осталось еще несколько дел. Надеюсь, ты не будешь возражать, если тебе завяжут глаза.
– Ничего другого я и не ожидал, – улыбнулся Багнель. – Эта секретная фабрика слишком дорога для тебя. Ты не можешь поступить иначе.
Марика пожала плечами.
– Темные корабли слишком много значат для всех силт, и мы никому не можем позволить контролировать их производство. Если бы не эта фабрика, после битв в Понате и гибели Макше и Телле‑Рея у Рейгг остался бы только один темный корабль – мой. Ладно, иди собирайся, а я сейчас вернусь. Мы еще полетаем вместе, как в прежние времена.
Едва они успели отойти так, чтобы Багнель не слышал, как Барлог заметила:
– Ты говорила Грауэл, что больше не интересуешься судьбой Каблина.
– Ничего подобного я не говорила. Помогать Каблину я больше не стану, однако он все еще мой брат, и в детские годы у меня не было друга ближе. Тех дней не вернуть, но их и не выбросить.
Охотницы переглянулись. Марика без труда догадывалась об их мыслях. Они считают, что никогда не поймут ее. Что в ее душе сентиментальность уживается с холодным яростным честолюбием – нелепое сочетание, приводящее к приступам типично мужской слабости.
И им действительно не понять. Да, они носят ливреи вокторов Рейгг, достигли высокого ранга и знакомы с чудесами технологии Юга. Но в душе эти вокторы навсегда останутся первобытными понатскими охотницами с присущим неолиту черно‑белым восприятием. По большей части Грауэл и Барлог даже и не пытались привести свои убеждения в соответствие с тем, что им приходилось видеть. Они исполняли приказы – часто с угрюмым недовольством – и старались держаться в стороне от окружавших их изнеженных декадентов.
Недовольство и сейчас было написано на лицах охотниц, но ни одна из них не сказала ни слова, когда Марика быстрым шагом направилась на местную станцию радиоперехвата.
Именно там держали Каблина – пленника, который должен был расшифровывать и переводить перехваченные связистками Рейгг передачи братьев.
– Изолирован он здесь не хуже, чем если бы уже попал к Всесущему, – сказала Марика. – И при этом на моей совести нет его крови. Не говоря уже о том, что он нам даже полезен.
Грауэл и Барлог снова промолчали. Они считали все ее аргументы детскими отговорками. Что для понатской охотницы жизнь какого‑то мужчины?
Когда они вошли, Каблин как раз работал. Марика не хотела отвлекать связистов. Она отошла в сторонку, махнула лапой старшей связистке, чтобы на нее не обращали внимания, и стала молча рассматривать Каблина.
Тот делал все, что от него хотели, хоть и без излишнего усердия. Выглядел он гораздо старше, чем в тот день, когда Марика захватила его в плен. Она поделилась этим наблюдением с Грауэл.
– Ты тоже стала старше, – ответила охотница. – И вы с ним очень похожи. Даже те, кто вас не знает, с первого взгляда заподозрит, что вы щенки одного помета.
Говорили они шепотом, но Каблин все же услышал и обернулся. Встретившись взглядом с Марикой, он ничем не выдал своих эмоций. Марика с ним не заговорила. Все уже было сказано. Через несколько минут она вышла, взяла Багнеля и вернулась обратно на юг, где было чуть теплее и где ждало ее сестричество Рейгг, обескровленное трагедией Телле‑Рея.

3

Волна яростной охоты на беглецов из Серк и братства пошла на спад, но сама охота не прекращалась ни на минуту. Хотя и успех ее был нулевым. Преступники исчезли, как будто в воздухе растаяли, и оставшиеся в живых Серк не имели ни малейшего понятия, где их теперь искать.
Марика далеко не сразу сложила с себя полномочия Верховной жрицы Рейгг. Она заявила, что все сестры слишком некомпетентны, чтобы занять ее место. Из всего прежнего Совета общины в живых осталась она одна – остальные были в Телле‑Рее, когда с неба упала смерть. Так что Марика оставалась во главе сестричества до тех пор, пока не навела порядок – то есть пока не устроила все по своему вкусу. Она внимательно присматривалась к членам Советов уцелевших монастырей и продвигала тех сестер, чья философия совпадала с ее собственной.
В конце концов Марика все же уступила первое кресло некой Бел‑Кенеке из приграничной провинции, такой же далекой, как Понат. Убеждения обеих силт практически совпадали, хотя по таланту новая силта и близко от Марики не стояла.
Марика забрала Грауэл и Барлог и отправилась на север, где в снежной пустыне находилась секретная фабрика по производству темных кораблей. Там никто не мешал ей ни учиться, ни заниматься радиоперехватом, на котором Марика в последнее время слегка помешалась.
Поначалу она регулярно вылезала из своего укрытия, чтобы продолжить тренировки с Килдзар и заодно полетать с Багнелем. Эти полеты давно уже стали их общей традицией, и помешать им могли только очень важные дела. Марика училась управлять космическим кораблем у лучших Темных Повелительниц, но сама еще не выводила корабль за пределы орбит двух больших лун – Гончей и Клыка. Мечта о звездных мирах оставалась пока мечтой.
Чем лучше Марика управлялась с космическими кораблями, тем реже и короче становились ее визиты. В конце концов она просто исчезла и не появлялась долгих три года.
Граница вечных снегов доползла уже до развалин Телле‑Рея. На севере, в районе родного стойбища Марики, толщина ледяного панциря перевалила за сотню футов. От развалин Макше остались лишь слаборазличимые черточки под белым покрывалом снега.
Неумолимо подкрадывался голод, хоть силты и заботились о своих крепостных, хоть общины и объединились наконец перед лицом общего врага. Слишком много мет скопилось на слишком малой территории.
Население планеты всегда было невелико, но и возделанной земли было мало. Начатые после разрушения Телле‑Рея работы были слишком слабы и запоздали. Невозможно ввести землю в продуктивный оборот достаточно быстро для прокорма скученного населения.
Марика следила из своего далека и наконец, глядя на бесполезные усилия, потеряла терпение.
– Грауэл, скажи, чтобы приготовили мой темный корабль, и найди Барлог. Возьмите с собой оружие.
– Зачем, Марика? – удивилась Грауэл.
– Мы улетаем отсюда. Я долго ждала, не попытается ли кто‑нибудь что‑нибудь сделать. Но никто и не собирается действовать.
– Вот как?
Вот уже три года Грауэл не покидала крепости, которую Марика назвала Скилдзянродом в честь своей давно погибшей матери. Крепость эта давно превратилась в независимое поселение. Жили в нем представительницы доброго десятка сестричеств – в основном беженцы и недовольные. Раньше такое сообщество неминуемо сочли бы зародышем новой общины. Но Марика и не думала порывать с Рейгг.
Другие силты пренебрежительно называли обитательниц Скилдзянрода «сестробратьями», поскольку те не гнушались работать лапами. В основном здесь по‑прежнему делали темные корабли. Но не только. Новые изделия сестробратьев становились все более сложными и уже могли конкурировать с выпускаемой торговцами продукцией.
Большинство мет в Скилдзянроде были в чем‑то похожи на Марику – традиции силт волновали их в последнюю очередь.
– Именно так, Грауэл. Пусть Клореб сообщит в Рухаакский монастырь, что мы прибываем. Во‑первых, я хочу, чтобы в наших комнатах протопили. Во‑вторых, пусть приготовятся кратко обрисовать мне текущую политическую обстановку. И в‑третьих, пусть скажут Килдзар из Редориад, что я прилетаю и хотела бы получить аудиенцию.
– Ты что‑то затеваешь, Марика?
– Да. Пора наконец схватиться с Великой Зимой.
Грауэл долго не отрываясь смотрела на Марику и наконец произнесла:
– Даже у такой ведьмы, как ты, не хватит таланта, чтобы заставить солнце гореть ярче.
– Нет, не хватит. Но есть и другие способы. Над чем, по‑твоему, я работала все это время? Кое‑что сделать можно. И мне кажется, братья знали это уже давно. Если бы им удалось победить, они уже начали бы действовать. Думаю, что и сейчас некоторые из них догадываются, что надо сделать, но предпочитают сидеть сложа лапы, поскольку зима ослабляет нас.
– Я верю тебе, но… Просто…
– Что просто?
– Просто я так давно безвылазно торчу здесь… Мне очень неуютно стало при одной только мысли о том, что мы собираемся куда‑то лететь.
– Мне тоже неуютно, Грауэл. И это – лишний признак того, что мы слишком засиделись. Мы позволили себе прирасти к этому месту. Живем совсем как праматери – никаких интересов за пределами родного стойбища. Пора нам возвращаться к активной жизни.
– Багнелю тоже сообщить?
– Нет, с этим можно и подождать. Вернемся сначала в Рухаак.
За прошедшие три года Багнель достиг высокого положения в братстве. Марика чувствовала, что ждет встречи с ним с радостным нетерпением. Предстоящее свидание радовало ее даже больше, чем возможность снова управлять космическим кораблем. А ведь на этот раз есть шанс осуществить свою давнюю мечту и отправиться к звездам. Конечно, когда убедит всех в необходимости своего нового проекта и начнет его осуществление.
Интересно, сколько лет на это уйдет?
Марика понимала, чем вызвано ее нетерпение, и думала об этом с саркастической самоиронией. В конце концов, несмотря на обряд Тогар, она все еще женщина лучшего щенородного возраста. Синтез некоторых гормонов не может подавить даже Тогар.
– Ну нет, – пробормотала Марика. – С ума я еще не сошла.
Ей было известно, что некоторые силты утоляли свой естественный голод с помощью мужчин‑крепостных. Но Марика считала это низостью, мерзостью, даже извращением. Эту потребность она подавляла усилием воли.
– Приступай, Грауэл.
Охотница вышла, а Марика продолжала беспокойно бегать из угла в угол. Что произошло в мире за эти три года? Не забыли ли ее? Не слишком ли долгие каникулы она себе устроила?

Глава вторая

1

После разрушения Телле‑Рея многие общины перенесли свои главные монастыри в Рухаак. В городе началось столпотворение – все строились не покладая лап. Меты покинули Телле‑Рей. Жить в нем стало опасно для здоровья.
Рейгг достался старый монастырь Серк. Перестраивать его начали еще когда Марика была Верховной жрицей. Община Рейгг возродилась к жизни – насколько это было возможно.
Редориад строили себе новый монастырь в одном из пригородов Рухаака. Со времени последнего визита Марики он заметно вырос.
Несмотря на отсутствие Марики, общины Рейгг и Редориад все еще были близки друг другу. Одно время даже поговаривали об объединении. В основном этого хотели враги Марики, мечтавшие лишить ее власти. Но ее союзники и множество консервативно мыслящих силт из обеих общин благополучно провалили этот проект.
Однако союз между двумя сестричествами эти консерваторы поддерживали, поскольку он был выгоден и тем, и другим. Кроме того, Рейгг стали весьма влиятельны. С ними теперь приходилось считаться.
Марика беспокойно расхаживала взад и вперед по своей наспех приведенной в порядок комнате. Килдзар, новая Верховная жрица Редориад, намерена была сама прибыть сюда, чтобы встретиться с ней. Марика снова чувствовала себя щенком, как в те далекие времена, когда она впервые ступила на землю Акарда.
– Не надо было так долго сидеть в Скилдзянроде, – сказала она Барлог. – У меня такое чувство, будто я что‑то потеряла.
Вошла Грауэл. Вид у охотницы был весьма кислый.
– Марика, там пришел этот торговец, Багнель.
Теперь понятно, чем она недовольна. Грауэл никогда не одобряла Марикиной дружбы с Вагнелем.
– А Редориад говорят, что Верховная жрица Килдзар уже отбыла из монастыря.
– Хорошо. Очень хорошо. А как там Бел‑Кенеке?
– Тоже скоро будет здесь. Думаю, в основном из любопытства, а вовсе не потому, что она перед тобой в долгу.
– Славно.
Охотницы посмотрели на Марику. Она продолжала расхаживать по комнате. Потом снова принялась объяснять:
– Слишком много времени я провела в уюте и безопасности Скилдзянрода. Обленилась и успокоилась. Даже быть Марикой мне неуютно. Даже с винтовками этими чувствую себя глупо. А винтовки же были нашей эмблемой. Винтовки и резкость поступков… Постарели мы с вами. Я уже гожусь в Мудрые.
– Лет этак через двадцать! – фыркнула Грауэл. – Ты еще щенок.
Грауэл защищалась. Она была намного старше Марики и не собиралась расставаться с ролью охотницы.
– По‑моему, я тебя понимаю, Марика, – сказала Барлог. – Когда я выхожу из монастыря, мне тоже кажется, что в этом мире нет для меня места.
– Я и сама видела молодых вокторов, которые даже не знают, кто мы такие, – согласилась Грауэл. – Или надо говорить «не знают, кем мы были»? Не то чтобы мы были так уж знамениты. Но было время, когда звание личных телохранителей Марики значило гораздо больше, чем сейчас.
– Что было, то прошло, – сказала Марика.
– Не так уж и долго это продолжалось.
Первым пришел Багнель. Несколько потрясенных послушниц проводили его до самой двери Марики. Мужчина в монастыре? Это же немыслимо! Какой скандал! Нет, конечно, и до них доходили слухи о странных поступках силты по имени Марика, но до сих пор они просто не верили своим ушам.
Марику подобная реакция позабавила.
– А вот и она! – сказал Багнель, закрывая за собой дверь. – Живая легенда собственной персоной! И где же ты была, Марика? Мы ведь с тобой договорились летать не реже раза в месяц. И вдруг в один прекрасный день ты исчезаешь. Нет больше никакой Марики! И ни словечка объяснения. Ни писем, ни извинений! И так несколько лет. А потом – бац! Неизвестно откуда я получаю приглашение, больше похожее на приказ. И вот я здесь – а стоило бы ответить безразличием на безразличие.
Марика даже не сразу поняла, что он шутит. Но потом до нее дошло, что Багнель так же рад встрече, как и она сама.
– А ты поседел, Багнель.
– Не все же могут взять отпуск на три года. А от моих братьев и камень поседеет.
Похоже, Багнель чем‑то озабочен.
– Что такое?
Багнель покосился на Грауэл и Барлог. Их присутствие всегда его раздражало.
– Они что, бессмертны?
– Их ты можешь не бояться, друг мой. Как всегда. Скоро к нам присоединится Верховная жрица Редориад. Но не сию секунду. А Бел‑Кенеке дождется Килдзар и лишь тогда совершит свой выход.
Марика не добавила, что они с охотницами независимо друг от друга обшарили комнату в поисках подслушивающих устройств. Марика хорошо знала, как пользоваться такими устройствами, и позаботилась о том, чтобы в ее комнате их не было. Так что можно не бояться никого – не только Грауэл и Барлог.
– Ничего особенного, Марика. Просто среди братьев всегда есть такие, кто считает силт нашими врагами. И в последнее время их стало больше. Нет, беспокоиться тут не о чем, уверяю тебя. Но меня все это просто бесит.
Марика внимательно изучила торговца.
– Ты сказал мне не все, верно, Багнель?
– Ты, как всегда, видишь меня насквозь. Верно. Я нашел улики, что сбежавшие преступники порвали не все связи с родным миром. Улики, подтверждающие, что они в контакте с теми, из‑за кого я седею.
– Что? – Марика почувствовала щекочущее прикосновение страха. – Как же это?..
– Да очень просто. Темный корабль может без труда проскользнуть незамеченным и приземлиться в назначенном месте, где‑нибудь в снегах. Особенно если меня никто об этом не предупредит.
– Значит, еще не все кончено.
– Ты же знаешь, что нет. Серк просто удрали в какое‑то безопасное место. Думаю, их цели немного изменились с тех пор, как в силу обстоятельств им пришлось покинуть планету, но я не вижу причины, чтобы им отказаться от попыток захватить власть.
Марика снова забегала по комнате. Неужели братья так заморочили голову Серк, что те добровольно готовы стать орудием своего собственного уничтожения?
– К сожалению, – продолжал Багнель, – никто сейчас не принимает эту угрозу всерьез. Преступников не видно и не слышно, а значит, можно о них забыть. Теперь их никто даже не ищет, кроме разве что тех, кто и так посещает звездные миры. Но ведь если бы Серк прятались в одном из известных миров, их давно бы уже обнаружили.
– Сейчас у них сил не хватит вернуться, – сказала Марика. – Даже с помощью своих предполагаемых союзников‑чужаков.
– Предполагаемых? Ты думаешь, их не существует?
– Если бы они были, Серк уже попытались бы вернуться. А они не пытаются. Значит, никаких союзников нет.
– Неопровержимая логика.
– Здравый смысл, Багнель. Я подозреваю, что чужаки никак не поддерживают Серк – если вообще существуют. Но даже если они на самом деле есть, все равно их дружба с Серк отнюдь не так тесна, как мы думали раньше. Я даже начинаю подозревать, что они никогда не вступали в прямой контакт.
Багнель был ошеломлен.
– Что такое? – спросила Марика.
– Ты меня поражаешь.
– А на этот раз как мне это удалось?
– Ты додумалась до того, к чему мы пришли, допросив множество пленников и тех, кто так или иначе что‑то знал или хотя бы догадывался. Похоже, что контакт все‑таки был, но Серк не смогли ни о чем договориться с чужаками, поскольку те действительно были им чужды. Правда, по другим сведениям получается, что они не казались такими уж чуждыми, – понимаешь, о чем я?
– Пытаюсь.
– Видимо, Серк не смогли поладить с чужаками и просто украли у них все, что смогли. Или даже перебили чужаков и присвоили все их имущество. Так что, по всей видимости, теперь они прячутся не только от нас, но и от своих «союзников».
– Если уж становиться разбойником, зачем останавливаться на полпути? – сказала Грауэл. – Марика, сюда идет госпожа Килдзар. Я слышу шаги послушниц в коридоре.
– Поговорим позже, Багнель. Я рада, что ты стал такой важной шишкой у братьев. Не знаю никого, кто заслуживал бы этого больше, чем ты.
Багнель фыркнул.

2

Килдзар заметно постарела. Вообще‑то Марика не знала нынешнюю Верховную жрицу Редориад молодой, но такого она увидеть не ожидала. Килдзар лишилась половины шерсти, а оставшиеся жалкие клочки поседели до белизны. Кроме того, она сильно похудела и сгорбилась. Но в глазах старой силты светился все тот же живой ум.
В довершение ко всему силы старой Редориад подтачивала тяжелая болезнь. Половина тела Килдзар была частично парализована, поэтому при ходьбе ей приходилось опираться на палку. Марика не могла скрыть своего ужаса при виде этого зрелища. Старая силта усмехнулась половиной пасти.
– У меня был удар, – объяснила она. Внятная речь давалась ей с трудом. – Ослабляет плоть, но ум остается прежним. Я потихоньку поправляюсь.
– Неужели сестры‑целительницы не могут…
– Они утверждают, что убьют меня, если попробуют сделать хоть что‑нибудь еще. А такой результат меня не слишком устраивает.
– По крайней мере вы восприняли все это спокойно.
– Как же, спокойно! Да я просто в ярости! Иногда я дохожу до того, что кричу и проклинаю Всесущего. Эти, в монастыре, считают меня сумасшедшей. Но никто еще не рискнул спихнуть старую Килдзар с первого кресла. Они думают, что я и так скоро помру, и подсиживают друг друга в надежде оказаться наверху, когда это произойдет. Но я намерена разочаровать всю эту свору. Я еще переживу их всех. А ты хорошо выглядишь, Марика. Думаю, годы, проведенные за краем мира, пошли тебе на пользу. Ты отдохнула, и из твоих глаз исчезло это вечное выражение обреченности.
Марика внимательно посмотрела на Килдзар. Надо же, как легко эта старуха читает в ее душе! Она и сама подозревала, что подсознательно хотела удалиться от мира, потому что после уничтожения Телле‑Рея чуть не поверила тем, кто называл ее Джианой. Уже в четвертый раз от места, которое она считала своим домом, оставались лишь пепел и руины. Четыре раза Марика оказывалась почти единственной уцелевшей. Вполне достаточно, чтобы кто угодно задался вопросом, совпадение ли это.
– Сейчас здесь будет Верховная жрица, – сказала Барлог, выглядывая в коридор.
– Оставь дверь открытой и сядь куда‑нибудь.
Барлог все еще не оправилась от полученных в Макше ран.
«Все мы в каком‑то смысле искалечены. – подумала Марика. – Если не физически, то морально».
Вошла Бел‑Кенеке. Марика с большим трудом вспомнила, как полагается приветствовать Верховную жрицу Рейгг. В Скилдзянроде не соблюдали формальностей и почти не отправляли обрядов. Марика презирала все это и считала большую часть подобных почестей незаслуженными.
Бел‑Кенеке тоже изменилась. Впрочем, за последние три года она успела привыкнуть к роли Верховной жрицы.
– Можешь не утруждать себя церемониями, Марика. Я же знаю, что тебе они не по душе. Ты хорошо выглядишь.
Килдзар Бел‑Кенеке удостоила только кивка, а Багнеля и вовсе не пожелала заметить.
– Тебе стоило бы почаще появляться у нас, Марика. Иногда нам очень не хватает тебя с твоими оригинальными взглядами.
– Я буду появляться, – сказала Марика. – Я вернулась именно с этой целью.
– Узнаю тебя. Короткой ясно. Итак, все мы здесь. Рассказывай. Что это за новый великий проект?
Марика не ответила. Дожидаясь, пока Бел‑Кенеке сядет, она молча расхаживала по комнате. Барлог нервничала все больше и больше. Как всегда, охотница была увешана оружием с ног до головы. Марика махнула ей лапой, еще раз приказывая сесть.
Сама Марика садиться не стала. Не могла. Она собиралась сейчас заговорить о плане, который вынашивала уже много лет, и боялась этого. Слишком непохожа была ее новая идея на обычные проекты воинственной Марики. Ни огня, ни крови, ни жестокой мести врагам Рейгг… Марика опасалась, что план ее примут в штыки.
Марика вышла на середину комнаты и остановилась там, где перекрещивались взгляды всех трех ее гостей. Собралась с мыслями, проделала несколько упражнений, чтобы расслабиться, и наконец решилась.
– Я знаю, как остановить Великую Зиму.
– Что?
Это, конечно, Бел‑Кенеке. Она еще не привыкла к Марике. Килдзар и Багнель молчали. На лицах их застыло вопросительное выражение.
– Я хочу представить большой проект, осуществление которого поможет нам остановить ледник.
– Большой, значит, – пробормотал Багнель. – У тебя, Марика, прямо талант к преуменьшению.
– Если то, о чем ты говоришь, получится, – сказала Килдзар, – твое имя прославят в веках…
– Это невозможно, – заявила Бел‑Кенеке. – Масштабы происходящего слишком велики, чтобы…
– Может, стоит все‑таки выслушать Марику, прежде чем объявлять ее план невыполнимым? – спросил Багнель.
Марика кивком поблагодарила его.
– Извините меня, высокочтимые сестры. Я знаю, что все это очень сложно. Проект у меня глобальный, но выполнимый – правда, потребуются совместные усилия всех сестричеств и союзов братства. А этого добиться будет потруднее, чем спроектировать и построить необходимые технические сооружения.
– Продолжай, – сказала Килдзар, не дожидаясь, пока Бел‑Кенеке опять начнет возражать.
– Итак, проблема. Пыль поглощает солнечные лучи, поэтому поверхность планеты перестала прогреваться. Решение. Я предлагаю увеличить поток излучения.
– Ты что, планируешь подмести пыль в межзвездном облаке? – поинтересовалась Бел‑Кенеке. – Или подбросить топлива, чтобы солнце ярче горело?
– Вовсе нет.
– Почему вы так странно настроены, сестра? – спросила Килдзар. – Одни возражения. Может быть, вы просто испугались того, что ваша предшественница вышла из своего укрытия?
Марика не стала вмешиваться. Две старые арфты всегда недолюбливали друг друга.
– Надо собрать рассеивающуюся в пылевом облаке солнечную энергию и перенаправить ее на планету. Этого можно достичь, построив большие зеркала.
– Большие зеркала, – странным голосом повторил Багнель.
– Очень большие. Подожди. Я признаю, что тут возникнут определенные сложности. Сложности по части небесной механики. У нас слишком много лун. Трудно будет удерживать зеркала на стабильных орбитах. Но я давно уже изучаю вопрос. Это все же осуществимо. Если мы сможем вывести зеркала в переднюю и заднюю солнечные троянские точки и стабилизировать их там…
– Извини, Марика, – вмешался Багнель. – Эта идея не оригинальна.
– А я и не считала ее оригинальной. Я предполагаю, что братья давно до этого додумались, но осуществлять не стали, поскольку это не в их интересах. Зима подрывает социальную структуру общества – зачем же ее останавливать? И то, что с похолоданием усиливалась активность мятежников, вовсе не совпадение. Думаю, братья‑управляющие, которые за этим стояли, потерпели поражение лишь потому, что поторопились.
– Похоже, ты угадала половину правды. Вторая половина заключается в том, что для осуществления подобной программы братьям потребовалась бы та самая кооперация, о которой ты только что упоминала. Ничего подобного у нас не было. Ну и масштабы проекта, разумеется. Насколько мне известно, зеркала должны быть размером в несколько тысяч миль. Если ты хочешь установить их не в лунных троянских точках, а в солнечных, то есть там, где притяжение планеты уравновешивается притяжением солнца, то для того, чтобы поток энергии заметно возрос, нам понадобятся зеркала немыслимого размера.
– Да, я имею в виду именно эти точки. Там гораздо легче будет стабилизировать зеркала. Но, как ты только что отметил, размеры их превосходят всякое воображение. Насколько я себе представляю, диаметр большого зеркала должен быть не менее пяти тысяч миль.
– Боюсь, ты опять здорово преуменьшаешь.
– Совершенно невозможно! – заявила Бел‑Кенеке.
– Дайте ей договорить, сестра, – возразила Килдзар. – Марика вовсе не глупа и не стала бы предавать свой план гласности, если бы в нем оставались недоработки. И раз она утверждает, что проект осуществим, значит, проделала все необходимые вычисления и знает, что говорит.
– Спасибо, Килдзар. Да, вы правы. Впервые эта идея пришла мне в голову много лет назад, когда я была еще послушницей. Но тогда у меня хватало других обязанностей, и заниматься этим было некогда. Позже, когда я обосновалась в Скилдзянроде, у меня появилось время. Именно поэтому я так долго не возвращалась. Должна признаться, что не смогла проделать все необходимые вычисления. Дело в том, что карандаша и бумаги тут недостаточно. Но братья уже создали систему для быстрых вычислений – как иначе они рассчитали бы орбиты своих спутников? Надеюсь, что эта система или хотя бы ее чертежи не были уничтожены бомбами, упавшими на Каплейские острова. Братья должны будут предоставить эту систему, металл, технологии и квалифицированную рабочую силу. Общины обеспечат подъем грузов на орбиту и возьмут на себя все вопросы, связанные с применением таланта силт. Об отражающем слое позаботятся в Скилдзянроде.
– Отражающий слой был самым слабым звеном во всех такого рода проектах братства.
– Насколько я понимаю, нам надо построить сложную несущую конструкцию из титановых балок (или даже из золотого дерева, если титан не подойдет или его не хватит), к которой будет прикреплена тонкая, но прочная алюминированная поверхность.
– Да, это хорошее решение, – сказал Багнель. – Правда, меня поражает идея деревянных спутников, но дело не в этом. Где мы возьмем такой материал? Братья не смогли создать ничего подобного и были вынуждены вернуться к идее алюминиевой фольги. А она, как показали испытания, слишком хрупкая.
– Мы уже создали пластик. Тебя это, возможно, рассмешит, но делаем мы его из нефти. Я понимала, что без этого нельзя даже говорить о проекте.
Багнель действительно всерьез заинтересовался происходящим.
– Итак, два больших отражателя, о которых я уже говорила, дадут нам постоянный поток энергии. Кроме них, надо построить малые отражатели на геоцентрических орбитах и в лунных троянских точках. С их помощью мы сможем перераспределять энергию. Направлять ее туда, где она нужнее всего. Например, подогревать замерзающие поля. Но вначале нам понадобится очень много энергии, чтобы Великая Зима сменилась оттепелью.
– Бред какой! – сказала Бел‑Кенеке. – Да ты просто спятила там, в глуши!
– Принципиально это возможно, – возразил Багнель. Он был так заинтригован, что вовсе забыло формальностях и даже принялся расхаживать по комнате, бормоча что‑то себе под нос.
– Так ты и правда считаешь, что это возможно, Марика? – спросила Килдзар. – Ты действительно убеждена, что, несмотря на многочисленные трудности, твой проект осуществим?
– Абсолютно убеждена, госпожа. Не было еще такого барьера, который мне не удалось бы преодолеть, хотя проблем оказалось больше, чем я ожидала. Да, проект осуществим – при условии, что все общины и союзы братьев захотят включиться в него.
Багнель остановился у окна и выглянул наружу. Смотреть и то холодно. Обе Верховные жрицы следили за ним с беспокойством.
– Итак, ты опять сделала это, а, Марика?
– Что сделала, Багнель?
– Перевернула все вверх тормашками. На этот раз получилось даже лучше, чем раньше. Неудивительно, что тебе понадобилось исчезнуть на несколько лет. Быстрее землетрясения не подготовишь.
– О чем ты говоришь?
– Сейчас из этой комнаты выйдут три мета – и каждый из нас будет думать только о твоем предложении. И каждый захочет с кем‑нибудь посоветоваться. А те, с кем мы посоветуемся, в свою очередь расскажут другим. Пойдут слухи. Вскоре новость достигнет ушей тех, кто увидит в ней единственную, прямо‑таки мистическую возможность спасения. И тогда у нас, братьев, да и у общин просто не будет выбора. Нам придется взяться за это дело, даже если оно окажется невыполнимым. Иначе нас растопчут наши же собственные крепостные, которые решат, что мы их предали.
– О чем ты, Багнель?
– О том, что ты выпустила на свободу демона, потому что предложила свой проект, не подумав о его социальных последствиях. Заявив, что твой план осуществим, ты сделала его выполнение неизбежным. Я утверждаю, что этот проект изменит общество гораздо сильнее, чем глобальное похолодание. Прошу тебя, подумай о том, чего ты просишь.
Марика была потрясена горячностью торговца.
– Так объясни мне это.
– Ты просишь о том, чтобы братьям снова стали доверять. Ты хочешь, чтобы два десятка общин Обитательниц Тьмы объединили свои усилия во имя общего дела, вместо того чтобы тратить их на борьбу друг с другом. Твой проект столь глобален, что братьям придется обучить множество простых метов – ведь квалифицированных специалистов у нас очень и очень немного. Ты выпускаешь на волю демонов, Марика. Вот те последствия, которые я могу назвать сразу. А если подумаю, то добавлю еще. Но и предвидеть можно не все. Слишком велики масштабы того, на что ты замахнулась. Неужели все это до сих пор не приходило тебе в голову?
– Нет. Я думала только о практической стороне вопроса.
Марика тоже подошла к окну и подумала о преследующем ее роке. Опять она выступает в роли Джианы, пусть даже мир не будет разрушен физически, как стойбище Дегнанов, Акард, Макше или Телле‑Рей.
– И ты действительно так думаешь?
– Да.
– И все‑таки считаешь, что стоит попытаться?
– Да, считаю. Иначе мы все равно пропадем. Разница только в скорости процесса. Будет все холоднее и холоднее, и когда‑нибудь на планете вообще не останется пригодного для жизни места. Уже сейчас в трех тысячах миль от экватора начинается зона вечной мерзлоты. И зима не собирается отступать. В конце концов ледник, конечно, остановится, но тогда будет уже слишком поздно. Если мы потеряем еще несколько лет, метам останется только беспомощно ожидать конца. Он, конечно, наступит уже не при нашей жизни, но наступит обязательно.
Марика перевела взгляд на Килдзар и Бел‑Кенеке.
– А вы что скажете, высокочтимые сестры?
– Я – за, – сказала Килдзар. – Надо попробовать. Я доверяю твоим суждениям, Марика, и верю словам твоего друга. Но прежде чем возвращаться в свою общину и заявлять, что у нас нет другого выбора, я должна по крайней мере ознакомиться с вашими выкладками.
– Понятно. Бел‑Кенеке?
– Этот вопрос, как тебе известно, вне моей компетенции. Все, что я знаю о Пустоте, это то, что там темно и холодно. Я разделяю опасения этого торговца относительно социальных последствий твоего проекта. Я предвижу огромные перемены и страшные беды. Но я в долгу перед тобой и, кроме того, доверяю госпоже Килдзар. Если ты сможешь убедить ее, я пойду за ней и буду тебя прикрывать.
Марика снова выглянула в окно. Когда‑то в Рухааке было тепло, повсюду зеленела буйная растительность. Теперь здесь стало голо и пустынно. Пока еще метам удавалось выращивать некоторые овощи в этом холодном, почти арктическом климате. Марика решительно повернулась к окну спиной.
– Вероятно, Багнель прав насчет социальных переворотов. Зря я не подумала об этом раньше. Но мы загнаны в угол, и другого выхода нет. Если не попытаться вырваться, меты обречены. И если мы хотим, чтобы они выжили, придется за это платить.
Марику поразило, что Верховные жрицы так легко согласились на ее предложения. Похоже, пока ее не было, мир дошел до грани отчаяния.
– Багнель, могут братья предоставить необходимые нам вычислительные устройства?
– Мы называем их компьютерами. Да, они у нас есть. Правда, я подозреваю, что все имеющиеся компьютеры недостаточно мощны. Вероятно, придется создать новую модель специально для проекта, но это – проблема разрешимая.
– А как насчет инженеров? Может кто‑нибудь спроектировать спутники‑зеркала?
– Пока не знаю, но обязательно выясню. Дай нам только время, и мы научим кого‑нибудь – точнее, многих. Я расскажу тебе все в подробностях, как только сам разберусь.
– Да будет так. Договорились. Мы сделаем этот шаг.

3

– Восемь лет? – Марика разинула пасть и во все глаза уставилась на Багнеля. – Восемь лет только на то, чтобы собрать все необходимые материалы?
– Это очень большой проект, Марика. Думаю, я еще слишком оптимистичен. Уже для того только, чтобы добыть титановую руду, нужна полная кооперация всех общин. Надо будет построить новые заводы для переработки титановой руды и новые электростанции, которые будут снабжать энергией эти заводы. И так далее, и так далее. Я же говорил тебе, что проект перевернет общество. Так оно и будет. Мы можем считать, что нам очень повезло, если через десять лет введем в эксплуатацию хотя бы одно зеркало. Необходимо учесть всевозможные помехи, промедления, отсрочки, проблемы, личные конфликты, узкие места, нехватку материалов…
– Да, я понимаю.
– Слухи уже распространяются. Несколько братьев, с которыми я говорил о твоем проекте, знали о нем заранее, хотя все, с кем я консультировался, клятвенно обещали, что будут молчать.
– Мы шли на это с открытыми глазами.
– Есть еще одна опасность. Твои давние недруги тоже могут пронюхать о проекте. Более того, это неизбежно.
– И ты думаешь, они будут стараться нам помешать?
– Уверен, что они хотя бы попытаются. А как бы ты поступила на их месте? Холод – их давний союзник.
– Значит, мы должны их нейтрализовать.
– А как? Ведь никто до сих пор так и не нашел их!
– Никто толком и не пытался. Если все вместе…
– Погоди. То, о чем ты говоришь, отвлечет часть сил от проекта. А это – потеря времени.
Марика вздохнула:
– Похоже на то.
– Вот видишь! Одно влечет за собой другое.
– Мы будем делать то, что должны. Готов ты встретиться с Килдзар и Бел‑Кенеке? Готов выступить перед Собранием общин?
– Думаю, да.
– Хорошо. Потому что Килдзар слабеет, и я считаю, что надо раскрутить все при ее жизни – иначе у нас не останется шансов на успех.
– Устрой мне встречу с ней. Я смогу ее убедить.
– Расскажи ей голую правду, и пусть правда говорит сама за себя. Килдзар не проведешь. А она сама сумеет должным образом преподнести все остальным.
– Разумеется. Это как раз понятно. Ты заметила, что я прилетел на «стинге»? Мы с тобой уже давно не летали вместе.
– Да, заметила. И как раз думала вас с ним похитить, даже если ты сам этого не предложишь.
– Сегодня, да? После разговора с Верховными жрицами?
– Да. Не позволяй им запугать себя. Они могут попытаться, просто для проверки.
– Эти старые арфты? Вряд ли. Не сейчас, когда я каждый день имею дело с управляющими и руководством других союзов.
Бел‑Кенеке и Килдзар почти не нуждались в убеждении. Они уже сами предприняли кое‑какие расследования.
– Я просто поражена, – сказала Килдзар. – Все общины буквально ухватились за эту идею. Они верят, что ты показала им путь к новой жизни, Марика.
– Это потому, – объяснил Багнель, – что момент выбран очень удачно. Все уже достаточно напуганы и понимают, к чему идет. Десять лет назад никто бы не воспринял эту идею всерьез. Консерваторы задушили бы проект в зародыше. Но сейчас мир дошел до грани отчаяния. Метам нужна надежда, и проект ее дает. Энтузиазм братьев не поддается описанию. Все управляющие и руководители, изучив материалы, приходили в полный восторг, что для них совершенно нетипично. Даже те, кто до того был полон подозрений. Мятежники, и те поутихли. За последний месяц не было ни одного инцидента.
– Я поговорила со старшими сестрами из нескольких общин, – добавила Бел‑Кенеке. – И везде было одно и то же. Огромный энтузиазм, вызванный пробуждением надежды там, где все думали, что надеяться уже не на что. Разве что на те слабые колонии, которые создали общины Обитательниц Тьмы в своих звездных мирах. Как надолго хватит этого энтузиазма, я сказать не могу. Нечасто встречаются меты, способные посвятить себя столь длительному проекту.
– Да, проблем будет много, – согласилась Марика. – Некоторым общинам придется выложиться сильнее других. Проект отвлечет Обитательниц Тьмы от звездных миров – вряд ли они этому обрадуются. У меня есть предложение, но, боюсь, оно может оказаться непопулярным.
– Да? – поинтересовалась Килдзар.
– Мы могли бы мобилизовать всех сестер, способных летать на темных кораблях, – даже тех, чьи общины не имеют никаких прав в космосе. Более того, можно научить тех Помощниц, что посильнее, самих управлять кораблем. Тогда мы будем не так сильно зависеть от сестер, занятых сейчас звездными мирами. Кроме того, мы должны снять все запреты, ограничивающие деятельность братства, чтобы они могли принять участие в проекте, используя все свои возможности. Это действительно необходимо. Без братьев мы далеко не уедем, ведь по традиции силты отказываются заниматься физическим трудом. И еще. Нам бы очень пригодились маленькие корабли вроде тех, что летали рядом со «Звездным странником». Если мы сумеем построить нечто подобное, наша нужда в Темных Повелительницах сократится во много раз.
– Сконструировать такие корабли мы сможем, – сказал Багнель. – Я уже предложил нашим инженерам заняться этим вопросом. Сомневаюсь, правда, что нам удастся воссоздать конструкцию кораблей мятежников, но некоторые из нас по крайней мере видели их и знают, к чему следует стремиться. Но тут возникают проблемы, Марика. Проблемы с топливом. Проблемы с энергией. Быть может, тебе это не понравится, но мы так или иначе должны начать разработку понатских месторождений. Для производства необходимого для проекта титана потребуется громадное количество энергии.
– Ты же собирался рассмотреть вариант с производством титана прямо на орбите и использованием солнечной энергии.
– Не только собирался, но и рассмотрел. Мне очень жаль, но приличные месторождения есть только на планете – нигде больше в нашей системе титана нет. Все металлоконструкции придется производить внизу и поднимать на орбиту уже в готовом состоянии.
– Кто же с этим справится? – спросила Килдзар. – Я имею в виду политику. Ведь нам придется объединить все общины, союзы братства и все организации, существующие у простых мет. И у каждой из этих организаций – свои интересы, что, несомненно, приведет к многочисленным конфликтам – за столько‑то лет! Многие сестры не пожелают подчиняться приказам своих старых врагов или соперниц из других общин. Мало кто захочет подчиняться братьям, даже в тех областях, где те являются экспертами. И совсем уж никто не станет обращаться с простыми метами, как с равными.
– Для начала нам, как уже говорила госпожа Килдзар, надо будет провести формальное Собрание, – сказала Марика. – Нам предстоит обсудить все эти вопросы, и обсуждение будет нелегким. У общин есть еще одна возможность – они могут на определенный срок выбрать Старшую из Верховных жриц, предоставить ей абсолютную власть и назначить Совет Судей, который следил бы за исполнением ее приказаний.
– Малые сестричества будут сопротивляться этому изо всех сил, – заметила Килдзар.
– В таком случае можно не распускать Собрание. И это постоянно действующее Собрание будет разбирать все вопросы по мере возникновения, объясняя всем заинтересованным сторонам, что интересы дела – превыше всего.
Багнель насмешливо фыркнул:
– Нет, Марика. Это просто способ тянуть время. Никто не будет работать, пока силты спорят. Все спорные вопросы следует решить заранее. А потом нас должен занимать только сам проект.
– А насколько важны временные рамки? – спросила Бел‑Кенеке. – Есть срок, после которого будет уже слишком поздно? Ведь мы будем находиться в пылевом облаке еще не одно тысячелетие.
– Точно не знаю, госпожа, – ответил Багнель. – Чтобы оценить подобные вещи, надо составить карту плотности облака. Но я знаю, что в запасе у нас намного меньше тысячи лет. Уже сейчас для разработки понатских месторождений понадобятся новые инженерные технологии. Чем дольше мы будем ждать, тем глубже все будет уходить под лед и тем сложнее нам будет работать. Причем не только в Понате, но и в других районах.
– Не важно, что мы будем делать, – проблемы всегда найдутся, – задумчиво пробормотала Бел‑Кенеке. – Но действовать надо. Нынешний дюйм завтра станет футом. Любой прогресс лучше, чем ничего.
– И в качестве первого испытания мы должны созвать Собрание, способное действовать, – сказала Килдзар. – Эту задачу я беру на себя, поскольку я, признайтесь, чуть‑чуть более тактична, чем остальные мои коллеги‑заговорщики.
Юмор? У Килдзар? Марика была потрясена. Никогда нельзя знать никого до конца.
– И если проект займет двадцать лет, а не восемь, – сказала Бел‑Кенеке, – да будет так! Рейгг примут в нем участие.
Марика еще раз взглянула на замерзающий мир и обернулась к торговцу:
– Багнель, ты обещал полетать со мной на «стинге». Так пойдем же!

Глава третья

1

Космический темный корабль Марики медленно пробирался через суету и беспорядок, царившие возле передней троянской точки. Сама Марика управляла кораблем только у поверхности планеты. Чтобы ни на что не налететь в этом хаосе, требовались объединенные усилия Повелительницы корабля и занимавшей центральную площадку Повелительницы‑лоцмана. Слишком уж много препятствий для навигации создали строительные работы. Марика даже представить себе не могла, как здесь передвигаются братья.
С начала проекта прошло уже три года, а строительство только началось. Поддерживающая индустрия на поверхности планеты вышла на треть запланированной мощности. Девяносто процентов усилий планеты были направлено сейчас на строительство главного зеркала.
Этот этап должен был определить дальнейшую судьбу проекта. Если первое зеркало не принесет видимой пользы, проект будет остановлен.
Марика с помощью прикосновения прощупывала окружающую неразбериху. Она все еще испытывала благоговейный ужас, глядя на результаты своей деятельности. Одно дело – планировать, обсуждать, настаивать, и совсем другое – увидеть все собственными глазами.
В ночи там и сям вспыхивали огоньки – это корабли братьев поднимали с планеты строительные материалы. Багнель жаловался, что они избрали самый сложный способ постройки зеркала. Сам он предлагал поместить в задней троянской точке огромную связку аэростатов. Неделю назад братья уже вывели на орбиту наполненный газом двухсотмильный отражатель. Он направлял энергию на то понатское нефтяное месторождение, которое сейчас разрабатывалось, и имел, по мнению Марики, чисто психологическое значение. Рабочие клялись, что уже чувствуют изменение температуры. Марика посетила месторождение и пришла к выводу, что никакого локального потепления не произошло. Она подозревала, что большая часть энергии рассеивалась, не достигнув поверхности.
До сих пор еще проект держался потрясающей энергией строителей и еще более удивительным в данной ситуации духом сотрудничества. Конфликтов возникало гораздо меньше, чем ожидалось. Но даже теперь Багнель считал, что до завершения работ над главным зеркалом остается еще по крайней мере восемь лет.
В основном все задержки объяснялись саботажем проекта со стороны некоторых братьев, пришедших на смену исчезнувшим мятежникам. Эта проблема все еще оставалась главной.
Нынешние преступники были гораздо хитрее своих предшественников. Старые приемы Марики против них не срабатывали. И тем не менее захваченных мятежников хватало, чтобы в шахтах не кончалась рабочая сила. Почти никто из них не имел прямых контактов с братьями. Марику все больше беспокоил тот факт, что число мятежников продолжало неуклонно расти. Более того, теперь в их рядах встречались не только мужчины, но и женщины! Великая надежда, рожденная проектом, воспламенила не все сердца. Марику все это очень расстраивало, но она не знала, как объяснить простым метам, что в случае неудачи они так же погибнут, как и те, кто повелевает сейчас их жизнями.
С шахтами тоже были проблемы. До сих пор не возникало потребности в механизации труда шахтеров. Структура общества была такова, что всю необходимую руду легко можно было добыть силами одних лишь рабочих, без всякой механизации. Меты не любят нововведений и идут на них только в том случае, если поставленная задача неразрешима традиционными средствами. Но теперь…
Багнель был прав. Проект действительно изменил общество. Чтобы высвободить необходимую для него рабочую силу, пришлось механизировать такие трудоемкие области деятельности, как добыча руды и сельское хозяйство. Марика опасалась, что своими собственными лапами помогает мятежникам изменить общество. Но избежать этого невозможно. Иногда она просто впадала в отчаяние. Она, Марика, оказалась в совершенно неподходящей для нее роли защитницы силтских идеалов. Идеалов, в которые сама никогда не верила.
Повелительница Марикиного корабля развернула его носом к солнцу и зависла всего в нескольких милях от растущей металлической конструкции. Титановые балки блестели на солнце, разбегаясь в разные стороны от центральной точки. Марика вспомнила старые мосты в Телле‑Рее. Чтобы равномерно распределить нагрузку, братьям пришлось создать сложнейшие конструкции из металлических балок. Мосты более позднего периода выглядели гораздо проще. Может, и здесь та же проблема? Может, сконструированная ими несущая опора излишне сложна? Или, как и в случае с мостами, сложность тут зависит от уровня развития металлургии?
«Поверни корабль так, чтобы каркас зеркала оказался у нас над головой, – передала Марика своей Повелительнице. – Ты закрываешь мне обзор».
На таком расстоянии зеркало загораживало уже полнеба.
В ухе Марики заговорил крошечный радиоприемник. Металлический голос произнес:
– Привет, темный корабль. Отодвиньтесь‑ка на несколько миль назад – мы везем балки и должны пролететь через этот сектор.
В прежние времена ни один торговец не посмел бы разговаривать так с силтами. Но в космосе законы физики были важнее традиций. Возможно, по окончании строительства этих братьев следует просто уничтожить, чтобы подобная простота в обращении и пренебрежение субординацией не распространились как эпидемия на остальных метов.
Марика поискала сначала прикосновением, а затем и глазами кораблик братьев, тащивший за собой связку балок. Вот они – характерные вспышки пламени. Она передала инструкции Повелительнице, и темный корабль медленно поплыл назад.
Марика была довольна тем, что увидела в этой троянской точке.
Ее будут помнить. Народ мет никогда не забудет Марику Рейггскую, дикую силту из стойбища Дегнанов, что в Верхнем Понате. Даже если ее проект не удастся осуществить, если дурацкие ссоры между сестричествами развалят его, все равно в памяти мет он останется. И она, Марика, вдохновитель проекта, тоже не будет забыта.
Уже сейчас с планеты был виден свет, отражаемый недостроенным каркасом. В ближайшие несколько лет зеркалу предстоит стать самым ярким объектом на небосклоне, не считая, конечно, лун. А после установки отражающего слоя только солнце будет светить ярче.
Марика ничем не могла помочь строителям, разве что подбодрить их. Она мысленно прикоснулась к старшим из работающих здесь сестер, выразила им свое сердечное одобрение, затем обратилась к Повелительнице: «А теперь летим в другую точку».
Темный корабль начал медленно выбираться из хаоса.
Прошло не менее часа, прежде чем они оказались в таком месте, где силты могли летать безбоязненно. Все это время Марика то и дело ныряла через свою внутреннюю отдушину в призрачный мир – мир силтской магии, и пыталась поближе познакомиться со странными призраками – Сущими, населявшими Пустоту.
Она уже привыкла к ним и умела использовать этих призраков так же легко, как и их меньших собратьев, обитавших у поверхности планеты. Их необъятность и безмерная мощь больше не пугали ее. Вероятно, обучаясь управлять этими призраками, она сумела развить силу своего собственного таланта. Не было еще такого призрака, которого Марика не могла бы взять под контроль и заставить тащить свой темный корабль или выполнять другие задачи, которые простые меты назвали бы не иначе, как ведьмиными штучками.
Да, Марика знала теперь и Пустоту, и обитавших в ней Сущих, но до сих пор так и не осуществила свою давнюю мечту. Она все еще не летала к звездам и не посещала чужие планеты – даже в качестве пассажирки на корабле какой‑нибудь другой Повелительницы. До сих пор Марика так и не рискнула выйти в Ниоткуда, туда, где даже свет казался едва ползущим пешеходом. По каким‑то глубоко внутренним, непонятным ей самой причинам Марика страшилась встречи с неизвестным.
Обитательницы Тьмы говорили ей, что это – основная проблема всех Темных Повелительниц. Подобный страх назывался у них Последним Испытанием. Те, кто сумел преодолеть его, попадали в элиту – отдельную маленькую общину сестер, способных вести свои корабли к звездным мирам. Те, кто не мог справиться со своим страхом, никогда не покидали пределов орбит больших лун родной планеты.
Марика потянулась, расширила область прикосновения. Дальше, дальше… Вот оно, это черное Нечто – там, за пределами солнечной системы. Какое оно огромное и холодное – холоднее окружающей Пустоты. И исходит от него ощущение тьмы. Марика вздрогнула.
Каждый раз, выходя за орбиту Клыка, Марика чувствовала присутствие этого Нечто. Килдзар говорила ей, что это – последний из Сущих, самый сильный, огромный и смертоносный из всех виденных ею призраков. Он прячется во тьме между звездами, и каждый темный корабль, пересекающий эту тьму, должен как‑то умиротворить его. И возник он там вскоре после того, как первая силта проникла в межзвездную пустоту.
Именно способность управлять этим темным Сущим и делала Бестрей непобедимой. Только трое из живущих сейчас силт могли управлять Великим Темным, и Бестрей делала это лучше всех. Она могла призвать Темного и обрушить его мощь на того, кто посмеет вызвать ее на поединок. И никто не мог перехватить у нее контроль над ним.
Килдзар говорила, что Бестрей потому так хорошо управляется с Великим Темным, что ее собственная душа так же холодна и черна, как он сам.
Марика боялась Темного, потому что чувствовала, что ей не миновать встречи с ним. Пьеса уже написана и роли распределены. Сама природа мет, силт и силтского идеала делала эту встречу неизбежной.
Когда‑нибудь…
Никто не произносил этого вслух, но в глубине души каждая силта знала, что однажды Марика должна будет встретиться с Бестрей в Темной Войне. Это предопределено. И нет пути избежать столкновения.
Каждый раз, думая об этом, Марика испытывала страх. Она не была уверена, что справится с Великим Темным, с Бестрей. Большую часть своей жизни Марика слышала рассказы про ужасную Серк, а во время их единственной встречи она была просто потрясена первобытной силой этой силты.
Серк и их друзья‑мятежники устроили за последние месяцы несколько налетов на родную планету. Целью их было строящееся зеркало. Бестрей участия в налетах не принимала. Она с презрением относилась к тактике мелких стычек и не могла сама опуститься до такого – так утверждали все знавшие ее силты. Бестрей не появится, утверждали эти силты, пока не получит традиционного вызова на драматический поединок с огромными ставками.
И снова с неизбежностью в дело вмешалась судьба. Когда Повелительница корабля Марики направила темный корабль к задней троянской точке, Марика получила мысленное послание от одной из сестер, дежуривших на темных кораблях там, откуда обычно появлялись Серк и «Звездный странник». Внезапно контакт оборвался.
«Поворачивай, – передала Марика своей Повелительнице. – „Звездный странник“ возвращается».
Ужас, источаемый Повелительницей и Помощницами, заполнил все пространство прикосновений.
«Но, госпожа, это не наша задача», – передала в ответ Повелительница.
«Поворачивай. Курс на солнце».
Темный корабль развернулся.
В ухе Марики снова зачирикал приемник – медленные электромагнитные волны принесли наконец предупреждение.

2

«На этот раз они что‑то осмелели», – передала Марика. С момента первого предупреждения прошло уже довольно много времени. «Звездный странник» с налетчиками приближался к главному зеркалу. Никогда еще он не подлетал так близко. Раньше Серк боялись потерять свой корабль, ведь вместе с ним они потеряют и всех братьев, находящихся на его борту.
«Должно быть, сегодня у них с собой какое‑то мощное оружие», – ответила Повелительница корабля.
Эта мысль уже приходила Марике в голову. Пары бомб вроде тех, что смели с лица земли Телле‑Рей, за глаза хватит, чтобы уничтожить весь проект. А ради этого Серк могут рискнуть и «Звездным странником».
Марика открылась Всесущему, чтобы прощупать все движущиеся вокруг объекты. «Звездный странник» сопровождали пять темных кораблей и около дюжины корабликов братьев. А противостоять им в данный момент могла одна только Марика. Оставшиеся на планете силты, как всегда, растерялись и бездействовали. Те же сестры, которые работали на строительстве, не успевали даже выбраться из опасной зоны, не то что организовать оборону.
Знают ли Серк, что Марика здесь? Узнали они ее? По их поведению этого нельзя было понять. Корабли мятежников летели прямо к зеркалу. Силты прикрывали их от возможных защитников с планеты. Марика хотела уничтожить «Звездный странник», лишив бандитов пути к отступлению, но опасалась, что в это время маленькие кораблики могут уничтожить зеркало.
Значит, сначала придется разбираться с ними.
Марика пробежала по длинному крылу корабля к месту Повелительницы. Этот темный корабль построили специально для Марики из золотого дерева. Он был предметом постоянного изумления всех сестер, летавших на огромных титановых крестах. Вместо эмблем монастыря и сестричества корабль украшали знаки Дегнанов и личная эмблема Марики.
«Я возьму управление на себя, – передала Марика, подбежав к Повелительнице. – Я не так устала. Прикрывай меня, а я буду атаковать. Поняла?»
«Да, госпожа».
Силта отвечала без малейшего энтузиазма, хотя явно понимала необходимость подобных действий.
Марика перехватила управление и развернула темный корабль так, чтобы подобраться к мятежникам сзади.
Она разгоняла корабль, пока не почувствовала, что Помощницы уже дрожат от напряжения, не в силах вынести такую нагрузку. Повелительница нервничала все сильнее – они подошли уже слишком близко к космической стройплощадке, запруженной материалами для нового зеркала.
Догнав мятежников, Марика пристроилась к ним в хвост. Она была теперь так близко, что чувствовала запах ионов, вылетающих из дюз. Продолжая приближаться, она одновременно путем прикосновений исследовала маленькие кораблики.
На двух из них не было вообще никакой команды. Марика предоставила кораблю свободно дрейфовать, а сама поймала призрака посильнее и занялась более детальным исследованием.
Беспилотные кораблики несли что‑то вроде бомб – огромные громоздкие устройства, очень опасные на ощупь. Марика внимательно изучила одно из них, но не нашла способа ни обезвредить его, ни подорвать.
Тогда Марика загнала призрака в топливные танки этих корабликов, сжала его в твердый шарик, раскрутила и продырявила стенки баков. Когда она вернулась в свое тело, в ночи расцвел уже второй огненный цветок.
Марика чувствовала ярость мятежников, чьи планы она так безжалостно разрушила, чувствовала, как они обшаривают окружающий мрак в поисках виновника. Она снова нырнула в призрачный мир и продолжила преследование.
Они ее не замечают! Деревянный корабль оказался невидимым для радаров братьев. Марика подобралась к налетчикам почти вплотную, а они так и не смогли ее засечь.
Она уничтожала кораблики один за другим. Налетчики бросились врассыпную, надеясь, что она не сможет погнаться сразу за всеми.
«Госпожа, нам пора уходить. Корабли Серк повернули в нашу сторону».
Марика предвидела это заранее и не стала реагировать на предупреждение.
Пять опытных Серк против Марики и смещенной ею Повелительницы. Даже если учесть, как сильна Марика, шансы все равно неравны. Но спрятаться невозможно. Чтобы сделать это, надо полностью отринуть талант. А в космосе это означает мгновенную смерть.
Марика повернула, отыскала очередной удирающий кораблик, взорвала его, принялась искать следующий…
«Госпожа…»
«Еще есть время. Не отвлекай меня больше».
Она уничтожила уже шесть корабликов. Мятежники надолго запомнят этот рейд.
«Твое дело – охранять меня».
Пусть Серк подойдут поближе. Силой или хитростью, она попробует с ними справиться. А в крайнем случае можно будет удрать.
Марика как раз разбиралась с очередным бандитским корабликом, когда Повелительница снова прикоснулась к ее сознанию. Марика с трудом подавила гнев – ее прервали в самый неподходящий момент.
Предупреждение было излишним.
Остолбенев от изумления, Марика смотрела, как всего в нескольких сотнях ярдов от нее вдруг материализовался чужой темный корабль. Она даже про мятежников забыла и едва не опоздала помочь Повелительнице отбить атаку.
Повелительница корабля Серк была явно слабее Марики. Марика открыла свою внутреннюю отдушину, нырнула в призрачный мир, схватила призрака помощнее и швырнула им в нападавшую силту.
Корабль Серк исчез.
Через какое‑то мгновение совсем в другом месте появился другой темный корабль. Он тоже исчез прежде, чем Марика успела нанести удар.
С опозданием, она все же поняла, в чем дело. Серк пытаются атаковать их через Ниоткуда!
Что же теперь делать?
Марика не видела спасения.
Решение пришло внезапно. Марика развернула огромный деревянный кинжал острием к «Звездному страннику» и прибавила скорости.
Серк сразу поняли, что она затевает, и бросились наперерез. Марика и Повелительница корабля отбили их атаки и вместе продолжали разгонять свой корабль по направлению к «Звездному страннику». Управлявшим им сестрам пришлось сдвинуть корабль с места, иначе Марика просто протаранила бы его.
Серк попытались загородить Марике путь. Но, сделав это, они подставили себя под удар. Теперь у Марики появилось преимущество – она лучше их умела обращаться с обитателями темной стороны.
Через мгновение пространство прикосновений заполнили мысленные вопли отчаяния. Сердце одной из Повелительниц Серк взорвалось, и ее Помощницы поняли, что надежды у них нет.
Марика мчалась вперед, набирая скорость.
«Звездный странник» исчез.
Марика прикосновением обшаривала Пустоту, стараясь не прозевать момент, когда он появится снова. Если все время висеть у Серк на хвосте, они не смогут подобрать кораблики мятежников до того, как подоспеет помощь с планеты или с других строительных площадок. Тогда мятежники останутся здесь.
Огненное копье прошло совсем близко. Марика так увлеклась погоней за Серк, что забыла о мятежниках. Один из корабликов засек ее визуально. Марика в спешке швырнула в него призраком и взорвала топливный бак. Когда она вернулась в реальный мир, Повелительница корабля была уже еле жива от напряжения. Сразу два темных корабля Серк возникли из Ниоткуда и атаковали ее. Радость их Повелительниц заполнила пространство прикосновений – они думали, что победили.
Марика нанесла удар по одному из этих кораблей, и радость уступила место отчаянию.
Второй темный корабль исчез.
Марика заметила вдали «Звездного странника» и устремилась к нему.
Пока все шло даже лучше, чем она ожидала. За последние годы ее талант только увеличился. Сила, скорость, интуиция – Марика во всем превосходила своих соперниц. Даже если она погибнет, победа на ее стороне. Мятежники уже не смогут повредить проекту.
Оставшиеся в живых Серк собрались вместе как можно дальше от нее. Марика подозревала, что на этот раз они нападут все сразу. Ей и ее измотанной Повелительнице не отбиться от трех тренированных силт.
Придется преодолеть страх и самой попробовать уйти в Ниоткуда. Риск большой, но другого выхода нет. Больше Серк ошибок делать не будут.
Когда же прибудет помощь? Конечно, темным кораблям нужно много времени, чтобы подняться сюда с планеты. Но ведь может же кто‑нибудь прилететь с одной из лун или вынырнуть из металлических джунглей гигантской стройплощадки!
Но на прикосновение никто не откликался.
Значит, остается только Ниоткуда – или смерть.
Что надо делать, Марика знала. Теоретически. Иногда она даже собирала нужное количество сильных призраков, но каждый раз ее нервы не выдерживали. А лететь в Ниоткуда с наставницей Марика отказывалась, хотя обычно все учились именно так.
Но сейчас выбора не было. Серк медлить не станут.
Марика собрала призраков. В ту же секунду корабли Серк исчезли.
Марика крепко зажмурилась, открыла душу Всесущему, раскрутила своих призраков и отринула страх. Только после этого она потянулась к Ниоткуда.
Звезды исчезли. Более того, исчезло все. Несколько долгих секунд Марика не ощущала вокруг ничего, кроме призраков и каких‑то странных вскриков. Отсюда даже Пустота казалась теплой и дружелюбной.
Бешено вращаясь, звезды появились вновь. Корабль кувыркался. Марика огляделась вокруг и с ужасом поняла, что не видит ни одной знакомой приметы. Где мир? Куда все девалось? Где темные корабли Серк, где кораблики мятежников, «Звездный странник», зеркало, где луны, наконец? Ничего этого Марика не обнаружила. Только далекие звезды, и ничего больше. Неужели они заблудились в межзвездной бездне?
Что‑то черное и огромное зашевелилось рядом, почувствовав их присутствие. Сила его была так велика, что Марике даже не надо было нырять в пространство прикосновений, чтобы увидеть его. Это был тот самый Великий Темный, огромный призрак, затаившийся на самом краю солнечной системы, чье присутствие Марика ощущала всегда. И вот теперь она метнулась через Ниоткуда прямо к нему в лапы!
Борясь с подступающим страхом, Марика выровняла корабль и пересчитала команду. Все были живы, хотя и перепуганы до смерти. Повелительница тоже никогда раньше не летала через Ниоткуда.
«Что будем делать?» – спросила у нее Марика.
«Искать, в каком направлении дом».
Марика повернулась спиной к ползучей Тьме и внимательно присмотрелась к звездам. Одна из них казалась ярче других.
«Вон та, что ли?»
Повелительница не лучше нее знала, куда они попали.
«Похоже на то. Отсюда только солнце может быть таким ярким. Торопитесь. Оно знает, что мы здесь, и собирается рассмотреть нас поближе…»
Сгусток тьмы действительно потянулся к ним.
Марика развернула корабль носом к солнцу и принялась подгонять призраков.
«Долетим?». Ей не хватало смелости еще раз нырять в Ниоткуда.
«Попытаемся. Нельзя же лезть туда снова. Мы ведь не знаем, что делаем, и в следующий раз можем вынырнуть так далеко, что не найдем дорогу назад».
Теперь, когда проблема была уже не в Серк, Повелительница рассуждала очень хладнокровно. «А ведь она разумнее меня», – подумала Марика.
Домой они добирались три дня, несмотря на то что Марика сумела разогнать корабль до немыслимой скорости. На лунной орбите их подобрали братья, работавшие на строительстве зеркала. Ни Марика, ни команда корабля уже не были в состоянии посадить его. Все они находились на грани смерти.

3

Когда Марика еще лежала в постели, оправляясь после долгого перелета, ее зашел навестить Багнель. Дело происходило на борту рабочей станции «Молот». Братья назвали ее так из‑за своеобразной формы – станция представляла собой две крутившиеся на длинной оси гондолы. Таким способом создавалось искусственное тяготение.
– Я слыхал, – сказал Багнель, – что на этот раз ты выжила только чудом.
Марика проспала безумно долго, и Багнель был ее первым посетителем.
– Исключительно чудом, – ответила она. – Я уже думала, что пропала.
Багнель пристально посмотрел на нее и покачал головой.
– Я сделала то, чего делать не умела, и чуть себя не погубила. Эти слова ты хотел от меня услышать? Так вот, ты их услышал. Но еще я скажу, что у меня не было выбора. Я могла либо бежать в Ниоткуда, либо погибнуть. Серк меня чуть не настигли.
– Я понимаю.
– Насколько плохи дела? Много они успели разрушить?
– Кто – налетчики? Ничего не пострадало. Если, конечно, не считать мелких разрушений, которые наделал один из взорвавшихся корабликов. Он врезался в то место, где у нас были привязаны запасные материалы. Придется заменить несколько сотен погнутых балок.
– Всего‑то?
– Ты, очевидно, застала их врасплох. Я слыхал, что мятежники на планете в отчаянии. Этот удар должен был стать смертельным.
– Значит, темные корабли с планеты успели подняться и помешать им все уничтожить?
– Не совсем так.
– То есть?
– Они убежали. Серк, я имею в виду. До того, как подоспели наши темные корабли. Все мы слышали сигнал тревоги, но долгое время никто не понимал, что произошло. Мы узнали обо всем от захваченного в плен мятежника.
– Но…
– Марика, никто даже не знал, что ты здесь. Кто‑то из рабочих видел летавший вокруг темный корабль, но как они могли догадаться, что это ты? Ты никому не сказала, куда летишь и что собираешься делать. Искать тебя стали только после того, как наш пленник рассказал об атаковавшем их темном корабле, а все силты, работавшие в том районе, оказались на месте. Сначала даже пошли разговоры о темном корабле‑призраке. И только когда мы не смогли найти тебя на планете… Марика, ты не должна больше так поступать. Ты могла погибнуть, не добравшись до дома. Если бы ты сказала кому‑нибудь – все равно кому, – что собираешься делать, силты попробовали бы найти тебя. Когда не знаешь, что кто‑то в беде, помочь ему трудно.
– Хорошо, Багнель. Не заводись. Я усвоила урок. В конце концов, теперь это уже не имеет значения. Все обернулось к лучшему. Я жива и в безопасности.
Багнель нахмурился. Он хотел сказать гораздо больше, но придержал язык.
– Теперь у нас возникла новая проблема, – сказала Марика. – Зеркало надо как‑то защищать. Если бы я случайно не оказалась поблизости, мятежники уже уничтожили бы его. На двух кораблях были бомбы вроде тех, которые они сбросили на Телле‑Рей.
– Случайно, говоришь? Где же тут случайность?
Глаза Багнеля блеснули странным огнем.
– Что это значит? Мне не нравится, как ты на меня смотришь!
– Ты, как всегда, забываешь о роке. Я люблю суеверия не больше твоего, Марика, но на этот раз даже я задумался.
– Только не это! Я слышу довольно глупостей от силт. К тому же, если допустить, что меня преследует рок, получится, что зеркало уже должно быть уничтожено. Мне постоянно говорят, что я несу с собой смерть и разрушения.
– Возможно, это было лишь предупреждение.
– Хватит, Багнель. Не могу слышать, как ты несешь эту чушь.
– Как хочешь. Я, собственно, зашел посмотреть, как ты. И уже получил ответ на свой вопрос. Ты еще хуже, чем всегда, и тех, кто надеялся на твою преждевременную кончину, ждет горькое разочарование.
– Верно. И это будет не последнее в их жизни разочарование. Я еще переживу их всех. Слишком много всего надо сделать. Мне просто некогда умирать.
Багнель удивленно уставился на нее:
– Много всего? Например?
– Строительство идет полным ходом. Раскачивать этот процесс уже не надо. Правильно?
– Ну да…
– После того, что со мной произошло, я задумалась. Я ведь здесь уже не нужна – могу разве что защищать зеркало или возить балки с планеты. Но все это можно делать и без меня.
– Ну и?
– Вот я и думаю, что пора мне отправляться искать неприятностей, а не ждать, пока они сами свалятся мне на голову. Нет, подожди! Помнишь, какой я была в молодости? Помнишь послушницу Марику, которая всегда первой кидалась в драку? А когда эта послушница выросла, она стала вести себя осторожнее. Так что твой ископаемый дедуля‑начальник был прав! Я имею в виду тот старый разговор у тебя на квартире.
– Так ты, значит, состарилась? Скоро, наверное, станешь Мудрой, как это принято у вас в Понате? А? Да, я знаю. Иногда ты нападала, даже сама того не замечая. Прекрасно помню ту Марику. Временами она казалась мне глуповатой. Теперешняя Марика нравится мне больше.
– Глупец. Та Марика сама направляла судьбу. Эта Марика лишь реагирует на ее удары. В основном потому, что боится сделать следующий шаг, хотя сама знает, что это необходимо. Мне надо научиться путешествовать через Ниоткуда – до того, как Килдзар умрет и оставит сестричество в лапах какой‑нибудь мерзкой старой арфты. Конечно, она может прожить еще сто лет, все так же собираясь умереть со дня на день. И все же это может случиться. Я должна преодолеть страх, закончить наконец учебу и отправиться на охоту за теми, кто жаждет нас уничтожить. Таково уж мое предназначение.
– Марика, пойми, пожалуйста, что я не могу этого одобрить. Я не думаю…
– Я понимаю, Багнель. И ценю твою заботу.
Марика закрыла глаза и несколько минут лежала молча, успокоенная присутствием Багнеля. Их дружба была молчаливой – слова здесь были не нужны.
– Багнель…
– Да?
– Ты всегда был хорошим другом. Именно таким и должен быть настоящий друг. Когда мы произносим это слово, мы… Ох, проклятие!
Багнель был поражен. Марика почти никогда не употребляла резких выражений.
– Что случилось?
– Я просто хочу тебе кое‑что сказать. Надо же это наконец сделать! Но я не нахожу слов. Возможно, их просто нет в нашем языке.
– Так не ищи их. Я и так все знаю. Успокойся. Тебе надо отдохнуть. Разговоры утомляют тебя.
– Нет. Это важно. Даже если мы что‑то знаем, слова все равно нужны. Иногда. Чтобы наше знание стало более реальным. Как это делается у нас, силт, – колдовство не может быть неназванным.
Марика снова немного помолчала.
– Если бы мы только не были теми, кто мы есть, Багнель. Но ты торговец, а я силта. Ты южанин, а я родилась в стойбище. Если бы…
Багнель вдруг легонько прикоснулся к лапе Марики. Он даже пожал ее, мягко и осторожно, а потом бегом выскочил из комнаты.
Марика молча смотрела на холодную белую дверь.
– О нас могли бы сложить легенды, – тихонько пробормотала она. За все долгие годы, что они были знакомы, Багнель прикоснулся к ней всего второй раз. – Но им пришлось бы выдумать все от начала и до конца.
Наконец‑то Багнель осмелился. И тут же сбежал.
Никто не должен прикасаться к силте.
Марика тоже лишь однажды тронула Багнеля за лапу. Давным‑давно, когда они еще не были знакомы. Они стояли рядом на вершине занесенного снегом холма и смотрели на развалины Критцы, которую Багнель называл тогда своим домом. Он отвечал за безопасность крепости и потерпел поражение.
Силты не знают страха. Не знают его и понатские охотницы. И ни те, ни другие никогда не плачут.
Марика заплакала.

Глава четвертая

1

Впервые за последние шесть лет Марика позволила себе забыть о строительстве зеркал. Правда, сначала пришлось много дней убеждать себя, что тут и без нее обойдутся. Ей все время хотелось вмешаться и лично проконтролировать происходящее.
Килдзар разрешила Марике обращаться к любым Темным Повелительницам сестричества Редориад. Марика выбрала лучших наставниц. Она снова и снова выходила в Пустоту и доводила себя до изнеможения, изучая Пути Ниоткуда. Так усиленно Марика не занималась со времен своего послушничества. Давно она не испытывала подобного энтузиазма. Надо было изучить все хитрости и уловки, с помощью которых силтам удавалось ускользнуть от огромного призрака, притаившегося на самом краю солнечной системы. Никто не знал, чего он там ждет – огромный, вечно голодный, чужой. Никто не мог понять природу его странного голода.
– Мы, конечно, воспринимаем их по‑разному, но на самом деле все эти, как ты говоришь, «призраки» похожи друг на друга, – сказала как‑то Килдзар. За всю свою жизнь Марика не встречала другой силты, которая знала бы это слово. Большинство сестер называли призраков Сущими. Считанные единицы не верили в них вообще.
– Чем дальше от поверхности земли, тем огромнее призраки и тем меньше их становится. В межзвездной бездне встречаются лишь огромные черные гиганты.
Большинство из нас не задумываются ни о том, что такое призраки, ни о том, откуда они взялись. Мы просто пользуемся ими. Но есть среди нас сестры, искательницы знаний, которые вот уже много веков спорят о природе Сущих. Одна из популярных гипотез утверждает, что призраки пожирают друг друга, как морские твари. Сильный поедает слабого. И чем больше призраки, тем труднее им переносить увеличение кривизны пространства, возникающее возле тел большой массы. Так что по мере приближения к поверхности планеты призраки становились все меньше и меньше. И каждый из них стремится попасть как можно ближе к поверхности, где, согласно теории, он может поедать своих меньших собратьев, не опасаясь больших.
Сама я не признаю этой экологической теории. Я стала силтой так давно, что ты и представить себе не можешь, и ни разу не видела, чтобы призраки охотились друг за другом. Более того, при ближайшем рассмотрении выясняется, что правило распределения размера тоже не всегда соблюдается. Среди многих тысяч разнообразных призраков встречаются такие, которые не хотят подчиняться теории. Даже возле Великого Темного живут малые призраки. Их там миллионы, и каждый не больше моей лапы.
Современная теория гласит, что призраков вообще не существует. Возможно, возникновением такой гипотезы мы обязаны братьям, которые не верят в то, чего нельзя измерить или потрогать лапами. Пока у нее мало сторонников, но число их постоянно растет. Теория состоит в том, что призраки – лишь отражения сознания силт, пытающихся перекроить пространство на свой лад. Утверждается, что это не более чем символы, помогающие нам пользоваться своей ментальной силой. И если силту обучать, не говоря ей ни слова о Сущих, она сможет делать все, что делаем мы, не прибегая к ним.
– Но ведь никто еще не сделал этого, верно? – спросила Марика. Ей даже нравилась эта идея с ментальной силой, но слишком она была неправдоподобной. В конце концов, Марика видела Сущих, когда еще ничего не знала о силтах и их талантах. Именно тогда она и привыкла считать призраков сверхъестественными существами. С позиций ее тогдашнего опыта никак иначе нельзя было объяснить те странные явления, с которыми она столкнулась.
– Силты, как ты прекрасно знаешь, консервативны. Зачем менять метод, если и старый прекрасно работает? С прагматической точки зрения совершенно не важно, реальны ли Сущие. Во внимание принимается только конечный результат.
– Но я видела призраков раньше, чем встретилась с силтами, – напомнила Марика. – Как сейчас помню первый такой случай. Это случилось вскоре после того, как мы заметили, что кочевники следят за нашим стойбищем. Я тогда как раз осваивала прикосновение и пыталась следить за матерью, которая охотилась на их разведчиков.
– Это наши теоретики объясняют генетической памятью и говорят, что само по себе понятие прикосновения – уже достаточное доказательство тому, что мы пользуемся лишь силой своего мозга. Замечено, что для прикосновения силты никогда не призывают Сущих. Они нужны нам только для физического воздействия на среду. А для того чтобы призвать Сущих, необходимо прикосновение.
– В нашу эпоху, госпожа, меты – и даже силты – предпочитают объяснять что бы то ни было, не пользуясь понятиями магии и мистики. Я лично принимаю все как есть, без всяких объяснений. Работает – и хорошо. Мне не надо знать, как оно работает. Но давайте сменим тему. Я считаю, что готова совершить самостоятельный перелет между звездами. Что по этому поводу говорят мои наставницы?
– Они полностью согласны с тобой. Но для начала ты полетишь с инструктором. Таково общее правило. В первый полет полагается брать с собой кого‑нибудь, кто уже летал к звездам. На всякий случай.
Эта идея вызвала у Марики легкое раздражение, хотя, в сущности, Килдзар говорила вполне разумные вещи. Марика подумала, что в глубине души она все еще остается самонадеянной понатской щеной.
– Хорошо, так я и сделаю. Если, конечно, найдется Повелительница, которая захочет со мной лететь.
– Будь осторожна, Марика.
– Я буду осторожна. Я еще не достигла всего, чего хотела.
Морда Килдзар мгновенно стала очень серьезной. Ей очень не нравилось, что Марика намеревается выследить сбежавших Серк и братьев‑мятежников.
– Будь очень осторожна, щена.
– Щена, госпожа?
– Иногда ты и есть щена. Все еще. Ты слишком рано достигла власти.

Грауэл и Барлог с мрачным видом заняли свои места. Страха охотницы, конечно, не показывали, но Марика знала, что они испуганы. Грауэл летала в Пустоте лишь однажды, и тогда они не выходили за орбиту Клыка. Вернувшись обратно на землю, Грауэл высказала желание остаться там навсегда. Барлог в космосе не была никогда.
А теперь Марика тащит их с собой в один из этих выдуманных звездных миров. Миров, в существование которых охотницы до сих пор еще не верят.
– Успокойтесь, – сказала Марика. – Может, это путешествие и покажется вам странным, но оно не сложнее и ничуть не опаснее, чем обычный перелет из Рухаака в Скилдзянрод.
– Это совсем не одно и то же, – возразила Барлог. – Сходство чисто внешнее. Понимаешь, о чем я?
– Мы все еще понатские охотницы, Марика, – сказала Грауэл. – К тому же очень старые. Скоро мы уже не сможем быть охотницами. Если бы мы жили в Понате, то давно были бы Мудрыми. В крайнем случае стали бы ими через год‑другой. А ты же сама знаешь, каковы Мудрые. Не любят они рисковать.
– Я сделаю все, что могу, чтобы это было не слишком мучительно для вас. В конце концов, мы летим учить меня, а не искать приключений. Это у нас еще впереди.
Марика подала знак старшей Помощнице. Та подошла к ним с кубком золотистого питья в лапах.
– Вы обе должны выпить примерно по чашке этого эликсира.
Повелительница, которая должна была лететь с Марикой в качестве инструктора‑наблюдателя, залпом выпила свою порцию напитка и расположилась на центральной платформе, удобно подложив под себя хвост. Эта сестра летала к звездам бесчисленное число раз. Для нее сегодняшний полет был просто рутиной.
Помощницы тоже отхлебнули золотистого напитка, и их старшая передала кубок Марике. Марика допила эликсир и сразу же ощутила действие наркотика.
– Вы уже закончили со своими ритуалами?
Старшая помощница утвердительно кивнула.
– Хорошо. Все привязались?
Марика заметила, как обе охотницы стиснули свои винтовки. На этот раз ей не пришлось напоминать Барлог, чтобы та вооружилась. Оружие служило охотнице талисманом против неведомого.
Марика проверила свое собственное оружие. Все на месте. Винтовка на спине, револьвер – в кармане потрепанной шубы из меха отека, которую она носит не снимая вот уже много лет. Один нож в сапоге, другой на поясе, третий спрятан в рукаве. Арсенал для небольшой битвы. А сушеного мяса хватит на неделю.
Марика подумала, что со стороны это выглядит глупо. Она тоже тащит с собой амулеты против неведомого.
– Поднимай корабль, – сказала Повелительница‑инструктор. – Ты зря теряешь время.
Марика закрыла глаза, собрала самых сильных Сущих, до которых смогла дотянуться, и начала долгий подъем наверх. В Пустоту.
Наконец‑то мечта ее жизни станет явью. Дорога к звездам открыта.
Марике стало страшно.
Несмотря на то что во время подъема она намного превышала допустимую на планете скорость, терпение ее кончилось гораздо раньше, чем корабль вышел в Пустоту. Ей хотелось как можно быстрее покончить с этим, победить наконец свой страх перед Ниоткуда.
Пустота требовала от тех, кто в ней путешествовал, нового мышления. Все привычки, приобретенные на поверхности планеты, здесь приходилось отбрасывать. Нарушение этого правила могло привести к гибели.
Традиционно никто не выходил в Ниоткуда, не выйдя предварительно за орбиту Клыка, дальней из двух больших лун. Рядом с планетой почти не было призраков подходящего размера. Но Марика в своем нетерпении начала собирать Сущих гораздо раньше. Когда наставница запретила ей это делать, Марика до предела увеличила скорость корабля и не снижала ее до тех пор, пока Повелительница не сочла популяцию призраков достаточно плотной.
Марика чувствовала, что могла бы собрать их гораздо раньше, но спорить не стала. Она здесь не для того, чтобы спорить. Она пришла, чтобы пройти Последнее Испытание и доказать, что готова самостоятельно путешествовать к звездам.
«Смотри на звезду, – передала ей наставница. Марика зафиксировала взгляд на одной из принадлежавших Редориад звезд, которую она выбрала целью своего сегодняшнего путешествия. – Собери Сущих. Мысленно зафиксируй образ нужной тебе звезды. Готово? И звезда, и Сущие?»
«Да».
«Теперь заставь образ звезды в своем сознании медленно расти. Надави на Сущих изо всех сил. Пусть поймут, что ты отпустишь их лишь тогда, когда эта звезда станет солнцем».
Призраков Марика собрала целое полчище – больше, чем любая Темная Повелительница собирала до сих пор. Она согнала их в стаю и в точности исполнила указания наставницы. Чего‑чего, а сил ей было не занимать.
Звезды погасли, как будто кто‑то внезапно выключил свет. На мгновение Марика даже потеряла ту искорку, которая была ее целью, но тут же восстановила ее мысленный образ и передала его Сущим, в ярости метавшимся вокруг темного корабля в бессильных попытках освободиться.
Искорка стала расти резкими толчками. Похоже было, что они с кораблем мчатся навстречу друг другу. В мгновение ока звезда выросла до размера монеты.
«Отпускай их! – передала Повелительница. – Ну, отпускай же!»
Марика действительно так увлеклась движением, что и думать забыла о том, что Сущих пора отпускать.
«Я что‑нибудь сделала не так?»
«Ты чуть не врезалась в эту звезду», – передала Повелительница. Она, похоже, действительно испугалась.
«Извините меня, госпожа. Я думала только о том, как лучше управлять Сущими».
«Да. И ты ими управляла. Никогда не видела, чтобы переход совершался так быстро. Посмотрим, как ты полетишь обратно, когда будешь лучше представлять себе место назначения. Если все пройдет нормально, я передам Верховной жрице, что ты можешь летать самостоятельно».
«По‑моему, с вами что‑то не так, госпожа».
«Я никогда еще такого не испытывала. Не видела такой подавляющей демонстрации силы. Ты почти не пользовалась услугами Помощниц».
Сказав это, Повелительница резко сменила тему и больше к этому вопросу не возвращалась.
«Поищи планету. Ты сейчас находишься внутри ее орбиты».
С помощью прикосновения Марика обнаружила планету. Она была слева, за солнцем.
«Опять в Ниоткуда?»
«Да. Только осторожнее. Не нужно ставить рекорды».
Марика повторила процедуру перехода, стараясь проделать все как можно аккуратнее.
«Ну как, госпожа?»
«Лучше. Но ты должна научиться действовать мягче. Опускай корабль».
И Повелительница передала Марике изображение того места, куда надо было сесть.
С орбиты эта планета мало чем отличалась от родного мира Марики. Льда тут, возможно, было поменьше, но это ненадолго. Наставница сообщила Марике, что и этот мир уже находится в пылевом облаке. Еще пару сотен лет, и здесь тоже ничего не будет, кроме снега и льда.
«С точки зрения межзвездных расстояний, Марика, мы все еще находимся очень близко от дома. В небе нашего мира мало звезд. Если вылететь из пылевого облака, их станет во много тысяч раз больше».
Глядя, как растет под ногами чужая планета, Марика вдруг осознала, что сбылась ее давняя мечта. Она действительно путешествует среди звезд! Просто повседневные заботы отвлекли ее от сути происходящего. Мечта перестала быть мечтой.
– Звезды у меня под ногами, – прошептала Марика.
Темный корабль пробил редкие облака. Внизу показалась пустыня, ландшафт, который Марика раньше видела лишь на фотографиях. В знакомой ей части мира пустынь не было. Марика вдруг поняла, что плохо знакома с пейзажами родной планеты. Она знала лишь узкую полоску земли, тянувшуюся от Разлома к Рухааку, через Понат, Макше и Телле‑Рей. На самом деле родной мир был в тысячу раз больше. А сейчас она путешествует между мирами!
«Поверни к солнцу, Марика. Два румба вправо. Чувствуешь, куда нам надо?»
«Да».
Этот мир совсем не был похож на родную планету. Он казался покинутым в своей неправдоподобной пустоте. На прикосновение Марики никто и ничто не откликалось. Только в одном направлении ей удалось что‑то обнаружить. Марика направила темный корабль по узкому лучу прикосновения. Встречный ветер был на удивление теплым – даже здесь, наверху.
На горизонте показались голые серые горы. Странные это были горы – лишенные растительности, источенные ветром, они стояли поодиночке, в окружении леса каменных столбов. Все они были изборождены красными и бурыми морщинами и полосами и до половины засыпаны каменными обломками. Некоторые достигали в высоту пяти тысяч футов.
Монастырь Марика нашла уже без помощи наставницы. Он находился на вершине одной из каменных колонн. Все постройки были сложены из ржаво‑коричневых глыб засохшей грязи, поднятых, очевидно, снизу, где струилась засыхающая речка.
Темный корабль подлетел к монастырю и завис над посадочной площадкой. Сестры высыпали во двор и задрали головы вверх. Марика аккуратно посадила корабль.
– Добро пожаловать в Ким, – сказала наставница, когда подпорки темного корабля коснулись земли. – Мы проведем здесь день, чтобы отдохнуть перед обратным перелетом.
Марика спрыгнула на землю. Камень под ногами был теплым. Чужое солнце, слишком большое и яркое, сильно нагрело его. Итак, она действительно здесь. Или надо говорить «там»? В одном из звездных миров. Понатская щена, ежившаяся на холодном ветру в дозорной башне стойбища Дегнанов, мечтательно глядя в ночное небо, добилась наконец исполнения своей невозможной мечты.
Грауэл и Барлог тоже спустились на землю. Шерсть охотниц поднялась дыбом, стиснутые лапы не выпускали винтовок, глаза выискивали неведомую опасность. Охотницы чувствовали себя чужими в этом мире. Им тоже не хватало постоянного фона бессознательного прикосновения.
Марика поговорила с силтами Редориад – через пять минут она уже не помнила, как их зовут. Они буквально забросали своих гостей вопросами о доме – ведь этот монастырь лежал в стороне от основных звездных путей и новостей здесь было не дождаться. Новоприбывшие честно отвечали на все вопросы, но мысли Марики были заняты другим. Она все еще не могла прийти в себя после того, что только что совершила.
Несмотря на то что ей полагалось отдыхать, Марика почти не спала. На смену потрясению пришло любопытство. Она постаралась узнать все, что только можно, об этом новом мире.
Узнать, впрочем, можно было немного. С туземцами силты почти не торговали – те были слишком примитивны, чтобы предложить что‑нибудь стоящее. Монастырь на планете Ким был нужен сестричеству Редориад, чтобы закрепить свои права на планету и в качестве посадочной базы. Отсюда взлетали темные корабли, отправляясь на поиски новых миров.

2

Звезды мигнули, и перед глазами возник родной мир. «Хорошо, – передала наставница. – На этот раз почти совсем хорошо. Ты будешь летать, Марика. У тебя получится. Сейчас тебе надо будет изучить расположение опорных звезд, чтобы научиться узнавать их из любой точки пространства. Тогда ты сможешь путешествовать самостоятельно».
«А что, темные корабли пропадают?»
«Иногда. Правда, теперь это случается довольно редко. Сестричества почти не ищут новых миров».
«А почему?»
«В прежние дни Звездные Странницы посетили более десяти тысяч звезд и нашли очень мало пригодных для обитания миров. Их почти нет. По крайней мере таких, которые можно использовать с выгодой. И тем не менее среди десяти тысяч миров нашлось достаточно подходящих, чтобы у сестер, способных передвигаться между звездами, не было времени искать новые. На протяжении целого поколения никто этим не занимался».
«Кроме Серк».
«Вероятно. Что‑то они, по‑видимому, нашли».
«Что‑то нашли».
Марика уже знала, каким будет ее следующий шаг. Она намерена была внимательнейшим образом пересмотреть все записи, оставшиеся от распущенного сестричества Серк. Где‑то в них может скрываться подсказка, пусть до сих пор никто ее не обнаружил.
Родная планета росла, приближаясь. Вместе с ней возвращалось ощущение покоя, уверенности, контакта с миром постоянного подсознательного прикосновения, окружавшего мет с самого рождения. Марика обернулась, чтобы взглянуть на Грауэл и Барлог, но не смогла разглядеть их лиц. Тогда Марика осторожно прикоснулась к ним и увидела, что обе охотницы тоже успокоились. Им было почти уютно вблизи родного мира. А на планете под названием Ким они все время нервничали и огрызались.
Темный корабль приземлился во внутреннем дворе нового монастыря Редориад. Наставница Марики тут же направилась туда, где жили Повелительницы, даже не взглянув на прощание в сторону своей ученицы. Марика снова подняла корабль в воздух и полетела дальше, размышляя, какие слухи ходят о ней теперь.
Следующую посадку темный корабль совершил уже в монастыре Рейгг. По всем правилам поблагодарив Помощниц, Марика принялась было успокаивать Грауэл и Барлог, как тут внезапно на площадке появилась Эдзека из Скилдзянрода.
– Что‑то случилось, – сказала Грауэл. – Что‑то очень плохое. Иначе она бы не вылезла из своей берлоги.
Барлог тоже моментально помрачнела.
– У меня очень плохое предчувствие, Марика. Не думаю, что я хочу услышать новости, которые принесла Эдзека. О чем бы ни шла речь.
– Тогда можешь идти. Если я не ошибаюсь, вам, вокторам, как раз пора обедать.
Охотницы посмотрели на Марику, как на сумасшедшую. Неужели она действительно думает, что они оставят ее одну?
– Что ты тут делаешь, Эдзека? Ты что‑то очень мрачная.
– Скверные дела, госпожа. Очень, очень скверные.
Марика прогнала столпившихся вокруг сестер. Все они немедленно обиделись на такое неуважение, но ей было все равно. Многочисленные церемонии и сложный этикет силт Марику только раздражали.
– Что‑то случилось в Скилдзянроде?
– Несчастье, госпожа. Сбежал пленник по имени Каблин.
Марике большого труда стоило скрыть свои чувства.
– Как это случилось? Давно?
– Вскоре после того, как вы улетели к звездам. Может быть, даже до того. Мы до сих пор точно не знаем. Почти доказано, что он выбрал этот момент специально, именно потому, что вас нельзя было найти даже с помощью прикосновения. Наша станция перехватывала сообщения, касающиеся вашего отлета. Мы не заметили точно, когда убежал пленник, потому что он сделал это в свое свободное время. Когда он не работал, он всегда сидел в своей комнате и отказывался выходить, даже если ему предлагали.
– Понятно. Как же ему удалось сбежать? По чьей‑нибудь небрежности?
– Насколько мне удалось установить, никакой небрежности не было. Он воспользовался своим талантом. Никак иначе нельзя объяснить того, что произошло, хотя мы до сих пор не знаем всех подробностей. Несколько вокторов были ранены или даже убиты, причем характер повреждений таков, что нанести их, не обладая талантом, просто нельзя. Тревога поднялась, когда эти вокторы вовремя не явились с докладом. Сначала мы подумали, что кто‑то на нас напал. Никому и в голову не пришло, что пленник может попытаться сбежать. Это было незадолго до того, как мы обнаружили его отсутствие. К тому времени мы по крайней мере уже поняли, что никто на нас не нападал.
– Вы, конечно, искали пленника?
– Мы подняли в воздух все темные корабли, какие только могли. Сама я специально взяла «седло», чтобы не отрывать Помощниц от поиска. Я подумала, что лучше будет сообщить вам эту новость лично, а не через третьи лапы.
– Спасибо за заботу. Как идут поиски?
– Не знаю. Я ждала вас здесь. Но не думаю, что пленника поймали, – иначе кто‑нибудь уже прилетел бы за мной вдогонку с этим сообщением.
– Его нелегко будет поймать. Наверняка все это время он потихоньку упражнялся в своем верленском искусстве.
Марика мысленно развернула перед глазами карту окрестностей Скилдзянрода. К этому времени граница вечных снегов отползла от него далеко на юг. Далеко же придется идти тому, кто захочет добраться до пригодной для жизни местности. Даже тренированная охотница из племени северных кочевников может не выжить в этих снегах. Идти надо прямо на юг – так короче, да и дорога получше.
Эдзека должна знать все это сама. Бессмысленно напоминать ей о подобных вещах. Так же бессмысленно, как ругать ее за то, в чем она, очевидно, не виновата.
– Сколько еды взял с собой пленник? Как он одет, какое у него снаряжение? Это уже известно?
– Когда я улетала, это еще не было известно, госпожа.
– Я знаю Каблина. Он тщательно подготовился к побегу. Оценил риск, продумал все детали. У него есть все, что только можно было достать в этой ситуации. И он не стал бы действовать, не дождавшись самого благоприятного для себя момента. У него высокие шансы, несмотря даже на то что его преследуют силты. Каблин трус, но никогда не сделает отчаянного шага. Всесущий непостоянен, и с нашей стороны было бы глупостью считать, что зима сделает все вместо нас. Как вы его ищете?
– Я отправила три темных корабля на юг, миль на двадцать дальше того места, до которого, как я считаю, он мог дойти, даже при самом благоприятном стечении обстоятельств. Один из кораблей висит там, где, по идее, должен пройти пленник. Два других я расположила по сторонам от него, почти в пределах видимости и, несомненно, в радиусе прикосновения. Все три корабля висят в тысяче футов над поверхностью земли. Это дает нам барьер шириной в сорок миль, который пленник должен преодолеть, если хочет пройти на юг. Чтобы обойти его, придется сделать крюк в двадцать миль. В местности, где все занесено снегом, это должно занять не меньше трех дней, что дает нам дополнительное преимущество.
– Хорошо. Дальше.
– Остальные темные корабли ищут следы пленника. Несмотря на сильный ветер и непрекращающийся снегопад, он все же должен оставлять какие‑то следы.
– Очень хорошо. Нет, действительно очень хорошо. По идее, у беглеца нет шансов выбраться. Продолжайте вынуждать его сворачивать с прямого пути. Огня он разводить не станет – побоится, пища тоже должна когда‑то кончиться… А когда он ослабеет, ему намного труднее будет скрываться от прикосновения.
На самом деле Марика совсем не была в этом уверена. Надо бы ей попросить помощи у Багнеля. Машинки торговцев в данном случае полезнее таланта. Несколько дирижаблей, оснащенных тепловыми детекторами, найдут Каблина быстрее, чем сотни силт.
– Эдзека. Еще один неприятный вопрос. Мог ли у пленника быть помощник? В поселении или, может, снаружи…
– В поселке ему никто помочь не мог. Это исключено. Любой такой помощник должен был убежать вместе с ним, ведь понятно было, что мы допросим всех оставшихся пленников и заставим их сказать правду. Что мы и проделали, но безрезультатно. А наши сестры никогда не испытывали привязанности ни к Серк, ни к братьям. Что же касается помощи извне, то это как раз возможно. Если кто‑нибудь знал, что Каблин у нас, и сумел установить с ним связь.
– Это только догадки.
Да, а вот и еще одна догадка. Средства связи могут находиться прямо у Каблина в голове. За годы вынужденной изоляции он мог сильно развить свой талант прикосновения.
– Допросы ничего не дали?
– До моего отлета – ничего. Окончательные результаты будут готовы к моему возвращению. Но я уверена, что мне сообщили бы, если бы удалось узнать что‑нибудь существенное.
– Да. Хорошо. Если случится что‑нибудь важное, можете передать это по радио. Если вам не хватает снаряжения, скажите об этом заранее, до отлета.
– Спасибо, госпожа.
– Как вам понравился Рухаак? Вам надо почаще выбираться куда‑нибудь.
– У меня много работы, госпожа.
– Как и у всех нас. Спасибо за доклад. Об этом надо подумать.
Выпутавшись таким образом из затруднительного положения, Марика поспешила домой, в свои апартаменты. Что же повлечет за собой этот побег?
Если Каблин все же сбежит, если знает, что случилось с Градвол, он очень опасен. Очень. Марика не могла с уверенностью сказать, был ли он без сознания во время их ссоры с бывшей Верховной жрицей Рейгг.
Надо посоветоваться с Багнелем. Багнель немного знает Каблина и должен представлять себе, как повлияет на братьев его побег.
Кроме Марики, в этом крыле Рухаакского монастыря Рейгг жили те немногие силты и охотницы, которые пережили уничтожение Макше. Все они были безгранично преданы Марике, поскольку знали как о ее попытке отомстить, так и о дальнейших ее планах. Такой вот забавный парадокс. До катастрофы Марику в Макше не любили.
В дверях монастыря ее поджидала одна из этих мет – силта по имени Дженкатч. В день падения Макше она была всего лишь послушницей. Морда Дженкатч была напряжена, уши опущены.
– Неприятности? – спросила Марика. «Что еще?» – подумала она про себя.
– Похоже на то, госпожа. Несколько часов назад Верховная жрица Редориад Килдзар очень просила вас навестить ее. Это было не приглашение, а вопль отчаяния. Мы ответили, что прибыть вы не можете, поскольку еще не вернулись из своего путешествия. Нас попросили передать вам просьбу Верховной жрицы Редориад немедленно и добавить, чтобы вы не теряли ни секунды. Объяснений не последовало никаких, но ходят слухи, что Килдзар умирает.
– Килдзар умирает вот уже много лет. Почти все те годы, что я ее знаю, она то и дело говорит, что не доживет до утра, а в следующее мгновение клянется, что еще переживет всех этих падальщиц, мечтающих о первом кресле Редориад.
– На этот раз все действительно серьезно, госпожа. Редориад созвали все Советы монастырей и всех сестер высших рангов, кроме тех, кто сейчас в других звездных системах. Ворота их монастыря закрыты. Движение транспорта остановлено.
– Позови их. Поговори с самой Килдзар, если это возможно. Скажи им, что я вернулась и что, если это необходимо, я могу вылететь немедленно. Грауэл, Барлог, соберите мое «седло». Если Килдзар этого хочет, я вылетаю.
Килдзар хотела именно этого. Через несколько минут Марика была уже в воздухе.
В монастыре Редориад ей явно не обрадовались. В залах было не протолкнуться от высокопоставленных силт, и все они враждебно косились на Марику. Она не обратила внимания ни на эти взгляды, ни на глухое ворчание, которое последовало за приглашением немедленно пройти к Килдзар. Даже самым могущественным из этих сестер не разрешалось входить в апартаменты Верховной жрицы.

3

Килдзар действительно умирала. Она говорила еле слышным шепотом и не смогла даже приподнять голову, чтобы поздороваться с Марикой, только растянула губы в слабом подобии улыбки. Но стоило ей приказать, и слуги немедленно оставили их с Марикой вдвоем.
Марика чувствовала, как давит на нее горе. Мало кто из мет был ей действительно дорог, но Килдзар давно уже стала одной из этих немногих. Марика легонько пожала лапу старой силты.
– Госпожа?
Килдзар собрала последние силы.
– Всесущий призывает меня, щена. На этот раз мне не удастся заткнуть уши и не услышать его.
– Да.
От Килдзар все равно не скроешь правды.
– Мое сердце разрывается от горя, – добавила Марика. Этой правды тоже не скроешь – да и не надо.
– Всесущий был добр ко мне, Марика. Он дал мне прожить гораздо дольше, чем я рассчитывала или даже могла надеяться. И, раз уж мне подарили все эти годы, я старалась принести как можно больше пользы. Надеюсь, мне это удалось.
– Я в этом уверена, госпожа. Я думаю, вы сделали даже больше, чем сами подозреваете. Вас будут помнить вечно как одну из величайших Редориад.
– Не думаю, что меня будут помнить так, как ты говоришь, щена. Я хотела бы, чтобы мое имя было навсегда связано с твоим. Хотела бы, чтобы меня считали твоей наставницей, той, кто помог тебе раскрыть все свои возможности, кто научил тебя ответственности, научил использовать свои природные наклонности и…
Килдзар зашлась в приступе мучительного кашля, Марика ничем не могла помочь ей. Она лишь стиснула лапу старой силты и постаралась сдержать подступающие слезы. Килдзар ответила ей легким пожатием.
– Я не хочу уносить с собой во тьму страх, мучивший меня все эти годы. Страх поражения. Ты не из моего сестричества, Марика. Мы не одной крови. Но в моей стае ты лучшая щена. Я многое для тебя сделала. Ты знаешь об этом, но не обо всем. Глядя, как ты растешь, я отчаянно цеплялась за жизнь и надеялась, что увижу, как ты станешь зрелой силтой, достойной занять место рядом с Дра‑Лейт, Чарейн и Харден Поющей. В наши времена и в твоем положении это вполне возможно. Твоего таланта и силы хватит, чтобы изменить целый мир. Ты уже меняешь его с помощью этих огромных металлических солнц. Уходя во тьму, я сожалею только об одном – о том, что мне не суждено погреться в их лучах.
К горлу Марики подступил какой‑то комок. С большим трудом ей все же удалось выговорить:
– Госпожа, вы были мне истинным другом. А их у меня так мало! Наш мир – не место для дружбы.
– У сильных всегда мало друзей, щена. Возможно, я была вовсе не таким хорошим другом, как тебе кажется. Мне хватило безрассудства попытаться изменить твою судьбу. Друзья не должны навязывать друг другу свой образ мыслей…
– Вы – мой друг.
– Тебе виднее. Ты знаешь, чего я хочу, верно?
– Думаю, да.
– Я тоже так думаю. Ты всегда это знаешь. Но я все‑таки скажу. Я не хочу, чтобы вернулась старая ненависть. Я больше не смогу направлять тебя из‑за плеча. Мы сейчас в мире с братьями. И мир этот будет прочным, если только ему дадут шанс. Силты и братья пришли к соглашению, благодаря которому довольны и те, и другие. И если мы сейчас вспомним старые обиды…
– Я не буду этого делать, госпожа. Хотя в душе моей все еще живут ненависть и страх, я не стану нарушать равновесие. Мои мысли заняты теперь звездами, как когда‑то давно, во времена моего послушничества. Все, что можно было сделать здесь, я уже сделала. Я унесу свою ярость в космос и обрушу ее на Серк и их хозяев. Здесь я ничего не стану делать, разве что меня к этому вынудят.
– Да. Хорошо. Отправляйся к звездам. Найди преступников. Опасность грозит нам именно с той стороны – хотя, возможно, она уже стала меньше. С тех пор, как «Звездный странник» удрал от тебя в Пустоту, Серк не возвращались. Только присылали шпионов. Но не позволяй охоте всецело завладеть твоими мыслями, Марика. Всесущий дал тебе талант, ради обладания которым любая силта пошла бы на тысячу преступлений. Ты научилась избегать последствий комплекса Джианы. Надеюсь. Эта тяжесть больше не давит на тебя. Ты возродила свое сестричество из праха. Благодаря тебе Рейгг могут стать одной из величайших общин будущего.
Килдзар снова закашлялась, правда, на этот раз приступ был полегче. Марика молча ждала, пока он прекратится. Она понимала, каких трудов стоит Килдзар этот разговор. Но старая силта считала своим долгом продолжать.
– Думаю, теперь ты можешь сделать для всех мет то же, что сделала для Рейгг. Если отправишься странствовать в Пустоте с правильным мироощущением.
– Как это, госпожа?
– Я вижу три возможных варианта. Три портрета на огромном холсте времени. Возможно, они перекрываются. Но каждый из них означает совершенно новую жизнь. На первом из них щена. Ее ведет в космос неуемное любопытство, стремление оказаться там, где до нее еще никто не бывал. Странствия вызывают в ее душе восторг и трепет. Я знаю, каково это, – сама такой была, когда делала свои первые шаги в Пустоте.
На втором портрете – силта, горящая желанием отомстить. Отомстить тем, кто причинил так много зла вам, Рейгг, и всем силтам в целом. Ты можешь посвятить себя одной этой идее, я знаю, и позабыть о перспективах, которые открывает перед нами удачный исход дела. Ты должна помнить, что эта охота определит будущее всей нашей расы. Думала ли ты вообще о том, что может выйти из контакта между метами и этими странными чужаками, обнаруженными Серк?
– Нет, госпожа, – призналась Марика. – Почти нет. Я занималась одними лишь зеркалами. Думаю, это либо принесет нам много пользы, либо обернется огромным злом.
– Это точно. Одно из двух, но оба исхода нетривиальны. Чужаки очень непохожи на нас, щена. Даже судя по тем обрывкам информации, которые я сумела заполучить, у нас с ними мало общего. Пойми, чужаки – это не только новое, совершенное оружие, технологии и прочие чудеса технической мысли, которые даже братья представить себе не могут. Это еще и другой образ мыслей. Это способность видеть и слышать не так, как мы, – короче, даже самые лучшие наши мыслители не в состоянии предвидеть, что это такое. Сама эволюция у этих существ шла совсем не так, как у нас. А значит, миллионы лет их умы – и тела, кстати, – развивались по другим законам. Мы заразимся от них сотнями новых идей, новыми страхами и надеждами – так же, впрочем, как и они от нас. Представь столкновение идеала силт с мировоззрением тех, кому чуждо само понятие прикосновения.
– Я плохо представляю себе это, госпожа. И надо сказать, подобная перспектива меня пугает.
– Естественно. А как же должны перепугаться другие силты с их ограниченным мышлением! Те самые силты, что с детства не знают иного пути. Чем это им угрожает? Контакт открывает перед обеими расами множество возможностей, какие из них реализуются, хорошие или плохие, зависит от той, кто заменит Бестрей. Судьба мира – в ее лапах, ибо в Пустоте она будет делать все, что пожелает. Помнишь ту пословицу, которую ты так часто повторяла? Сила есть сила!
– Понимаю, госпожа.
– Надеюсь, Марика. Я молю Всесущего об этом. Правда. Нравится тебе это или нет, но будущее мет в твоих лапах. Когда меня не станет, взгляды всех силт будут прикованы к тебе одной. Победа над налетчиками со «Звездного странника» и грандиозная идея с зеркалами сделали тебя самой известной силтой в мире, хотя искала ты вовсе не славы. По всей земле меты в первую очередь оглядываются на тебя. Это тяжелая ответственность. Будешь ли ты второй Дра‑Лейт? Второй Чарейн? Сможешь ли стать Харден Поющей нашего времени?
Если бы Килдзар не была на грани смерти, Марика давно бы уже потеряла терпение. Но сейчас она только сказала:
– Я не обману ваших надежд, госпожа.
– Хорошо. Хорошо, щена. И не подведи сама себя. А теперь посиди со мной. Молча. Теперь я готова. Я сделала все, что должна была сделать.
Килдзар закрыла глаза. Марика молча держала ее лапу, чувствуя, как старая силта мысленно проделывает расслабляющие упражнения.
Всесущий не стал больше медлить и очень скоро призвал к себе Килдзар. И в течение долгих часов после ее смерти Марика не в состоянии была думать ни о чем другом. Она не могла даже оценить, как повлияет на политику Редориад смерть Верховной жрицы и что это будет означать для ее собственного сестричества. Пока Марика не свыклась с мыслью о потере, она не думала даже о побеге Каблина, как бы это ни было важно.
Новое горе напомнило ей о старом. О долге десятилетней давности. Как бы высоко ни забросила Марику судьба, стаю Дегнанов все равно придется оплакать. Надо поговорить об этом с Грауэл и Барлог.
Килдзар больше нет. Мир никогда уже не станет прежним.

Глава пятая

1

Три дня Марика не слезала с «седла». Пытаясь забыть о своем горе, она отправилась на север, к снегам Скилдзянрода, и трое суток лично охотилась за Каблином. Но за все это время им не удалось найти даже следов беглеца. Ее хитрый маленький братец хорошо умел прятаться. Днем Каблин где‑то скрывался и передвигался лишь по ночам, причем выбирал моменты, когда на небе не было лун, а снежная буря была такой сильной, что заметала к утру все следы, Во всяком случае, с воздуха его след был неразличим уже на следующий день. Преследователи знали, где искать беглеца, с точностью до сотни квадратных миль. Точнее определить его местонахождение не удавалось.
На четвертый день Марика махнула лапой и вернулась в Рухаак. Пусть Всесущий решает, поймают Каблина или нет. Кто знает, каковы замыслы божества. А у нее своих дел хватает.
Каждый день Марика выходила в Пустоту. Следила за строительством огромного зеркала, изучала соседние звезды. Оказалось, что у каждой звезды есть свой характерный запах, который легко почуять, открыв душу Всесущему. Это ускорило процесс запоминания. Вскоре Марика научилась различать звезды всего за несколько секунд.
С зеркалами все шло хорошо. Багнель лично контролировал строительство. Так что Марика только мешала ему, постоянно заглядывая через плечо.
Тогда она снова отправилась в мир под названием Ким. Ей хватило нескольких часов, чтобы выучить незнакомые звезды, невидимые с родной планеты. Отдыхать Марика не стала и сразу вернулась домой, в Рухаак, чтобы побыстрее узнать последние новости. Напряжение двойного перелета вымотало у нее все силы.
Хотя Багнель и прислал в Скилдзянрод дирижабли, Каблина так и не поймали. Новейшие достижения технологии тоже не помогли.
Марика всерьез начала подозревать, что ее братец все‑таки сумел воспользоваться прикосновением и призвать на помощь своих союзников.
Новую Верховную жрицу Редориад звали Балбрач. Килдзар сама предложила ее себе в преемницы. Балбрач торжественно поклялась не менять политического курса общины. В частности, это заявление относилось к сложившимся отношениям с Рейгг. Альянс между двумя сестричествами обещал стать самым сильным за последние несколько столетий.
Серк прислали очередного связного. Но поднятые по тревоге патрульные напрасно надеялись обнаружить местонахождение местного резидента. Темный корабль Серк проскользнул мимо них, и никто не смог засечь места его посадки.
– Мы продолжаем поиски, – проинформировал Багнель. – Кое‑что удалось обнаружить со спутников, но наша оптика оставляет желать лучшего. Если бы все силы не уходили на строительство, мы могли бы создать сеть спутников‑наблюдателей и…
– Не так уж это важно. Обойдемся имеющимися средствами. Надо только наладить контакт между вашими наблюдателями и нашими охотницами.
Эта идея Багнеля почему‑то развеселила.
– Ну да! – фыркнул он. – Это же проще простого! Всего‑то и нужно, что приписать к каждой из радарных станций силту, обладающую даром дальнего прикосновения. Или посадить по радиооператору на каждый из ваших темных кораблей. Подумаешь, тысячелетние традиции!
– Действительно, какие мелочи! – сказала Марика с тем же сарказмом в голосе. – Иногда я сама не понимаю, как нам, метам, вообще удалось выжить.
Багнель прилетел со станции «Молот» вскоре после того, как узнал о возвращении Марики. На территории дипломатической миссии братьев в Рухааке он тоже пробыл недолго. Вместе они отправились далеко на север, в тот поселок, откуда вылетел когда‑то десант на Макше. Братья заново отстроили небольшую базу на месте той, которую Марика уничтожила. Многочисленные дирижабли совершали здесь промежуточную посадку. Марика прилетела в «седле», Багнель – на своем верном стареньком «стинге». Сейчас оба они сидели в самолете, и Багнель выжимал из машины всю скорость, на которую она была способна.
– Я слышала, тебя опять повысили, – сказала Марика.
– Да. Как всегда, некомпетентность поощряется. Кто как не я, разваливает проект «Зеркало»?
Марика фыркнула. Багнель всегда недооценивал свои способности.
– Я скоро улетаю, Багнель. Как только наберу новую команду и закончу усовершенствования темного корабля.
Она действительно попросила сестричества Рейгг и Редориад предоставить ей четырех самых сильных своих Помощниц. Лишняя Помощница послужит резервом во время длительных межзвездных перелетов. Кроме того, Марика задумала эксперимент, для проведения которого тоже требовалась лишняя силта.
– Мой корабль сейчас на Клыке, в ангаре. Я хочу приделать к нему отделяемый отсек для дополнительных припасов.
– Значит, ты улетаешь надолго.
– Я вернусь, когда вы еще первое зеркало не успеете достроить. Мы еще отпразднуем это событие.
– Я так редко тебя вижу. Если ты опять исчезнешь на несколько лет…
– Вряд ли так надолго. Я просто пошутила.
– Отправляешься искать Серк, да?
– В основном. Но еще я хочу посмотреть, что там, дальше. Мне просто интересно.
– То есть Серк для тебя скорее предлог, чем причина.
– Ну да! Я просто отправляюсь путешествовать. Я мечтала об этом всю жизнь, с тех пор, как еще в стойбище впервые услыхала о метах, странствующих среди звезд…
– Хотел бы я увидеть…
– Если хочешь, можешь лететь с нами. Лишний рот немного сократит дальность наших перелетов, но не настолько, чтобы мне это помешало.
– Хотеть‑то я хочу… Но у меня слишком много обязанностей. Именно сейчас, когда твои зеркала наконец‑то перестают быть сказкой… Нет, сейчас я не могу лететь с тобой. Может, когда‑нибудь потом. Когда мы разберемся с зеркалом и станет немного теплее. Когда ты сделаешь то, что должна сделать. Кстати, это пугает меня.
– Почему?
– Я боюсь того, что ты можешь обнаружить. Тебе не удастся скрыть свои действия. Агенты наших врагов на планете рано или поздно узнают, чем ты занимаешься. И передадут эту новость дальше. Серк будут знать, что ты их ищешь. А поскольку ты – Марика и способна на такое, чего не может ни одна силта, они испугаются и подготовятся к встрече. Они будут ждать тебя, Марика.
Марика уже думала о подобной возможности, и нельзя сказать, чтобы ее это не беспокоило. Но ничего не поделаешь. Утечка информации неизбежна.
– Работай, Багнель. Попытайся помешать их агентам передавать сведения. Вот все, что я могу сказать по этому поводу.
– Ты же знаешь, я стараюсь. Но не забудь, что подобные задачи не входят в круг моих обязанностей. Я могу только просить, убеждать, настаивать, умолять… Но зависит все от других, а их в отличие от меня мало волнует твое благополучие.
– Я верю тебе, Багнель. Не бойся ничего. Мы еще полетаем с тобой в этом ржавом железном ящике над такой же заснеженной тундрой. Надейся на лучшее. Придет день, когда в мире станет меньше проблем.
– Придет, куда денется. Но, знаешь, проблемы пока только множатся.
– Ты хочешь что‑то сказать?
Марика прищурила глаза и подозрительно посмотрела на Багнеля.
– Возможно. Сам я в основном торчу на строительстве или на «Молоте», поэтому плохо знаю, чем занимаются ребята из отдела по борьбе с мятежниками. Но перед самым моим отлетом ко мне зашел один приятель и рассказал кое‑какие сплетни.
– Ну?
– Колдун возвратился.
Марике потребовалась целая минута, чтобы прийти в себя. Для верности она помолчала еще минуту.
– Это невозможно. Он погиб вместе с теми, кто разрушил Макше.
– Все это только слухи.
– Тот самый Колдун?
– Тот самый. Тот, что был надеждой мятежников несколько лет назад.
– Я должна была это понять, – пробормотала Марика. – Мне просто не хотелось верить… Разве можно быть настолько слепой!
– Что?
– Я сделала ужасную глупость, Багнель. Повторила дважды одну и ту же ошибку. Нет мне прощения.
Ну кто мог поверить, что Каблин – Колдун! Этот скулящий трусишка!
– Что случилось, Марика?
– Да нет, ничего особенно ужасного. Давай еще немного полетаем. Молча. И пора нам отправляться обратно.
До отлета Марика хотела сделать еще одно дело. Она сама боялась того, что задумала.

2

Марикин корабль вынырнул из Ниоткуда совсем рядом с огромной черной тенью, затаившейся на границе системы. Марика осторожно прикоснулась к Великому Темному, почувствовала его ауру. Воняло смертью и злобой, обглоданными костями и разорванной плотью, разлагающимися трупами и неприкрытой ненавистью. Если у Пустоты действительно черное сердце, то это оно и есть.
Призрак не был похож ни на один из виденных ею раньше – а Марика знала уже больше сотни различных разновидностей. В каком‑то смысле он был чернее их. Другие Сущие были яркими, подвижными, цветными. Иногда они казались удивленными, иногда испуганными, но никогда – враждебными, если, конечно, не попадали под контроль силты.
Этот призрак был абсолютно черным. И нападал он без всякого побуждения со стороны силт – его подгоняла лишь собственная черная злоба. Неосторожным грозила смерть. И только потому, что двигался Великий Темный медленнее, чем другие призраки Пустоты, а силты научились избегать, обманывать, а в редких случаях даже контролировать его, нападению подвергался не каждый покидающий систему темный корабль.
Марика прибыла сюда именно для того, чтобы научиться управлять огромным призраком. Не больше десятка силт за всю историю космических перелетов сумели подчинить себе эту силу, самого могучего из призраков Пустоты…
Великий Темный кинулся на них, быстрый как мысль. Марика приказала своим призракам отвести темный корабль в сторону. Она не хотела вступать в схватку, пока не прощупает противника.
Потом она позволила ему догнать себя.
Исходящая от призрака холодная злоба трижды заставляла Марику отпрянуть. Наконец она собралась с силами и попыталась подчинить себе эту злобную силу.
Сделать это оказалось гораздо легче, чем она думала. Каким‑то непостижимым образом их темные стороны соприкоснулись, и воля Марики оказалась сильнее. Теперь огромный призрак сделался продолжением этой воли. Марика могла бросить его в атаку так же легко, как другие бросают в воду камешки. Она выдернула из окружавшего систему кометного роя какой‑то обломок и испробовала на нем силу своего пленника. Замерзший газ закипел и взорвался. Яркая вспышка на мгновение осветила Пустоту.
Марика отпустила призрака и в ужасе отшатнулась. Какая мощь! Неудивительно, что все так боятся Бестрей.
Марика снова осторожно прикоснулась к огромному сгустку черноты и почувствовала, как та уступает. Великий Темный испугался. Пространство прикосновений заполнило его бессознательное восхищение. Темная тень признала Марику своей госпожой, испугав этим даже ее саму. Наконец‑то она начала понимать, что видели в ней другие силты и что служило причиной их страха.
Марика мысленно перебрала сильнейших известных ей силт. Ни одна из них не смогла бы повторить того, что она только что проделала. Мало кто вообще сумел бы подчинить себе величайшего из Сущих, и никому не было под силу сделать это так легко и быстро.
Теперь Марика поняла, чем испугала ее Бестрей в тот единственный раз, когда их пути скрестились. Бестрей тоже без труда могла повелевать Великим Темным. Да, Бестрей недоставало воображения. Да, Марика умнее и хитрее великой Серк. Но на темной стороне их таланты равны.
Марика развернула корабль к дому. К жилому куполу на поверхности Клыка, откуда начнется ее долгое путешествие, Но сначала она обернулась через плечо и мысленно крикнула в Пустоту:
– Я иду, Бестрей! Время выжидать прошло. Скоро мы с тобой встретимся!
Она постаралась, чтобы это послание было направлено в тот сектор пространства, откуда каждый раз выныривали корабли Серк, атаковавшие зеркало. Ей было очевидно, что враги ее прячутся где‑то в том районе.
– Марика, что с тобой? – спросила Грауэл, когда они встретились. – Ты ужасно выглядишь. Что ты опять натворила?
– Опять у нее на лице эта печать рока, – согласилась Барлог.
– Верно. Это она. Уже много лет мы ее не видели. Что ты там делала, Марика?
Но Марика не стала ничего объяснять охотницам. Придет время, и они сами узнают.
Грауэл продолжала настаивать, но Барлог больше ничего не говорила. Она боялась предстоящего путешествия. Ведь обе охотницы, как всегда, отправлялись в путь вместе с Марикой.
Еще несколько дней Марика была по горло завалена работой. Она связалась со всеми, кто помогал ей когда‑то бороться с мятежниками, оставила инструкции и дала множество советов и пожеланий. Каблин исчез. Очевидно, ему все‑таки удалось ускользнуть от преследователей. Слухи о возвращении Колдуна продолжали расползаться.
Как же она могла быть такой слепой? Ей просто в голову не приходило, что Каблин и Колдун – одно и то же лицо.
Силты и братья, которые пытались выяснить, почему был уничтожен Макше, в один голос говорили, что Колдун сжег целый город только ради того, чтобы расправиться с Марикой. А она уже дважды позволила ему уйти!
За что он ее ненавидит? Во всяком случае, не по ее вине. Уж это точно.
В третий раз она его не отпустит. Если Каблин будет продолжать заниматься тем же, его ждет судьба любого другого мятежника, посмевшего выступить против власти силт.
Но радости это решение Марике не принесло.

3

Целью своего первого путешествия Марика, со свойственным ей честолюбием, выбрала звезду, лежавшую втрое дальше, чем Ким. Масштабы этого перелета потрясали даже ее.
Она так разнервничалась, что остановилась раньше, чем нужно. Не хватило смелости следовать интуиции. Там, где ее корабль вынырнул из Ниоткуда, намеченная звезда горела ярче, но все еще была далеко впереди. Марика обшарила прикосновением окружающую тьму, отыскала родное солнце и все известные звезды, затем изучила новые. Здесь, в самом сердце межзвездного пылевого облака, звезд было совсем немного. Марика без труда запомнила их все.
Некоторое время она медлила, наслаждаясь величием Пустоты. Но Грауэл и Барлог нервничали все сильнее и сильнее. Это раздражало Марику, поэтому она снова принялась собирать призраков. Вдали от планет их было значительно меньше, но ее это не смущало. Собрав разбежавшихся Сущих, Марика заставила их сделать нужную ей звезду солнцем.
В системе этой звезды не было не только обитаемых, но и просто пригодных для жизни планет. Марика еще дома подозревала, что видит не более чем веху на пути Серк. Во‑первых, этот мир был давно известен и исследован, а во‑вторых, Серк нужна была для жизни какая‑нибудь планета. Возможно, они живут сейчас на одной планете с чужакам или даже захватили там власть, как хотели сделать это в родном мире.
В любом случае маловероятно, чтобы Серк наткнулись на пришельцев, у которых явно были те же требования к мирам, что и у мет, около какого‑нибудь гиганта или карлика. Нужные обеим расам планеты можно было найти лишь у звезд определенного типа. Все остальные не подходят. Марика предполагала использовать эти неподходящие звезды только в качестве ориентиров.
Конечно, ее рассуждения не были оригинальными. Силты уже искали Серк несколько лет назад. Развалины Телле‑Рея тогда еще не остыли, и все сестры были в ярости. На охоту отправились лучшие из Темных Повелительниц. Но так ничего и не нашли. Марика собиралась расширить круг поисков и заняться в основном ничьими звездами или теми, у которых еще никто не бывал. Судя по уцелевшим документам, Серк, в отличие от других сестричеств, продолжали искать новые миры. Их корабли посещали сотни ничьих миров, в то время как все остальные силты считали дальнейший поиск нецелесообразным.
Именно в одном из таких миров и скрываются сейчас ее враги.
Марика подплыла поближе к первой намеченной на сегодня звезде. Это был красный гигант – холодный, тусклый, но все же величественный. С помощью прикосновения Марика попыталась обнаружить в его системе хоть что‑нибудь – посторонних наблюдателей, необычных призраков или сгусток злобной черноты вроде Великого Темного, обитавшего около ее родного солнца. Никого. Единственным, что представляло здесь интерес, была сама звезда. Марика быстро запомнила все новые звезды и принялась собирать призраков для следующего прыжка. Вторая звезда на ее маршруте лежала почти в том же направлении, что и первая, только намного дальше, на самой границе пылевого облака. Оттуда Марика сможет увидеть гораздо больше, чем из дома, где только редкие звезды пробивали своими лучами плотную завесу пыли.
Эта мысль повергала ее в трепет. Ни одна силта из тех немногих, что побывали так далеко, не в состоянии была описать те чувства, которые охватывали ее при виде мириад ярких звезд.
По правде говоря, Марике было страшно. Ведь там, куда она собирается, вообще не видно будет родного солнца. А если они заблудятся? Ведь дорогу домой будет знать только она одна! Все зависит от странных химических процессов в ее мозгу. А если с ней что‑нибудь случится?
Марика чуть было не отказалась от путешествия. Но потом взяла себя в лапы и отринула страх. Сущие легко и быстро понесли ее темный корабль вперед. На этот раз Марика уже не сомневалась и добралась до цели за один прыжок.
Звезда, у которой они выскочили из Ниоткуда на этот раз, оказалась белым карликом, таким ярким, что Марика боялась смотреть на него. Излучение, индуцированное сильнейшим магнитным полем звезды, едва не блокировало ее способности. Марика недолго пробыла в этом негостеприимном мире, но все же успела взглянуть на усыпанное звездами небо с одной стороны корабля и темную тучу пыли с другой. Лишь редкие огоньки поблескивали в черноте облака.
Грауэл и Барлог чуть не заскулили от страха. Помощницы, правда, не испугались, но тоже были потрясены увиденным.
Вперед! На этот раз надо было действовать осторожнее, поскольку целью этого прыжка была маленькая дрожащая звездочка. Даже на таком расстоянии было слышно, что она умирает. Одна из побывавших там силт говорила Марике, что на самом деле в этой системе две звезды. Вторая из них невидима и очень опасна. Эта звезда‑каннибал пожирает свою соседку подобно тому, как некоторые насекомые высасывают соки из себе подобных.
Магнитное поле этих двух звезд было таким сильным, что у Марики закружилась голова. Она потеряла ориентацию и несколько долгих минут не могла найти свою последнюю цель – маленькую звездочку, похожую на солнце родного мира, которая находилась у самой границы облака. Дальше в этом направлении не летал никто.
Марика почувствовала, что цепенеет. Самые сильные грозы, бушевавшие в Понате во времена ее детства, ни в какое сравнение не шли с этим кошмаром. Здесь было в сотни раз хуже.
Инстинктивно Марика приказала призракам уводить корабль. Набирая скорость, они понеслись прочь от звезды. Когда излучение немного ослабло, туман в голове Марики тоже стал рассеиваться. С трудом она все же отыскала свою последнюю звезду и отправила корабль в последний долгий прыжок. Голова ее раскалывалась от боли.
В Ниоткуда головная боль сразу прошла, но Марика все равно действовала автоматически. Она отпустила призраков и вынырнула в нормальное пространство, даже не задумываясь о том, что делает.
Солнце этого мира освещало маленькую необитаемую планету, на которой Марика и собиралась остановиться. В записях говорилось, что планета пригодна для жизни, хотя и непохожа на родной мир. Здесь Марика сможет спокойно отдохнуть, а Грауэл и Барлог почувствуют наконец твердую почву под ногами.
С помощью прикосновения Марика отыскала планету и вывела темный корабль на орбиту. Грауэл, Барлог и резервная Помощница достали из грузового отсека все, что может понадобится внизу, и отделили отсек от корабля. Марика начала снижение.
Воздух планеты оказался горячим и влажным. Атмосферное давление здесь было гораздо выше, чем дома. Марика опускала корабль, пока на какой‑то высоте ей не стало совсем неуютно. Тогда она отыскала гору повыше и посадила корабль на ее вершину.
Скоро, очень скоро начнется великая охота.

Глава шестая

1

– Марика!
Марика даже испугалась, услышав голос Грауэл. С помощью прикосновения она проверила, не случилось ли что‑нибудь ужасное. Нет, никакой опасности не было, – Грауэл просто что‑то нашла. Что‑то, судя по ее тону, весьма интересное. Марика бегом побежала к охотнице.
С тех пор как темный корабль Марики покинул родной мир, они с охотницами успели облететь больше тысячи звезд и побывать на сотне разных планет. В радиусе поисков, который Марика для себя определила, звезд было не сосчитать. Она давно уже забыла о времени.
О каком времени может идти речь, когда перед ней так много разных миров, и каждый хочется узнать получше. Когда‑то Марика думала, что Багнель дал ей слишком много пленки – сотни ее рулонов лежали вместе с провизией в грузовом отсеке корабля. Но теперь почти все они были отсняты, запечатаны и готовы к отправке. А дома на эти кадры набросятся жаждущие новых открытий меты.
Они странствовали уже более трех лет. Все Помощницы давно сменились – одна за другой они начинали тосковать по дому и возвращались туда на огромном космическом корабле Редориад. «Всадник ночи» – близнец «Звездного странника» – раз в несколько месяцев появлялся на базе Марики, чтобы снабдить ее и команду новыми припасами. Впрочем, Марика предвидела, что Помощницы долго не выдержат. Для этого, собственно, ей и нужен был резерв.
Марика вскарабкалась на груду камней, оставшихся от разрушенной временем скалы. На изломе осколки камня неестественно отблескивали голубым. В сотне футов внизу, на маленькой ровной площадке, она увидела Грауэл. Охотница низко наклонилась и внимательно что‑то разглядывала.
– Что у тебя там, Грауэл?
– Следы костра! – откликнулась охотница. – Спускайся сюда и посмотри сама. Может, твой талант поможет нам учуять то, чего я не вижу.
Марика начала осторожно спускаться вниз. Сердце ее бешено колотилось от волнения. Следы костра! В этом мире не было разумной жизни. Меты здесь тоже никогда не были – а вот Серк могли. Может, после стольких лет поисков ей наконец удалось напасть на след?
Марика знала, что прячутся Серк не здесь. Это стало понятно через несколько секунд после того, как ее корабль вышел на орбиту вокруг планеты. Присутствие силты обнаружить нетрудно. А после многолетних поисков в пустых мирах Марика так расширила радиус своего прикосновения, что по возвращении домой могла бы заткнуть за пояс любую силту. Вряд ли кто‑нибудь, обладающий хоть каплей таланта, смог бы долго от нее скрываться.
Странных союзников Серк тоже нетрудно было бы обнаружить. Братья утверждают, что их окружает своеобразный вакуум, полная противоположность таланту силт. Марика полетела бы дальше, но команда слишком устала для этого. Всем хотелось отдохнуть, ощутить под ногами твердую землю.
Сила Марики возросла многократно. Теперь она могла с легкостью совершать один перелет за другим, не нуждаясь в отдыхе. Ни Пустота, ни прыжки через Ниоткуда больше не смущали Марику. Она была рождена странствовать среди звезд. Но Помощницы выдерживали не больше шести‑семи прыжков. После этого им приходилось по нескольку дней отдыхать. Грауэл и Барлог тоже не слишком любили находиться на борту темного корабля. На этот раз Марика вымотала всех своих спутниц, и эта планета показалась им достаточно уютной для отдыха.
Марика медленно сползала вниз по осыпи. Камни сыпались из‑под ее ног. Как здорово, что Грауэл так часто стала бродить вокруг стоянок, изучая окрестности! Хвала Всесущему, вселившему в нее интерес к необычному. Новая привычка охотницы оказалась весьма полезной.
Может быть.
Предметом пристального внимания Грауэл оказался выложенный на земле круг из камней. От резкого ветра его загораживал утес. С одной стороны камни почернели от жара. Марика сразу поняла, что перед ней действительно старое кострище.
– Вначале все выглядело не так, – подняла голову Грауэл. – Это реконструкция. Просто некоторые из разбросанных вокруг камней показались мне закопченными. А в этом месте земля чуть припахивала дымом. Тогда я начала искать и нашла еще несколько камней. Сложить их все вместе было проще простого.
Марика кивнула.
– Ну и что ты об этом скажешь?
Грауэл была охотницей и лучше Марики разбиралась в подобных вопросах.
– Почти ничего. Но это определенно кострище. То есть то, чего здесь быть не может. И мне кажется, что на этом выступе очень удобно было бы посадить темный корабль.
– Ты всю площадку осмотрела?
– Нет.
– Тогда давай посмотрим вместе, вдруг еще что‑нибудь найдем.
Тщательный осмотр не дал никаких дополнительных результатов.
– Но если они здесь стояли, – заметила Грауэл, – у них должно было быть отхожее место и яма для мусора.
– Наверное, у них тоже есть охотницы, – проворчала Марика. Грауэл и Барлог считали ее миссию чем‑то вроде охоты в родном Понате и на каждой стоянке тщательно заметали все следы, оставляя планету в первозданном состоянии. Они были уверены, что Серк тоже ищут Марику.
– Сомнительно, – сказала Грауэл. – Ни одна настоящая охотница не оставит столь явных следов костра. Мне бы хотелось, чтобы ты проверила окрестности с помощью своего таланта, Марика, – еще раз напомнила она.
– Может, обнаружишь что‑нибудь незаметное глазу.
– Да, ты права, – согласилась Марика. Она сосредоточилась, поймала подходящего призрака и с его помощью еще раз обшарила площадку. В одной из скальных трещин действительно обнаружилось все то, о чем говорила Грауэл. Марика отпустила призрака и вернулась в реальный мир.
– Ты права, – повторила она. – Я нашла это. Кто бы тут ни побывал, они использовали под отхожее место и для мусора одну и ту же дыру.
– Найди палку, – буркнула Грауэл.
– Палку? Зачем?
– Ты что, хочешь разгребать все это голыми лапами?
– Ах да, – смутилась Марика. – Сейчас.
Она быстро набрала сухих толстых веток. Грауэл выбрала одну из них и принялась раскапывать присыпанную землей помойную яму.
– Времени прошло уже изрядно, – сообщила она. – Все давно перегнило. Ни дождя, ни снега здесь не было, иначе бы мы не заметили почерневших камней, но с этой ямой мы просто зря теряем время. Тут нет ничего… Стоп!
Грауэл вдруг легла на брюхо и полезла в дыру. Она, извиваясь, просунула внутрь верхнюю часть туловища, что‑то подобрала и, так же извиваясь, выползла наружу. Марика с удивлением посмотрела на комочек грязи в лапе охотницы. Комочек как комочек. Но тут Грауэл поплевала на свою находку и протерла ее рукавом.
– Пуговица!
В самом деле, это была потускневшая металлическая пуговица, украшенная странным рельефом. В ушке ее еще сохранились обрывки ниток. Грауэл протянула лапу и отдала свой трофей Марике. Та внимательно изучила находку и сравнила ее с пятью другими пуговицами на левом рукаве своей куртки.
– Это один из колдовских символов Серк, Грауэл. Мы напали на след. Здесь побывали именно они. И мне кажется, что между нами сейчас всего несколько прыжков через Ниоткуда.
– Ты говорила так еще в те дни, когда мы строили свой первый базовый лагерь.
– На этот раз я не ошибаюсь. Я чувствую, что говорю истинную правду. Я в этом убеждена.
– Надеюсь, – мрачно сказала Грауэл.
– То есть?
– Мне не хотелось бы умереть здесь, Марика. Как Всесущий сумеет отыскать меня в Пустоте?
– Что?!
Марика была поражена.
– Если бы я могла, то провела бы свои последние дни в Верхнем Понате, в том стойбище, где когда‑то увидела свет.
Бред какой‑то. Что это с ней случилось?
– Я старею, Марика. В Понате я давно уже была бы одной из Мудрых. Так же как и Барлог. Силтское колдовство и медицина помогли нам продлить молодость, но не навеки же! В последнее время я все чаще думаю о том, что мы – последние из Дегнанов и что наши родичи под северными льдами все еще не оплаканы.
– Все это я знаю, Грауэл. Да, по понатским меркам ты уже старуха. Но силты считают тебя молодой. Время еще есть. Мы обязательно оплачем Дегнанов. Только сейчас нам просто не до этого. Мы вышли наконец на прямую дорогу – нашли мир, где побывали наши враги. Ведь все эти годы мы лишь исключали одну планету за другой! Быть может, Серк останавливаются здесь регулярно. И если мы просто сядем и подождем… Знаешь, я поняла, что я сделаю. Перенесу сюда базовый лагерь. Продолжим охоту прямо отсюда.
– То есть начнем обшаривать еще один огромный кусок пространства, – уныло сказала Грауэл. – Можно сказать, начнем все сначала.
– Будь оптимисткой, Грауэл! Подумай, как нам повезло! Пойдем расскажем остальным.
– Наверное, мне даже жаль, что я позвала тебя сюда.
Вечером, когда все легли спать, Марика залезла на вершину скалы и долго стояла там, глядя на звезды. Их было немного – небо этого мира тоже закрывало пылевое облако. Марика наметила себе следующие шесть звезд. На этот раз они полетят прямо в облако. Где же еще прятаться, как не в нем?
До сих пор Марика избегала залетать далеко в глубь облака. Слишком мало там было видимых звезд, что сильно затрудняло ориентацию. Она говорила себе, что Серк наверняка испытывали те же проблемы. Но, похоже, кто‑то из их Темных Повелительниц все же рискнул заглянуть в черноту облака. Возможно, сама Бестрей. Там‑то они и встретились с чужаками.
А что там, за облаком? Никто не знал ответа на этот вопрос, потому что никто и никогда не пытался пересечь облако. Возможно, потому чужаки раньше и не встречались с метами, что их родная планета лежала на дальнем краю облака, которое они тоже опасались пересекать.
Итак, ее цель – пылевое облако. Пока.

2

Все Помощницы Марики снова сменились. Грауэл и Барлог начали седеть и даже терять шерсть. Даже Марика временами страдала от ломоты в костях – правда, только по утрам. А иногда тоска по родному миру становилась такой сильной, что Марика даже начинала подумывать, не бросить ли ей все это дело и не слетать ли домой. Хотя бы для того, чтобы посмотреть, что там без нее произошло. По ночам, во время отдыха, Марика частенько лежала с открытыми глазами и думала о доме. О Багнеле, которого ей так здесь не хватало, о зеркалах – как там идет строительство? – и даже о Колдуне, о своем маленьком братце Каблине.
Марика почти ничего не знала о событиях в родном мире. С домом ее связывали только визиты «Всадника ночи», сменяющиеся временами Помощницы и иногда – появление какой‑нибудь Повелительницы, мечтающей увидеть воочию те чудеса, о которых сообщала Марика.
Грауэл и Барлог заметили, что с ней происходит, и перестали жаловаться и ныть, догадываясь, что постоянными просьбами о возвращении они лишь укрепят решимость Марики.
А ей все труднее становилось убеждать себя в выполнимости поставленной задачи. Даже внутри пылевого облака звезд было не перечесть. И каждая новая звезда несла с собой новое разочарование.
И вот, когда в очередной раз должен был прилететь «Всадник ночи», Марика наконец решилась. Если новости окажутся плохими, она вернется домой.
Насколько она знала, с зеркалами все шло хорошо. Полгода назад Багнель прислал коротенькую записку с сообщением, что строительство первого зеркала идет со значительным опережением графика. Что он там говорил о своей некомпетентности?
Но внизу, на планете, дела, по его словам, обстояли отнюдь не так здорово. На первый план опять вышла проблема мятежников. Общины не в состоянии были справиться с ней. На этот раз бандиты под руководством Колдуна действовали независимо от братства. Но многие считали, что талантом в лагере мятежников обладал не только Колдун. Силты просто не хотели верить, что существо противоположного пола может быть таким сильным. А значит, Колдуну помогают тайно подосланные Серк силты.
В последний раз «Всадник ночи» принес весть о том, что мятежники, которые прежде устраивали диверсии только против силт, теперь взялись уже и за братьев. Причем их излюбленным методом борьбы теперь стали убийства. Снова в ход пошли машинки, нейтрализующие талант, и сестричества ничего не могли им противопоставить. В основном потому, что не хотели, считала Марика. До сих пор, после всего, что произошло, силты так и не научились относиться к мятежникам всерьез. Подумаешь, какие‑то мужчины!
Марика почувствовала ненаправленную волну прикосновения и подняла голову вверх.
– Госпожа, «Всадник ночи» приближается, – крикнула одна из Помощниц.
Был день, но яркую искорку в небе все равно нельзя было не заметить. Она выросла, замедлила свой бег, вышла на орбиту. Марика встала и зашагала через весь лагерь к посадочной площадке. Сейчас здесь было уже десятка два мет и два темных корабля, не считая ее собственного. Их молодые Повелительницы прилетели исследовать открытые Марикой новые миры и сумели подобрать себе таких же любопытных Помощниц. Еще один неожиданный поворот событий. Регулярные доклады, которые Марика посылала на родную планету, привели к появлению энтузиастов, жаждущих осваивать новые планеты, возродили старый дух исследования. Марика прокладывала путь. За ней шли другие и с восторгом изучали то, что она обнаружила.
Багнеля это, наверное, раздражает. Столько темных кораблей рыщут в космосе и ничем не помогают строительству! Марика подозревала, что именно утомительное однообразие строительных работ и заставило этих молодых Повелительниц и Помощниц умчаться на край Вселенной.
Конечно, исследователи мало что могли сделать. В звездных мирах так много удивительного, что понадобилось бы десять тысяч темных кораблей, чтобы все описать. И работы хватит для десяти тысяч поколений силт.
В последнее время даже Марика частенько отвлекалась от своих поисков и разглядывала чудеса новых миров.
– Госпожа! – окликнул ее кто‑то. – Темные корабли спускаются. Не меньше трех сразу, а может, и все четыре.
Этого можно было ожидать. Во‑первых, припасов требовалось много, а во‑вторых, «Всадник ночи» почти каждый раз привозил с собой новых исследовательниц. Можно, конечно, добираться сюда самим, но гораздо проще воспользоваться большим кораблем.
Конечно, темные корабли сядут нескоро. Но весь лагерь уже высыпал на посадочную площадку. Все гадали, какие новости принесут с собой вновь прибывшие.
Первый корабль опустился, и все увидели на центральной площадке пассажира.
– Всесущий, да это же Багнель! – воскликнула Марика. Торговец осторожно спустился на землю. Он весь дрожал и слова не мог выговорить от пережитого потрясения. – Какими судьбами?
Но Багнель не слышал ее. То ли был поражен, что добрался целым и невредимым, то ли дальность перелета произвела на него такое сильное впечатление, но реагировать на происходящее он пока не мог. Марика подошла поближе и повторила свой вопрос:
– Как ты здесь очутился, Багнель?
Вокруг все размахивали лапами и кричали, чтобы они освободили посадочную площадку. Следующий корабль был уже на подходе. Силты как завороженные уставились на Багнеля. Мужчина – здесь!
Багнель встряхнулся, как будто только что вылез из воды.
– Марика! – сказал он и внимательно оглядел ее. – А ты изменилась.
– Ты тоже. Что это у тебя – никак седина? Время безжалостно. Но послушай, это судьба. Я как раз думала о тебе, а ты взял да и прилетел! Что ты здесь делаешь? Пойдем со мной, пока эти силты не озверели и не посадили корабль прямо нам на голову!
– Как ты, Марика? У тебя вид усталый.
– А я и правда устала, Багнель. Я видела больше звезд, чем ты вообще можешь себе представить. Впрочем, нет, можешь – одна из вех по пути сюда находится на самом краю облака. Пойдем поедим чего‑нибудь. Ты, наверное, до смерти проголодался.
– У меня все еще желудок переворачивается после перехода. Ниоткуда – это для меня слишком. Я боюсь. По‑моему, я уже боюсь обратного путешествия.
– Ты все еще не сказал мне, зачем ты здесь. Что‑нибудь случилось?
– Нет. Если, конечно, не считать того, что я лишился работы и всех привилегий. Бац! Но это только временно. Управляющие вместе с главными силтами набросились на меня и заставили взять отпуск. Они заявили, что я убиваю себя непосильной работой, потому что все время стараюсь опередить график. А потом лишили меня всех полномочий, так что я уже ничего не мог поделать. Поскольку работать мне бы не дали все равно, я спросил у Редориад, не возьмут ли они меня с собой, и те согласились. Ты сама приглашала меня – помнишь? Хотя сейчас мне кажется, что я зря все это затеял.
– Конечно, помню! Но мне казалось, что я приглашала тебя присоединиться к нам после того, как я поймаю Серк.
– А ты их не поймала, хотя торчишь здесь уже целую вечность. Может, это вообще нереально, а?
– Я сужаю круг поисков, Багнель. Все сужаю и сужаю. Теперь я уже неплохо представляю себе, где не надо искать Серк.
– Ты все еще можешь смеяться над собой.
– Нечасто. Но осталось уже недолго, я уверена.
– По‑моему, ты сама себя пытаешься убедить.
Марика заметила поблизости Грауэл и Барлог. Охотницы были достаточно вежливы, чтобы не лезть Багнелю на глаза, но все же им не терпелось узнать, что означает этот визит.
– Так ты уверен, что прилетел не по делу? – спросила Марика. – Никто не просил тебя привезти меня домой?
– Нет, – удивился Багнель. – С чего ты взяла?
– Мы здесь почти не получаем новостей. Но слухи о растущей активности мятежников дошли даже до нас. И похоже, что никто не может справится с этой проблемой. Или не хочет. Вот я и подумала – вдруг кто‑нибудь прислал тебя за мной.
– Понимаешь, Марика… Наверное, я должен поговорить с тобой начистоту. Большинство силт просто счастливы, что ты здесь. Поэтому они и обеспечивают тебе поддержку. Чем дальше ты от дома, тем им спокойнее.
– Ох!
– Но мятежники действительно стали не в меру активны. И гораздо лучше организованы. Они многому научились.
– По‑моему, я это предсказывала. И никто не хотел меня слушать.
– Верно. Сейчас стало невозможно использовать старые методы. Раньше вы ловили одного мятежника, и на допросе он выдавал десятки других. Теперь структура их организации такова, что никто ничего друг о друге не знает и выдать не может. И даже нанося удар, они стараются свести степень риска к минимуму.
– Это тоже можно было предугадать.
– И даже когда мы знаем преступника, за которым охотимся, все равно бывает очень трудно его найти. Взять, к примеру, твоего Каблина…
– Каблина?
Вот уже несколько лет Марика пыталась не думать о брате. Она рассчитывала нанести ему удар, лишив помощи со стороны Серк и их друзей‑мятежников. Но как же бороться с Серк, если их нет?
– Говорят, что он у них самый главный. Тот, кого они называют Колдуном. С тех пор, как он удрал от тебя тогда, его так никто и не нашел. Даже если кто‑нибудь вычисляет, где прячется Колдун, к тому моменту, как туда приходят, его и след простыл. Многие простые меты и даже некоторые из рабочих – членов братства – стоят за него горой.
– Я могу найти Каблина.
– Ни минуты в этом не сомневался. Ты всегда добиваешься того, что хочешь, и я передам это всем заинтересованным лицам. Но, по‑моему, ты должна продолжать поиски, и даже интенсивнее, чем раньше. Это может быть важно. Впрочем, это мое личное мнение.
– Ах вот в чем дело!
– Что?
– Я так поняла, что это и есть истинная причина твоего появления. Ведь ты никогда раньше не имел дела с Ниоткуда – не может быть, чтобы ты притащился сюда просто так!
– Я прилетел в отпуск, Марика. Прилетел, чтобы встретиться со старым другом, которого так давно не видел. А сейчас я просто рассказываю тебе, что происходит дома. И если ты думаешь, что я пытаюсь тобой манипулировать…
– Извини, Багнель. Ну же, рассказывай. Есть еще новости?
– Месяц назад нам наконец‑то удалось схватить курьера, осуществлявшего связь с Серк и мятежниками. Точнее, двоих. Оба – члены братства, удравшие вместе с Серк на борту «Звездного странника». Я присутствовал на допросе, поскольку дело касалось проекта «Зеркало».
– Ну и? Узнали вы, где они прячутся?
– Понятно только, что где‑то в пылевом облаке. Но это ты уже давно подозревала. Если бы эти двое знали больше, их не бросили бы. Жаль, что мы не захватили Повелительницу темного корабля, на котором они прилетели.
– Жаль, конечно. А о чем еще они рассказали?
– Мы довольно много узнали о том, чем сейчас заняты Серк. В основном тянут время и надеются, что пришельцы найдут их раньше, чем ты. Они больше не могут полагаться на одну только Бестрей.
– Вот как?
– Оказалось, что мы не совсем верно представляли себе положение Серк. Они так и не установили прямого контакта с чужаками. Все, что у них есть, – это огромный корабль пришельцев у какой‑то планеты. Серк с мятежниками постепенно растаскивают и изучают его, дожидаясь настоящих хозяев.
– Но…
– Дай мне договорить, Марика. Тут целая история, не зная которой, трудно понять, о чем речь. Сейчас я тебе расскажу все с самого начала.
– Да уж, лучше расскажи.
– Тогда слушай. Когда‑то давно одна отчаянная Темная Повелительница из общины Серк…
– Госпожа Кер‑Тхар?
– Она самая. Знаменитая странница Кер‑Тхар – живая легенда нашего времени. Но если ты все время будешь перебивать, мы никогда не доберемся до конца истории.
– Извини.
– Так вот, когда‑то давно Кер‑Тхар решила посмотреть, что находится по ту сторону пылевого облака. По дороге, где‑то посередине облака, она решила дать команде отдохнуть. Выбрала планету, опустилась. Планета, кстати, оказалась во всех отношениях превосходной. Через несколько дней силты снова погрузились на корабль, поднялись, и Кер‑Тхар уже хотела было прыгать дальше, как вдруг появился корабль пришельцев. Думаю, вынырнул из Ниоткуда. Говорят, что он просто возник там, где раньше ничего не было.
Пришельцы заметили темный корабль и погнались за ним. Из любопытства, как я понимаю.
Марика тихонько застонала. Багнель нарочно затягивал рассказ.
– Ничто не указывало на враждебность со стороны чужаков. Но Кер‑Тхар, насколько ты помнишь, не отличалась хладнокровием и рассудительностью. Она ударилась в панику, подумала, что на нее нападают, и первой нанесла удар. Пришельцы оказались беззащитны против Кер‑Тхар, хотя она никогда не отличалась большим талантом по части темной стороны. Они прекратили погоню. Кер‑Тхар выскочила в Ниоткуда и как ошпаренная понеслась домой, едва не угробив по дороге всю свою команду.
– Мне всегда казалось, что ее переоценивали. Редкая неудачница. Поэтому Серк и запретили ей летать. Она их раздражала, как блоха на шкуре.
– Тебе виднее.
– Багнель, ты издеваешься! Расскажи мне наконец свою историю!
– Ты сама все время перебиваешь.
– Молчу.
– Оставшиеся в живых пришельцы сумели вывести корабль на стабильную орбиту около планеты. Но Кер‑Тхар здорово их потрепала. Когда она вернулась, приведя с собой целую ораву Серк, все чужаки уже были мертвы. Серк поняли, как важна их находка, но разобраться в ней сами не смогли. После долгих яростных дебатов их Правящий Совет проголосовал за то, чтобы призвать на помощь братьев из тех союзов, которые уже имели дело с Пустотой. И вот с тех самых пор, вот уже двадцать лет, они изучают этот корабль, снимают с него оружие, осваивают новые технологи и ждут, когда же за первым кораблем прилетит второй.
– А почему они думают, что кто‑то прилетит? Сами мы редко ищем свои пропавшие корабли.
– Я не знаю, но они почему‑то в этом убеждены. Может, потому, что такой корабль должен очень дорого стоить. Пленники говорят, что он устрашающе огромен. Для нас построить такой корабль было бы так же нелегко, как осуществить проект «Зеркало».
– Так, значит, война в Понате не принесла им никакой выгоды? Такие усилия ради голой идеи?
– Бесспорно. Силты знают, как заставить кого‑то сказать правду. Но и после обработки пленники продолжали утверждать, что никто из мет никогда не видел живого пришельца.
– Идиотизм.
– Возможно. А ты знаешь, как бы ты повела себя в подобных обстоятельствах? Вспомни свою Градвол с ее навязчивой идеей добиться для Рейгг места среди сильнейших общин. Вот уж кто мог бы поступить точно так же, если не хуже! Нельзя перекладывать всю вину на одних только Серк. Они, в конце концов, всего лишь силты.
– Спорить не стану. Скажу только, что Серк ведут себя как последние идиотки – даже среди силт. И упорствуют в своем идиотизме. Значит, за все эти годы их долгожданный корабль так и не прилетел? Так на что же они надеются?
– Сколько лет ты их ищешь?
– Ох, много. Грауэл и Барлог не больно‑то счастливы со мной.
– Так вот, Марика, у Серк просто не осталось другой надежды. Ведь если не появятся пришельцы, рано или поздно прилетишь ты. А они, как я уже говорил, боятся, что Бестрей уже не та, что раньше. А если это был исследовательский корабль, как у самой Кер‑Тхар? Если никто не знал, куда он летит? Что было бы, если бы пропала она? Давно ты ищешь убежище Серк? А ведь ты знаешь, что оно по крайней мере существует!
– Даже если… Нет… Кажется, я поняла.
– Так вот, я думаю, что тебе надо продолжать поиск, как бы это ни было утомительно. Пусть методом исключения, ты все же приближаешься к цели. Но и пришельцы тоже. Я даже представить себе не могу, что они с Серк могут натворить, если договорятся.
– Их бомбы уничтожили Телле‑Рей.
– Не говоря уже о том оружии, которым оборудованы эти маленькие кораблики. Мы собрали все обломки, бьемся над ними вот уже сколько лет и все еще ничего не понимаем. Боюсь, в плане технологии мы с чужаками слишком далеки друг от друга. С тем же успехом мы могли бы изучать твое колдовство. Но наши ученые считают, что оружие такого же типа может быть во много раз мощнее. И в этом случае его можно применять против целых планет.
– Надо сказать, я уже была готова бросить это дело и вернуться домой.
– Я так и подумал, когда увидел тебя, Марика. Ты очень устала и почти готова признать поражение. Но хватит об этом. Я ведь и правда прилетел сюда в отпуск и намерен честно исполнять приказы начальства – прожить несколько месяцев, ни о чем не заботясь.
– Как там наш проект?
– Сделано более шестидесяти процентов работы. Первое зеркало готово на семьдесят процентов, второе – на сорок. Корректирующие системы тоже готовы, и, насколько я понимаю, действие зеркал уже начало сказываться. Граница вечной мерзлоты этой зимой почти не сдвинулась на юг.
– Где она сейчас проходит?
– Почти в тропиках. Здорово южнее Рухаака. Но скоро поползет назад, если, конечно, облако не станет гуще. А мы замеряли его плотность на пути солнца и считаем, что за пять тысяч лет она существенно не изменится. Думаю, мы выиграли битву с Великой Зимой. И хотя ты давно уже не занимаешься этим проектом, меты никогда не забудут, кто его автор.
– Меня мало волнует, что будут говорить обо мне в будущем. Было бы будущее. И сейчас я бьюсь за то, чтобы оно у нас было. Уверена, что мои усилия не напрасны. Скоро эта долгая охота закончится.
Багнель наклонил голову. Казалось, он не хотел, чтобы Марика видела выражение его лица.
– Ладно, торговец. Искатель приключений. Каникулы, значит, решил устроить? Я могу втиснуть на свой корабль еще одного пассажира. Ты будешь первым торговцем, увидевшим новые миры.

3

Багнель слез с темного корабля и оглядел лагерь с таким видом, будто наконец‑то вернулся домой.
– Знаешь, Марика, никогда в жизни я так не волновался за судьбу проекта.
Марика усмехнулась, приподняв верхнюю губу.
– Неужели было так плохо? А что, на «Всаднике ночи» лучше?
– Ничего похожего. И ты это прекрасно знаешь. Больше всего это ощущение похоже на бесконечное падение в пустоту… Гораздо хуже, чем полет на темном корабле над планетой. Там ты по крайней мере знаешь, что под ногами что‑то есть, пусть даже до земли несколько тысяч футов. Хотя…
– А что это за новое выражение в твоих глазах?
Не прекращая разговора, Марика покосилась на Грауэл и Барлог. Охотницы должны были проследить, чтобы темный корабль подготовили к следующему полету. Марика всегда настаивала на выполнении этой меры предосторожности. Все ее темные корабли могли подняться в воздух в считанные секунды. Ведь лагерь находился под постоянной угрозой нападения Серк. Они и напали бы, если бы знали, где его искать. Марика висела у них на хвосте, как упрямая хищная арфта.
– Думаю, любопытство. Это было мучительно, но очень интересно. Наверное, мне понравилось бы изучать новые миры.
– Так бросай свои зеркала и оставайся здесь. Я и мой корабль к твоим услугам.
Багнель пристально посмотрел на Марику. Предложение явно казалось ему заманчивым, хотя и пугающим. Он вздрогнул и ответил:
– Не стоит, Марика. Твои сестры этого не поймут.
– Где им! Это так, к слову. Но может, когда‑нибудь потом… Когда мы достроим зеркала и отделаемся от Серк, когда найдутся наконец эти таинственные пришельцы и мы придем с ними к какому‑нибудь соглашению… Подумай, как было бы чудесно улететь и никогда больше не возвращаться! В конце концов, это было бы продолжение традиции – мы же всегда летали вместе.
Багнель принял игру:
– Так мы и летали бы вечно, от звезды к звезде. Иногда силты чувствовали бы, как мы летим, где‑то далеко‑далеко, за краем вселенной. Меты складывали бы легенды о темном корабле‑призраке, а молодые Повелительницы уводили бы в космос свои корабли, чтобы найти нас.
– Увы, это невозможно. Темный корабль не унесет столько еды. И где бы я нашла команду для такого путешествия?
– Это верно.
– Завтра мы снова полетим на поиски. Звезд в этом секторе не перечесть, но тех, которые имеет смысл проверять, осталось уже немного.
Но Марике пришлось выйти в космос гораздо раньше, чем она думала.
До рассвета было еще далеко, когда Марику разбудило испуганное прикосновение:
«Сюда спускается темный корабль! И он не из дома!»
Марика пулей вылетела из хижины. Вокруг нее весь лагерь пришел в движение. Команды темных кораблей спешили занять свои места. Снова кто‑то в панике передал:
«Это Серк! Они нас нашли! Ой, нет, они снова поднимаются. Удирают. Они страшно перепугались – весь темный мир провонял их страхом. Быстрее!»
– Грауэл! Барлог! Где вы там застряли? Мы вылетаем!
Сонные охотницы вылезли из своей хижины, чтобы узнать причину переполоха. Прикосновения они, естественно, не почувствовали.
Помощницы Марики уже бежали к темному кораблю, забыв про свои предполетные ритуалы. Марика схватила винтовку и помчалась вслед за ними, крикнув на бегу охотницам:
– Быстрее, вы, двое! Это Серк!
Грауэл и Барлог схватили оружие и рванули следом за ней.
Один из кораблей уже взлетел и быстро набирал высоту. Глаза Марики метали молнии – ей казалось, что старшая Помощница недостаточно быстро обносит команду золотистым напитком.
– Подождите!
Придерживая одной лапой спадающие штаны, подбежал Багнель.
– Нет, – сказала Марика. – Ты остаешься здесь. На этот раз все слишком серьезно. Там, наверху, – Серк.
Багнель притворился глухим и встал рядом с остальными, дожидаясь своей очереди отхлебнуть из серебряного кубка. Старшая пробормотала что‑то неодобрительное, но все же дала ему сделать глоток. Грауэл извлекла из тайника под центральной платформой еще одну склянку с напитком и вылила ее в кубок. Потом вытащила запасную винтовку и бросила ее Багнелю.
– Держи, торговец. Я у тебя в долгу.
– Вижу, ты все еще носишь ту винтовку, которую я дал тебе в Акарде.
– Полезная оказалась штука. Хотя, как и я, от старости не улучшилась.
Марика выругалась. Уже второй темный корабль поднимался в воздух, а она еще даже не собрала призраков.
– Привязывайтесь, вы, меты! – прорычала она. – Всем пристегнуть ремни! Так быстро вы еще никогда не летали.
Багнель уже пристегнулся и разбирал винтовку, которую дала ему Грауэл. Обе охотницы одобрительно кивнули, уселись на свои места и занялись тем же самым.
Марика выхватила кубок из лап старшей Помощницы, залпом проглотила его содержимое и одним прыжком очутилась на своем месте на кончике деревянного кинжала. Нырнула в темный мир, схватила первых попавшихся призраков и стала подниматься, на лету отпуская маленьких и слабых жителей Темного Мира и заменяя их на тех, что побольше. Она отчаянно подгоняла своих пленников. Быстрее, еще быстрее!
Один корабль Марика обогнала на высоте пятьдесят тысяч футов, другой – перед самым выходом на околопланетную орбиту. И все это время она обшаривала прикосновением Пустоту, следя за темным кораблем Серк. Они, конечно, удерут через Ниоткуда, но по направлению движения корабля можно понять, какой сектор пространства им нужен.
Да, так оно и есть. В этой части облака она еще не искала. Марика мысленно обвела курс корабля Серк окружностью и оценила оказавшиеся внутри звезды. Их было всего четыре. Ту, что подальше от центра, Марика отвергла сразу. Значит, остается три.
Марика мысленно потянулась прикоснулась к сознанию двух других Повелительниц Кораблей.
«Идем за ними. В этом направлении всего три звезды. Моя – средняя».
Марика передала изображение всех трех звезд и показала, какую из них она выбрала для себя. Потом распределила две оставшиеся между Повелительницами.
«Быстрее! Постарайтесь оказаться там первыми».
Впрочем, маловероятно, что это у них получится. Даже у нее, с ее многочисленными преимуществами. Конечно, путь через Ниоткуда тем короче, чем талантливее Повелительница, но, во‑первых, Серк значительно опережали Марику, а во‑вторых, они удирали от смерти.
Марика легла на курс, еще не выйдя за пределы атмосферы, и сразу же принялась собирать призраков для прыжка. Серк нырнули в Ниоткуда всего лишь на несколько минут раньше нее. По идее, Марике нельзя было делать это так рано. Помощницы буквально взвыли от ужаса – мысленно, конечно. Требования Марики и без того вызывали у них истерику.
Пространство исказилось. Корабль окутала тьма. Удивленное прикосновение огромного черного призрака, испуганного появлением темного корабля, сменилось ощущением бесконечной пустоты.
Снова вспыхнул свет. Они были у цели. Марика попыталась сориентироваться – переход был таким быстрым, что у нее закружилась голова.
Помощницы еще хуже перенесли этот рывок. Пока они приходили в себя, Марика обшаривала систему прикосновением в поисках корабля Серк.
Когда старшей Помощнице стало получше, она покинула свой пост, чтобы приготовить еще одну порцию золотистого напитка.
Выяснилось, что планет у этой звезды нет. Раньше были, но потом что‑то стряслось – возможно, произошло слишком тесное сближение с другой звездой. Пространство вокруг было забито каменными обломками. Некоторые из них превосходили размером Клык. Но ни один из этих обломков не был в состоянии удержать атмосферу, и нигде Марика не чувствовала жизни. Так что базы Серк здесь не было.
И темного корабля тоже.
Марика перебралась на центральную площадку, чтобы посмотреть, как там Грауэл, Барлог и Багнель. Во время перелета она выкачивала из них силу, как из настоящих Помощниц.
Багнель выглядел так, будто его могло стошнить в любую минуту. Он лежал с закрытыми глазами, вцепившись в раму корабля. Грауэл и Барлог тоже были оглушены, но они давно уже летали с Марикой и привыкли к ее диким прыжкам. Хотя на этот раз она превзошла сама себя.
Марика прикоснулась к Багнелю – мягко, ободряюще. Среди ее многочисленных талантов почти полностью отсутствовал один – талант сестры‑целительницы. И все же она попробовала перелить Багнелю капельку своего хорошего самочувствия. Он поднял голову и кивнул. Все в порядке. Это был не шок, а просто нервное потрясение.
Марика вернулась на место.
Плюх!
Ощущение напоминало звук упавшего в воду камешка, как он слышится тому, кто сидит под водой. Только это был не звук, а легкое колебание пространства прикосновений.
Темный корабль Серк.
Где же он?
Марика обшарила окрестности, нашла противника и устремилась к нему. Если только ей удастся нанести удар, пока они еще не пришли в себя после прыжка…
Но Серк заметили ее и быстро понеслись прочь, набирая скорость. Марика – за ними. На ходу она срочно запоминала ориентиры. Сделать это было нетрудно – здесь, глубоко в облаке, пыль была так густа, что одновременно можно было увидеть не больше десятка звезд.
Корабль Серк исчез. Марика заметила направление, нашла звезду и тоже нырнула в Ниоткуда.
На этот раз она не торопилась. Вряд ли ей сейчас так уж необходимо первой оказаться на месте. И верно.
Солнце, у которого они очутились, было окружено таким плотным облаком пыли, что в черном небе горели всего три звезды.
У одной из них они только что побывали. Значит, остаются две.
Систему, в которой они оказались, Марика отбросила сразу. Здесь не было жизни. Никогда не было, потому что местное солнце было карликом – из тех, у которых и планет‑то никогда не бывает. На всякий случай Марика все же проверила и эту систему. Потом занялась двумя оставшимися звездами.
Первая оказалась красным гигантом. А вот вторая была желтой и во многом походила на солнце родного мира.
Марика была в восторге. Наконец‑то ей удалось учуять настоящий, горячий след!
Она приказала всей команде собраться на центральной площадке. Старшая Помощница вновь пустила по кругу серебряный кубок. Потом все вернулись по местам, отдохнули пару минут, и Марика отправила корабль в Ниоткуда. Теперь она возвращалась домой, в свой лагерь.
Пусть Серк думают, что им удалось ускользнуть.

Глава седьмая

1

Деревянный темный корабль доставил Багнеля на станцию «Молот». Марика с интересом изучала окружающее пространство. «Молот» был теперь всего лишь одной из двенадцати орбитальных станций, и далеко не самой большой. Пустоту вокруг трудно было назвать пустой – с точки зрения Марики тут было не протолкнуться. Да, многое изменилось за время ее отсутствия. Конечно, о многом она слыхала, но одно дело – услышать, и совсем другое – увидеть все собственными глазами.
Ей очень хотелось слетать к первому зеркалу и посмотреть на свое детище, но Грауэл и Барлог этому не обрадовались бы. Они вот уже семь лет не были дома и мечтали сейчас только об одном – снова ступить на землю родной планеты. Надо спускаться. Зеркало никуда не денется.
А еще охотницы считали, что, посадив корабль как можно быстрее, они смогут избежать неприятных сюрпризов. Ведь Марике, разумеется, не удалось прибыть незамеченной. Слишком много народу знало, где находился Багнель последние несколько недель, а он уже вернулся. Марика почувствовала удивленные прикосновения не знакомых ей силт. Она оставила их без внимания и отправила только одно сообщение – вниз, в монастырь Рухаака. Пусть знают, что она спускается.
Встретить Марику вышла сама Верховная жрица Рейгг Бел‑Кенеке. Марика внимательно оглядела обладательницу первого кресла в Совете сестричества, не обращая внимания на других силт. А их на площадке было множество, и все с удивлением пялились на саму Марику, на ее вооруженных спутниц и странный деревянный корабль.
Так что все‑таки думает Бел‑Кенеке?
Как давно она не была дома! Мир изменился. Марика предполагала, что у этого мира будет мало общего с тем, прежним. И верно. Разницу трудно было не почувствовать. Этот мир был полон новых запахов, запахов тяжелой индустрии. Похоже на ту вонь, которую издавали многочисленные заводы Макше. Но ни в Рухааке, ни поблизости заводов нет. Значит, сейчас так воняет везде.
Стал ли этот мир таким, каким его хотели видеть братья? Она боролась против осуществления этой мечты, но, похоже, иначе просто нельзя остановить Великую Зиму.
Марика подняла голову. Высоко в небе горело второе солнце – огромное зеркало в передней троянской точке. Горело так ярко, что глаза слезились на него смотреть. И все же воздух стал еще холоднее, чем раньше. Во всяком случае, так ей казалось. И повсюду лежал снег. Очень глубокий снег.
Марика не могла вспомнить, какое сейчас время года. Она подозревала, что это не важно – снег никуда не денется и летом. Багнель же говорил, что граница вечной мерзлоты остановилась уже здорово южнее Рухаака.
Все силты, встречавшие ее, были тощими и осунувшимися. Вероятно, недоедали. Рабочие, пришедшие, чтобы позаботиться о темном корабле, тоже выглядели голодными. Так‑так. Интересно, будет ли еще хуже? И насколько?
Она позволила темному кораблю преодолеть последние несколько дюймов и коснуться земли. Свершилось. Она действительно дома.
Марика слезла на землю и едва не рухнула от усталости. Возвращение было долгим и очень тяжелым – она торопилась.
Бел‑Кенеке произнесла длинное напыщенное приветствие. Марика отвечала согласно этикету, в глубине души радуясь, что ее положение в обществе не изменилось за время долгого отсутствия.
– Добро пожаловать домой, странница, – произнесла Бел‑Кенеке. На этот раз она говорила за себя, а не от имени сестричества. – Мы уже думали, что больше никогда не увидим тебя. Поговаривали, что тебя давно поглотила межзвездная бездна и что Редориад только притворяются, будто ты еще жива, чтобы Колдун с его прихвостнями совсем не распоясались. Тебя они боятся.
– Я была очень далеко, Бел‑Кенеке. Дальше, чем до сих пор отваживались забираться силты. Я посетила тысячи миров и видела множество чудес. Я могу рассказать вам тысячи историй – и ни одной из них вы не поверите. Но сейчас я вернулась домой, в этот ледяной мир. Да. Я вернулась.
– Ты прекратила поиски? Сдалась? В таком случае мы, полагаю, сможем воспользоваться твоей помощью.
– Нет, я не прекратила поиски. Это лишь временное отступление. Зачем вам нужна моя помощь?
– Мятежники.
– Ясно. А мой друг Багнель говорил, что никто не захочет чтобы я совала нос не в свое дело. По его мнению, все просто счастливы, когда меня нет, и предпочли бы, чтобы я вечно оставалась всего лишь легендой.
– Я уверена, что многие высокопоставленные силты именно так и думают. Во всех монастырях сейчас только и говорят, что о твоем возвращении. Ищут скрытый смысл этого поступка. Но я говорю только за себя и за Рейгг. Мы рады, что ты здесь, и с удовольствием примем твою помощь.
– Рассказывайте.
– Этот вопрос может подождать. Мы все еще стоим на улице, а ведь ты только что прилетела. Тебе сейчас нужен отдых, а не новости.
– Верно. Вы приготовили мне какие‑нибудь комнаты?
– Те же, что и всегда. Убраны и натоплены.
– Хорошо. Постарайтесь зайти ко мне при первой же возможности. Надеюсь, вас это не слишком затруднит?
Бел‑Кенеке удивленно моргнула, оглядела Марику, Грауэл, Барлог и четырех Помощниц, ни одна из которых и не подумала отправиться туда, где жили все Помощницы.
– Да нет…
И как себя вести с дикими силтами вроде этой Марики? Марика тоже пыталась вспомнить, как ей себя вести. Она уже семь лет прекрасно обходилась без искусственных сложностей и церемоний родного мира. Семь лет не видела Бел‑Кенеке. Быть может, Верховная жрица уже забыла, кому она обязана своим креслом?
Марика кивнула:
– Пожалуйста, не надо размышлять о причинах моего возвращения. Даже про себя. Я здесь. На сегодня этого достаточно. Пусть другие сестричества строят глупые предположения и пытаются понять, что я задумала.
– Да.
Бел‑Кенеке это, кажется, позабавило.
– Тебе что‑нибудь нужно? Комната, пища, а еще что?
– Список всех Верховных жриц и членов Советов общин Обитательниц Тьмы. Еще, наверное, понадобятся данные о мятежниках – не все, конечно, только самые важные и интересные. Хотя я все еще не уверена, что захочу помогать тем, кто не в состоянии сам себе помочь.
– Я обо всем позабочусь. – Бел‑Кенеке снова моргнула. – Добро пожаловать домой, Марика.
И она поспешила прочь.
Марика молча смотрела ей вслед. Она была слегка озадачена происходящим. Ей так и не удалось понять, что думает Бел‑Кенеке. Может, это сказывается длительное отсутствие тренировки? Семь лет вдали от дома, и вокруг – лишь хорошо знакомые меты…
Бел‑Кенеке исчезла за дверью.
– Пойдем, – махнула лапой Марика. Грауэл, Барлог и Помощницы гуськом потянулись за ней, пытаясь не обращать внимания на удивленные взгляды столпившихся на площадке мет. Все вокруг еще долго будут гадать, почему Помощницы не ушли к себе. Марика знала, что домыслы неизбежны. Но до правды все равно никто не додумается, а если отпустить Помощниц, они могут нечаянно проболтаться. Так рисковать она не может.
Ей стоило огромных усилий не заснуть до прибытия Бел‑Кенеке. Все остальные отправились спать сразу же после еды, как только прислужницы покинули все еще холодную квартиру. Марика подбросила дров в огонь и попыталась побегать перед ним, чтобы согреться. Слишком много времени провела она в теплых мирах.
Марика остановилась и выглянула в окно. Маленький дирижабль подплыл к монастырю, начал выгружать дрова и, судя по всему, провизию. Наверное, она была не права, когда перенесла главный монастырь общины в Рухаак. Вероятно, следовало выбрать местечко где‑нибудь поближе к экватору.
Марика не могла больше бороться со сном. Глаза закрывались сами собой. Она снова подбросила дров в огонь и без сил опустилась в кресло.
Стук в дверь не разбудил Марику. Проснулась она только от скрипа открываемой двери. Марика вскочила на ноги и вскинула винтовку. На пороге стояла Верховная жрица.
– Простите, госпожа, – смутилась Марика. – Я вздремнула немного, а там, в чужих мирах, мы привыкли…
– Ничего, ничего, – произнесла Бел‑Кенеке, пытаясь сохранить хладнокровие. – Я все понимаю. Можно?
Она махнула лапой в сторону второго кресла.
– Конечно. Садитесь поближе к огню. Здесь так холодно! Сейчас зима, или погода настолько испортилась? Или, может, я просто позабыла, какой она была?
– Сейчас середина зимы. Самое холодное время. Но нынче и летом не сильно лучше. Ты, вероятно, забыла. Я не помню, чтобы зимы стали намного холоднее с тех пор, как ты улетела. А те, кто занимается зеркалом, говорят, что с орбиты уже видны изменения к лучшему.
– Мой друг Багнель говорил мне, что граница вечной мерзлоты остановилась.
– Говорят, так оно и есть. Поток энергии от зеркал не прекращается ни днем, ни ночью. А когда достроят второе, у нас больше не будет ночи. Что мы, силты, будем делать, когда не станет темноты? – Бел‑Кенеке слегка шевельнула ушами, чтобы показать, что это была шутка. – Надеюсь, я еще увижу лето, прежде чем соединюсь с праматерями в объятиях Всесущего.
– Как идет работа над проектом? Багнеля об этом расспрашивать без толку. Он остался таким же убежденным пессимистом.
– Очень хорошо. Мы все еще опережаем график. Сестричества и братья продолжают увлеченно работать вместе, что меня, честно говоря, удивляет. Я была уверена, что к этому времени от их энтузиазма ничего не останется. Но я ошиблась. Думаю, это потому, что те, кто умеет, уже могут увидеть положительные результаты. Но есть еще одна проблема, о которой я говорила.
– Да. Возможно, я знаю, как исцелить этот недуг. Я прилетела, чтобы…
Марика внезапно умолкла. Ей почему‑то очень не хотелось говорить. Какая‑то часть ее не хотела, чтобы кончилась целая эпоха.
Бел‑Кенеке терпеливо ждала. В конце концов Марика заставила себя продолжить:
– Я нашла их!
– Мятежников?
– Да, и Серк.
– Так почему ты здесь? Ты их что, уничтожила?
– Нет. Не хочу делать это в одиночку. По множеству причин. Я прилетела, чтобы попросить о созыве Собрания. Мне нужны все космические корабли всех общин.
– Я была уверена, что ты…
– Нападу на них сама? Вероятно, Серк тоже так думают. Надеюсь, что так оно и есть. Тогда они будут уверены, что я их еще не нашла. Но одна я туда не полечу. Я давно уже не та дикая послушница из Верхнего Поната, Бел‑Кенеке, и представляю себе последствия подобного действия. Наши враги сильно изменились. Их давно уже нельзя назвать настоящими силтами.
Бел‑Кенеке молчала. Она сидела, почти касаясь огня подошвами сапог, и лицо ее превратилось в неподвижную маску.
– Если я прилечу туда одна, вызову Бестрей на поединок и даже одержу победу, это ничего не изменит. Серк все равно не признают поражения. Они уничтожат меня и опять примутся за старое. Серк давно отринули все обычаи и древние законы – еще в день уничтожения Телле‑Рея. Разве меты, предавшие Телле‑Рей огню…
– Я поняла. Мне все это не нравится, но я поняла. Они поставили себя в такое положение, что теперь пойдут на все ради того, чтобы выжить.
– В таком случае вы должны понять, почему нам необходимо обрушить на них все силы, какие мы только сможем собрать.
– Я‑то понимаю, но не уверена, что тебе удастся получить поддержку. Большинство старых Темных Повелительниц давно уже перестали летать. Они довольны своей работой на строительстве, и возможно, и думать не хотят о Серк. А те, кто летает сейчас к звездам, очень молоды. Они не понимают важности этой охоты. По ним, граукен – куда большая опасность, чем легендарные Серк. Боюсь, что времена переменились. Впрочем, я могу и ошибаться. Наверняка не у всех отшибло память, и есть среди нас такие, у кого еще не зажили раны.
– Увидим. Если можно, я попросила бы вас потихоньку собрать где‑нибудь Верховных жриц всех общин Обитательниц Тьмы. Тех, кто еще помнит и при этом наделен достаточной властью, чтобы приказать другим делать то, что необходимо. Если мы сделаем все это достаточно быстро, то сумеем нанести удар, пока мятежники обо всем не пронюхали.
– Ты уверена, что Серк не знают о том, что ты их нашла?
– Кроме моей команды, правду знает только одна мета. Да и команда на самом деле может лишь строить догадки на этот счет. Но я все равно не намерена выпускать их отсюда пока мы не примем решение и не начнем действовать.
– А кто же эта единственная мета?
– Вы, госпожа.
Взгляд Бел‑Кенеке стал напряженным.
– История вопроса проста. Несколько лет назад мы обнаружили на одной из планет следы ночевки корабля Серк и перенесли туда свой базовый лагерь. Недавно у нас появился еще один корабль Серк. Не исключено, что изначально он направлялся сюда. Мы погнались за ним и поняли, куда он летит, хотя их Повелительница скорее всего думает, что сумела от меня убежать. Надеюсь, мне удалось ее обмануть. Она гораздо слабее меня.
– Серк будут защищаться, Марика. Они знают, что ты их ищешь.
– Разумеется. Это еще одна причина моего нежелания нападать в одиночку. Если бы меня убили, вам пришлось бы начинать поиски заново.
– Я немедленно свяжусь с Верховными жрицами. Обещать ничего не могу, но постараюсь сделать все, что в моих силах.
Бел‑Кенеке протянула Марике толстый конверт.
– Здесь мои заметки относительно большинства Верховных жриц. Как ты и просила. Но по‑моему, тебе нужно отдохнуть перед тем, как браться за дело. По твоему виду сейчас не скажешь, что ты способна бросить миру вызов.
– Я и не чувствую, что на что‑нибудь способна. Вы правы, последнее время я слишком сильно выкладывалась. Сначала отдохну, потом буду читать. Спасибо.
– Отлично. Тогда я вернусь завтра с ответом Верховных жриц. Постараюсь рассказать им как можно меньше и связать их клятвами относительно того, что рассказать придется.
– Да, так и надо. Но все равно нам не удастся долго держать это в тайне.
Бел‑Кенеке встала и направилась к выходу. В нескольких футах от двери она вдруг остановилась, повернулась к Марике и странно на нее посмотрела.
– В чем дело? – спросила Марика.
– Да так, ерунда. Я просто подумала, что ты все‑таки стала охотницей, хоть и считаешь себя силтой.
– Да, я тоже частенько об этом думаю. Но какова охотница, такова и дичь?
– Именно так. Ну, до завтра.
– До завтра.

2

Посреди ночи Марика проснулась от холода. И тем не менее ей было гораздо уютнее здесь, чем в любом из посещенных ею за последние годы бесчисленных миров. Там ее подсознание страдало от глухой тишины в пространстве прикосновений. Даже в базовом лагере, населенном в основном силтами, было неуютно.
Она встала и прошла в комнату Грауэл и Барлог. Охотницы безмятежно спали. В свете тлеющих в очаге углей Марика рассматривала своих верных спутниц и думала о том, как много они пережили вместе. Она знала, что охотницы не оставят ее, пока Всесущий не призовет их к себе. Правда, в последнее время обе они стали больше похожи на Мудрых, чем на охотниц. Обе сильно поседели. Барлог потеряла довольно много шерсти.
Марика подумала, не приказать ли им остаться здесь и не вернуться ли в космос без них. Но она и сама понимала, что не сделает этого. Не сможет обидеть их так сильно. Они – ее стая, ее истинное сестричество. Марика никому не была так верна, как этим двоим. А у них не было никого, кроме нее. И воспоминаний.
Марика вернулась в большую комнату, подбросила дров в огонь, села у очага и открыла конверт Бел‑Кенеке.
В основном все имена остались прежними. За время ее отсутствия смерть явно не перетрудилась. Интересно, изменило ли время этих старых силт? Их позиция сейчас очень много значит. Что, если они больше не хотят разделаться с Серк?
Но этого из бумажек не узнаешь. Надо встретиться с ними лицом к лицу. Марику охватило тревожное нетерпение.
А еще она скучала по Багнелю.
Уже? Пожалуй, это смешно. Ведь они расстались всего несколько часов назад!
А как надолго? Опять на несколько лет? Сама мысль об этом показалась ей невыносимой.
Марика подошла к окну. Скелеты замерзших деревьев серебрились в бледном свете лун. Клык был похож на череп, а Гончая, казалось, вот‑вот бросится на кого‑то, как голодный хищник. Да, кое‑что изменилось, хотя те, кто живет здесь постоянно, могли и не заметить происходящего. Низкие тучи больше не заволакивали небо.
Марика смотрела на луны и мерцающие огоньки звезд. В прошлый раз всего этого не было видно. Скоро она снова улетит туда, к звездам. И на этот раз может и не вернуться. Победа или смерть.
– Сколько же тебе лет, Бестрей? – прошептала она. – Быть может, ты уже дряхлая старуха? Или ты все еще достаточно молода, чтобы поспорить со мной?
Марика нервничала все сильнее и сильнее. В конце концов это ощущение стало невыносимым. И тогда она открыла шкафчик, в котором с давних пор хранилось ее «седло». Марика уже много лет не летала в «седле». Более того, ей даже казалось, что в те времена здесь жила совсем другая мета. Кто она была, эта юная силта, почти щена, кровавой лапой прижавшая весь мир?
Да, вот оно, ее «седло». Никто его не трогал, хоть сейчас бери и собирай. Марика стерла пыль, чтобы видны были ее личные колдовские знаки.
Раздумывала она недолго.
Воздух снаружи был, кажется, холоднее, чем прежде, но Марика не обращала внимания на пронизывающий ветер. Она поднялась высоко над крышами Рухаака и повисла между поднимавшимися к небу столбами дыма, глядя на пустые зимние улицы.
Чье‑то мимолетное прикосновение скользнуло по ее сознанию и тут же исчезло. Незнакомая силта поняла, что Марика своя. Вот что значит быть дома. Марике стало приятно. Понятно, что силты забеспокоились, когда она взлетела. Все, что невидимо, может быть опасно.
Интересно, где сейчас Каблин? О чем он думает? Наверняка ему уже донесли о ее возвращении. Догадался он, что это может означать? Что по этому поводу предпримут мятежники?
Надо пустить слух, что она вернулась затем, чтобы сломать им хребет. Они поверят. И Каблин, великий Колдун, тоже поверит. Он сумасшедший, и он боится Марику. Боится как огня, ибо знает, что давно уже исчерпал чашу ее терпения.
Все мятежники боятся ее. Для них она – граукен, безжалостный ужас, крадущийся в ночи. Голодный монстр, который пожрет их всех.
Багнеля очень беспокоила проблема мятежников. Надо бы разобраться с ней, пока она тут. Снова по уши влезть в это дело. Возможно, ей удастся найти свежий подход. Тогда местные силты смогут защитить себя сами, пока она будет разбираться с их главным врагом. С тем, кто вдохновлял мятежников и подпитывал их ненависть.
Марика перевела взгляд на звезды.
Сначала Бестрей. Бестрей и все остальные враги, там по ту сторону облака. Потом Марика, возможно, ненадолго вернется домой, чтобы покончить с Каблином и обеспечить себе безопасный тыл.
На этот раз – никакой жалости, как бы ей этого ни хотелось. Весь мир будет следить за ее поступками. Она должна уничтожить мятежников.
В конце концов, убила же Марика свою наставницу Градвол только потому, что та ей мешала. Так чем Каблин лучше? И в первобытной культуре Поната, и в более сложной идеологии силт мужчина не значил ничего. Даже родной брат. Даже последний живой Дегнан.
Скоро небо на востоке порозовеет, и взойдет солнце. Пора возвращаться домой. Надо успеть вздремнуть до прихода Бел‑Кенеке. Внизу, на улицах, появились меты. Увидев ее тень, они вздрагивали и поднимали головы. Некоторые приветливо махали лапами.
Над горизонтом показался светлый серебристый диск второго большого зеркала. Это светило встает раньше солнца. Впрочем, в отличие от первого зеркала, оно пока не производило большого впечатления.
Ожерелье маленьких зеркал сверкало в утреннем небе. Есть от них хоть какая‑нибудь польза, или Багнелю только так кажется?
Марика влетела в раскрытое окно, разобрала «седло» и уселась погреть лапы у огня. Каменные стены комнаты были сложены Серк за много тысяч лет до ее рождения. Долог был путь от понатской избы до монастыря в Рухааке. Почти вся ее жизнь.
Марика понимала, что стареет. В молодости она никогда не задумывалась о подобных вещах.
Вздремнуть она не успела – к ее удивлению, Бел‑Кенеке явилась почти сразу, не дожидаясь, пока все проснутся. Марика впустила ее и вернулась в свое кресло у огня.
– А вы рано поднялись, госпожа.
Поколебавшись, Бел‑Кенеке уселась во второе кресло.
– Я встала не так уж давно. Мне сказали, что ты летаешь в «седле». Вот я и подумала, что, раз ты все равно не спишь, мы можем начать прямо сейчас. Я поговорила со всеми нужными нам Верховными жрицами. На это ушло гораздо меньше времени, чем я думала. Они заранее все решили.
– Да?
Надо же. А Марика считала, что новость будет сюрпризом для всех этих старых ведьм.
– Они узнали о твоем возвращении и сразу заподозрили, что это очень важно. Насколько я поняла, все были убеждены, что Великая Охотница Марика не вернется, пока не разыщет берлогу Серк. Тебе, вероятно, приятно будет узнать, что все они без исключения уже приказали своим Темным Повелительницам отправляться в твой базовый лагерь.
Марика удивленно уставилась на Бел‑Кенеке.
– Честно говоря, я не ожидала так быстро получить утвердительный ответ. Тем более такой единодушный. Из слов Багнеля я поняла, что мое возвращение не вызовет у силт бурной радости. Я была уверена, что несколько месяцев уйдет на одни только уговоры и угрозы.
– Подобные решения принимаются заранее, Марика. Я уверена, что все эти Верховные жрицы давно знали, что они нам ответят, когда придет время. Кроме того, и многие говорили это вслух, официальное Собрание отнимет у нас много драгоценного времени и привлечет ненужное внимание. Поэтому вопрос был решен неформально, по‑тихому. Ты получишь требуемую поддержку. Надо только передать приказы всем Темным Повелительницам.
– Наверное, я чего‑то не поняла. Значит, не было ни споров, ни обсуждений, и никто даже не захотел поговорить со мной, чтобы убедиться, что я не спятила? У меня такое чувство, будто что‑то тут не так.
– Есть вещи, которые делать надо, Марика. Вещи, которые давно пора было сделать. Если ничего не изменится, нам просто не выжить. Мы больше не в состоянии контролировать мятежников. Но уничтожение Серк и бежавших с ними братьев станет для приспешников Колдуна сильнейшим эмоциональным потрясением. Никто больше не принесет им на блюдечке новые технологии, а значит, они лишатся своей главной надежды. Единственным оружием мятежников останется колдовство их предводителя. Но ведь именно колдовство и хотят уничтожить эти бандиты!
Марика кивнула. Надо ей будет заняться этой проблемой. До отлета.
– Итак, все согласны, – продолжала Бел‑Кенеке. – Уничтожь Серк, и ты сломаешь спину мятежникам. Нет смысла обсуждать вопрос еще раз. Без тебя только об этом и говорили. Обсудили все до мельчайших нюансов. Каждая Верховная жрица имела возможность все обдумать, прежде чем принять окончательное решение. Я уже говорила, что это за решение. Мы делаем то, что должны делать.
– Я даже как‑то обескуражена. Отправляясь домой, я настраивалась на великую битву… Получается, зря волновалась?
– Они уверены, что знают тебя, Марика. Как я уже говорила, твое возвращение означало для них, что ты нашла Серк. Все были уверены, что рано или поздно это произойдет. И сестричества должны были выработать какую‑то политику на этот случай. Возможно, три или четыре года назад тебе действительно пришлось бы сражаться за свои идеи. Такая вещь, как старая вражда, действительно мешает договориться. Даже сейчас не все могут общаться друг с другом напрямую. Но в конце концов все пришли к молчаливому соглашению, которое постепенно стало политической линией. Если бы это было возможно, каждое сестричество прислало бы своего представителя туда, где произойдет последняя битва.
Марика, кажется, начала понимать, в чем дело.
– Чтобы убедиться, что Рейгг не займут место Серк?
– Вероятно. Частично. Я вижу, ты что‑то уже поняла. На поверхности, как всегда, лежит далеко не все. Забудь о той простой жизни, которую ты вела эти семь лет. Вспомни, как сложен наш мир. Этот союз – порождение страха. Ты не должна начинать, пока не будешь готова политически, то есть пока не дождешься всех этих сестер. Тогда им будет не в чем упрекнуть тебя – и друг друга.
– Понимаю.
– Мне сказали, что некоторые темные корабли уже вылетели. Как скоро ты вернешься в свой базовый лагерь, чтобы возглавить их?
– Ага, – пробормотала Марика, – мы так рады вас видеть, как жаль, что вы уезжаете.
– Что‑что?
– Я чувствую, что подобное единодушие означает, кроме всего прочего, что мне здесь не слишком‑то рады.
– Честно говоря, совсем не рады. Как я уже говорила, пока тебя не было, ты стала легендой. Причем довольно страшной легендой, ведь меты запомнили в основном твою жестокость к врагам. И чем дольше эта легенда живет, тем больше тебя боятся. Боятся того, что ты можешь сделать.
– Понятно.
Марика ненадолго задумалась.
– Я определенно останусь здесь на несколько дней. Команда и мои охотницы должны погрузиться в атмосферу родного мира. Мне это тоже не помешает.
Она снова помолчала.
– Улечу я ночью, тайно. Никому не рассказывайте о моем отлете. Более того, пусть наши рабочие начнут шептаться о том, что я прилетела сюда покончить с мятежниками.
– Ты уверена?
– Слухи быстро дойдут до Колдуна. И тогда он сделает одно из двух: либо нападет, и тогда вы перебьете значительную часть его сторонников, либо вместе со всем своим сбродом будет сидеть тихо‑тихо. В последнем случае вы сможете немного отдышаться и восстановить равновесие. Кроме того если все поверят, что я намерена охотиться здесь, никто и не подумает о той, другой возможности. Никто не заметит, как я улечу к звездам. И никому не расскажет. Пусть даже я вылечу с опозданием, все равно это мой единственный шанс застать Серк врасплох.
– По‑моему, тебе не следовало отказываться от кресла Верховной жрицы. У тебя столь же изощренный ум, как и у Градвол. Обе вы никогда не шли к цели прямым путем.
– Я предпочитаю быть Марикой. Жизнь Верховной жрицы мне не нравится.
– Я перед тобой в неоплатном долгу. Мы еще увидимся?
– Как это?
– Вернешься ли ты, когда победишь Серк?
– Думаю, да. Ведь у нас есть еще и мятежники. И Колдун. Особенно Колдун. Слишком долго ему позволяли разбойничать.
Бел‑Кенеке ответ явно не понравился. Странно. Неужели она все еще боится за свое первое кресло? После победы над Серк здесь нельзя будет ни к кому повернуться спиной.
– Давайте вместе пойдем на утренние церемонии, – предложила Марика.
– Вот уже лет сто я обхожусь почти без обрядов. Самое время попросить у Всесущего отпущение грехов.
– Хорошо, – неохотно ответила Бел‑Кенеке. – Я и сама частенько забываю о своем долге.
Обе силты тихонько выскользнули из комнаты. Но не настолько тихо, чтобы их исчезновение прошло незамеченным. Грауэл взяла револьвер и последовала за Марикой.

3

Марика стояла у окна. Снег падал огромными хлопьями. Холодный уличный воздух просачивался сквозь щели в раме и холодил ноги. Все мысли куда‑то пропали, и осталась только одна. Где‑то в этом холодном мире скрывается сейчас тот, кого она любила больше всех мет на свете. Каблин. Ее брат. Единственный друг ее детства. А сейчас он превратился в ее смертельного врага.
И понять этого она не могла.
Что же с ним случилось? Что изменило его сознание? Как любовь смогла превратиться в холодную ненависть?
Ибо несмотря на все свои клятвы, она все еще думала о нем как о своем маленьком брате. Тот был настоящим Каблином, тот, а не этот… Этот… Эта тварь, наделенная всеми талантами силты и дьявольским чуждым ей умом, который…
Многие сказали бы, что он – ее точная копия. Что она тоже безумна. И кто знает?..
Марика почувствовала легкое прикосновение. Пора.
Она вернулась к очагу и села в кресло. Огонь уже угас, и тлеющие угли почти не давали тепла. Марика натянула сапоги, надела шубу, собрала оружие и прикосновением проверила, нет ли кого‑нибудь в холле.
Пусто. Путь свободен.
Когда они впервые попали к силтам, Грауэл и Барлог смертельно боялись всех сестер и верили, что эти ведьмы умеют становиться невидимыми. На самом деле такое невозможно. Но искусная и талантливая силта может использовать прикосновение на бессознательном уровне, чтобы заставить других отвести взгляд. Тогда никто ее не замечает – кроме тех, кого не видит она сама. Именно этот прием и применила Марика, когда пробиралась через весь монастырь к посадочной площадке.
Но предосторожности оказались напрасными. До утра было еще далеко, и все в монастыре спали.
Грауэл и Барлог приготовили темный корабль к отлету. Помощницы уже ждали ее. Марика заняла свое место на кончике деревянного кинжала. Старшая Помощница мысленно спросила, нужен ли серебряный кубок.
«Нет, на этот раз обойдемся без него».
Марика никому не рассказывала о предстоящем полете.
«Сегодня мы не будем покидать планету».
Сестры обнаружат ее исчезновение только утром. В своей комнате Марика оставила им коротенькую записку с сообщением, что она скоро вернется.
Марика внимательно оглядела свою команду. Снег повалил сильнее. Дальняя от нее Помощница казалась неясной тенью.
Все готовы. Марика пристегнула ремни безопасности. Прошли те времена, когда она, тогда еще совсем новичок, испытывала судьбу при каждом полете. Тем более что тогда она еще только училась летать.
Теперь наверх. И вперед. Темный корабль пролетел над самыми крышами. Несколько испуганных прикосновений – кто‑то из силт почувствовал над собой темный корабль. Марика отбросила эти прикосновения и прибавила скорости.
Сначала они летели на юго‑запад, но, когда монастырь остался за пределами прикосновения, повернули на север. Теперь Марика выжимала из корабля все, что могла. Резкий ветер обжигал лицо морозом. Быстрее было просто нельзя.
Деревянный крест опустился на посадочной площадке Скилдзянрода. Здесь почти ничего не изменилось – разве что снег стал глубже, окончательно скрыв старую крепость от глаз постороннего наблюдателя. К западу от поселения высилась стена льда – огромный язык еще более огромного северного ледника. Долго ли еще продержатся силты Скилдзянрода? Пока лед не свалит стену? Какая секретность стоит подобных жертв?
Корабль коснулся земли, и Марика слезла. Внезапно одна из Помощниц мысленно окрикнула ее: «Смотри!»
В тот же миг ей показалось, что сугробы на площадке взорвались. Откуда ни возьмись выскочила толпа вокторов с оружием наготове. «Осторожно», – передала Марика. В особенности это предупреждение относилось к Грауэл и Барлог. Марика совершенно спокойно позволила вокторам себя разоружить. Пока она жива, ее истинное оружие все равно никто не отнимет. Остальные путешественники восприняли обыск с куда меньшим энтузиазмом.
В дверях внутренней, подземной – или лучше сказать «подледной», – крепости показалась заспанная Эдзека.
– Здорово вы тут приветствуете начальство! – проворчала Марика.
– Вам следовало предупредить нас, госпожа, – ответила Эдзека. Ей и в голову не пришло извиниться. – Друзей мы тут обычно не ждем. Хорошо еще, что вокторы решили сначала опознать вас. Повезло. Идемте. Цфермейт, верни им оружие.
После обжигающего ледяного ветра Марике показалось, что в Скилдзянроде жарко.
– Что значит: «Не ждем друзей»? – спросила она. – К вам часто прилетают враги?
– Только враг знает, где нас искать. Он уже трижды присылал сюда своих налетчиков, и три раза мы уничтожали их всех до единого, так что некому было даже передать ему весть о поражении. Но он будет пытаться уничтожить нас снова и снова, ведь это место значит для него очень много. Это не просто тюрьма, в которой его продержали несколько лет. Мы представляем для него прямую угрозу, потому что не боимся его технических штучек. Машинки‑нейтрализаторы таланта против нас бесполезны. Мы отражаем его атаки, вообще не пользуясь талантом. И он наверняка испугался. Он боится, что именно здесь таится его смерть.
– Его смерть таится вот тут, – возразила Марика, прикасаясь лапой ко лбу. – Именно из‑за него я сюда и прилетела. Я хочу уничтожить мятежников, и именно отсюда, из Скилдзянрода, мне удобнее всего будет предпринимать все необходимые шаги. Даже несмотря на вашу полную изоляцию. Если, конечно, вы продолжаете вести ту же политику что и раньше.
– Разумеется. Мы редко меняемся.
Марика отметила про себя полное пренебрежение этикетом со стороны обитателей Скилдзянрода. Ничего не поделаешь, это ее вина. Конечно, создала фабрику Градвол, но именно Марика превратила Скилдзянрод в то, чем он сейчас стал. А в те дни формальности ее мало интересовали. Собственно, Марике и сейчас это было неинтересно, хотя какая‑то часть ее существа обиделась на подобное неуважение. Разве она не лучшая силта в своем поколении?
– Группа радиоперехвата еще работает?
– Да. Правда, сильно уменьшилась. Сейчас мало что можно подслушать. Узнав, что мы их прослушиваем, братья сменили все секретные коды. При этом про честных братьев мы и так все знаем. Проблемы только с мятежниками, а они как раз почти ничего и не передают. Он‑то прекрасно знает, что мы подслушиваем. Вероятно, он передает все важные сообщения с помощью связных.
– Хорошо. Я немного поработаю в центре связи. Организую Колдуну парочку неприятных сюрпризов.
– Как долго мы можем рассчитывать на ваше общество?
– Не думаю, что я сюда надолго. Вероятно, дня на два. Ну, в крайнем случае на три. Это зависит от того, как скоро я сумею связаться со всеми, кто мне нужен, и насколько легко будет с ними договориться, после стольких‑то лет.
Эдзека прекрасно все поняла.
– А правда, что говорят…
– Что правда? И что, собственно, говорят?
– Говорят, что вы нашли Серк.
– Откуда у тебя подобные идеи?
– Из радиоперехвата. Это основная тема всех разговоров. Почему Марика вернулась домой – уж не потому ли, что нашла Серк? Уничтожила она их или нет? И что это может означать для силт, для мятежников, для честных братьев, для всех мет вообще? Присвоят ли Рейгг технологию пришельцев, как присвоили звездные миры Серк?
– Что?! Мы получили три ничтожные планетки и формальное право покидать атмосферу родного мира! Тоже мне присвоили! Это даже не компенсирует всех потерь, которые мы понесли от Серк и их союзников! Да мы могли все себе потребовать! И получили бы, будь я тогда тем, чем стала теперь. И не было бы теперь никакой торговли, никакого Собрания – ничего, кроме уничтожения Серк и их приспешников.
– Успокойтесь, госпожа. Я просто повторяю то, что услышала по радио. Понятно, что общины, которые вышли в космос много веков назад, должны сопротивляться появлению на сцене Рейгг. Они встают в позу и выдвигают всевозможные обвинения. Иначе они бы не были силтами.
– Верно. Ты права, это действительно поза. Как всегда.
Но в словах Эдзеки было что обдумать. Падение Серк повлечет за собой волну новых проблем. Возможно, ничуть не менее сложных. Марике не хотелось думать об этом заранее. Будут проблемы, появятся и решения.
Впервые в жизни задача, которую поставила себе Марика, казалась ей невыполнимой. На первый взгляд все выглядело очень просто. Надо было связаться со всеми силтами, которые работали с ней во времена ее борьбы с мятежниками, и снова заручиться их поддержкой. Пусть все будет готово к ее возвращению.
Но с тех пор прошло уже много лет, и найти нужных силт было почти невозможно. Одни переехали, другие получили повышение, третьи ушли к Всесущему, четвертые поменяли имя… А силты не слишком сильны в ведении записей.
Те же, кого Марике все‑таки удалось разыскать, не проявляли никакого энтузиазма. У них были новые должности, новые обязанности и привилегии. Кто‑то состарился и стал домоседом, кому‑то было откровенно лень… И разумеется все они были слишком самодовольны, чтобы относиться к проблеме всерьез. Ох уж это вечное силтское самодовольство! Неужели после того, что произошло за последние пару десятилетий, кто‑то еще может его сохранять?
В сестричестве Рейгг царил относительный порядок, и Марика почти без труда отыскала своих старых союзников и агентов. Но и они не хотели сотрудничать. Многие из этих силт просто не желали, чтобы их имена были связаны с именем Марики. Она сложила с себя полномочия и отказалась от власти. Зачем им такой союз?
Тем не менее Марике удалось разыскать нескольких своих старых сотрудниц, готовых послужить общественной безопасности. Они помнили, как это делалось раньше, и горели желанием изыскать новые способы удаления раковой опухоли под названием «Колдун». Вероятно, большинство из них рассчитывали таким образом упрочить свое положение.
– Мир меняется, – объясняла Марика Грауэл. – А силты – нет. Во всяком случае, если изменения и есть, то они незаметны. Может быть, мы застали самый конец эпохи силт. А эти идиотки ничего не замечают.
И Марика откинулась в кресле. Грауэл и Барлог слушали ее с каменными лицами.
– В зеркале мира силты не видят ничего. Не умеют рассчитывать наперед тем скудным умишком, которым наделил их Всесущий. В каком‑то смысле даже не имеет значения, уничтожу я Колдуна или нет. Мы можем перебить всех мятежников до единого, но то, что они символизируют, не умрет. Яд – в сердце нашего народа. Не знаю даже, зачем я вообще что‑то делаю.
– Потому что ты должна, Марика, – ответила Барлог. – Потому что ты – то, что ты есть.
– Золотые слова, Барлог. Ты сказала даже больше, чем думала. Да, потому что я должна. Возможно, все эти силты, называвшие меня Джианой, тоже в каком‑то смысле говорили правду, сами этого не понимая. Возможно, я знаменую собой падение власти силт. Но покойницы перепутали причину со следствием. Не я веду за собой рок. Он сам подталкивает меня в спину.
Грауэл и Барлог промолчали. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что они‑то как раз считают исчезновение силт благословением. Как и большинство мет. Марика не просто боролась за сохранение того, что ей самой было противно. Она пыталась повернуть время вспять.
Мир увидел, что можно жить по‑другому.
И это во многом ее вина. Именно она придумала повесить в небе искусственное солнце, чтобы каждый мог увидеть, что колдовство и магия – это еще не все. Что это не лучший ответ на все вопросы. Ведь ответ этот доступен только самой привилегированной части общества…
Похоже, она сама подписала силтам смертный приговор, пытаясь спасти тот мир, на котором они паразитировали.
– Спасибо вам за помощь и сотрудничество, – сказала Марика Эдзеке.
– Думаю, что потратила эти дни не впустую. Когда я вернусь, мы сможем устроить Колдуну не один неприятный сюрприз.
– Значит, вы полетели к Бестрей, да?
Марика ответила вопросом на вопрос:
– Неужели весь мир в этом убежден?
– По радио все только об этом и говорят. Серк наконец‑то обнаружены, и Марика летит к ним, чтобы вызвать Бестрей на поединок.
– Вероятно, Колдун тоже в это поверит. И должен как‑то отреагировать. Будь осторожна, Эдзека. Ты права насчет его отношения к этому месту. В Скилдзянроде делается много важной работы, и большая часть вашей деятельности направлена против него. Я не хочу, вернувшись, услышать, что Всесущий призвал тебя раньше времени.
– Если я уйду к Всесущему, мятежники будут освещать мне дорогу. Много мятежников. Это вы берегите себя. Мир не может позволить себе потерять Марику, как бы мало вас тут ни любили. Похоже, вы единственная силта, которая в состоянии общаться с этими чужаками.
– Я буду очень осторожна. Скоро я поставлю наконец точку в том списке дел, который собиралась совершить для других. Я на пороге свободы, Эдзека. И не собираюсь упускать такую возможность. Грауэл, корабль готов?
– Ждем только тебя.
– Замечательно. Прощай, Эдзека.
– Куда теперь, Марика? – спросила Барлог, когда они подошли к темному кораблю. Ночь укрывала мир саваном темноты.
– В Рухаак. Мы появимся там без предупреждения, так же, как и исчезли. Никаких церемоний.
– А потом?
– А потом снова полетим туда. – Марика жестом показала на небо. – Общины Обитательниц Тьмы уже начали копить силы на нашей базе. И я отведу их к самому логову зверя.
– А потом?
– Потом, вероятно, Каблин.
– А потом?
– Хватит! – раздраженно огрызнулась Марика. – Придет время, – увидим. Отстань, Барлог, в конце‑то концов!
– Как прикажете, госпожа. Как прикажете.
На этот раз Марика не стала пристегиваться. Пусть риск и свобода полета помогут ей отринуть страх и неуверенность.

Глава восьмая

1

Когда Марика добралась до своего базового лагеря, ее ожидали там девятнадцать темных кораблей. Некоторые из них патрулировали планету и окрестности. Не успела Марика выйти из Ниоткуда, как ее сразу заметили и окликнули. Те корабли, что остались на земле, так запрудили посадочную площадку, что втиснуться между ними ей удалось с большим трудом. В случае тревоги эти корабли просто не смогут подняться в воздух одновременно. Ничего не поделаешь, в отличие от маленьких воздушных корабликов космические темные корабли не разбирались. «Всадник ночи» тоже находился на орбите. На борту его находилась сама Балбрач, сменившая Килдзар на посту Верховной жрицы Редориад. Вскоре Марика обнаружила, что, кроме Бел‑Кенеке и еще пары‑тройки силт, сюда явились все Верховные жрицы общин Обитательниц Тьмы. Надо же, как заинтересовало это мероприятие таких высокопоставленных особ.
Девятнадцать темных кораблей. И не успела Марика опуститься на планету, как уже появился двадцатый. Представлены были почти все общины, имеющие право на выход в Пустоту. Даже те, с которыми Марика раньше не сталкивалась. Марика была потрясена. Масштаб происходящего превосходил все ее самые смелые ожидания.
Все Верховные жрицы, кроме Балбрач, ждали ее внизу на планете. Марика удивилась и обрадовалась, когда поняла, что они считают ее Верховной жрицей этого мира. Она думала, что многие из этих силт слишком высокомерны, чтобы пойти на такое.
Как только Марика передохнула, поела и освежилась, она собрала всех своих высоких гостей внизу, на той самой площадке, где Грауэл обнаружила в свое время следы костра. Смотреть здесь было не на что, но само по себе место удобное. Здесь все лидеры смогут спокойно поговорить, не опасаясь глаз и ушей своих не в меру любопытных подчиненных. Не говоря уже о его чисто символическом значении – именно здесь Марика впервые взяла след. Появились еще два темных корабля. Вновь прибывшим пришлось самим искать себе место для посадки – в лагере было уже некуда приземлиться.
Марика облачилась в самые варварские одежды, какие только смогла найти, нацепила все свое оружие и даже раскрасила шкуру в боевые цвета. Грауэл и Барлог последовали ее примеру.
Когда все Верховные жрицы собрались, Марика заговорила:
– То, что мы собираемся сделать, очень и очень непросто. У врагов было целых десять лет, чтобы как следует подготовиться к нашему появлению. И как бы мы ни уважали традиции, нам необходимо понять, что Серк не пожелают решать дело с помощью одного только традиционного поединка – если, конечно, победит не Бестрей. Мы должны быть готовы встретиться с их оружием – оружием чужаков. Кроме того, они наверняка применят нейтрализаторы таланта – такие же, как у мятежников. Надо нам быть готовыми и к тому, что кто‑то с этой охоты не вернется.
Марика расхаживала взад и вперед, стараясь напустить на себя как можно более свирепый вид. В глазах Грауэл вдруг промелькнуло что‑то такое, что заставило ее на миг остановиться. Марика почти сразу поняла, в чем дело. Грауэл вспоминала прошлое. Именно так вела себя ее мать, Скилдзян, когда принимала важные решения. Точно таким же тоном говорила она со своими охотницами, перед тем как повести их на кочевников, собравшихся у пещеры Махен. Да и по смыслу сегодняшняя речь была похожа на ту.
Марика тихонько кивнула Грауэл, чтобы показать, что знает, о чем думает старая охотница. Потом прорычала, снова обращаясь к силтам:
– Кто из вас не готов к смерти, не готов встретиться с самым худшим, что только можно придумать, тот может уйти прямо сейчас. Но запомните мои слова. Клянусь кровью, тот, кто не захочет рисковать, не получит ничего после победы. Никаких стервятников вроде тех, что растащили по кусочкам собственность Серк! Это охота, сестры. Тот, кто не пойдет на охоту, не будет пировать. Это говорю я, Марика Рейггская. Кто‑нибудь хочет возразить?
Молчание. Марика выглядела так свирепо, что вряд ли кто‑нибудь стал бы возражать, произнеси она сейчас даже самую бессовестную ложь.
– Прекрасно. Как говорили у нас в провинции, сила есть сила. Я не люблю болтать попусту, сестры. То, что я скажу вам сейчас, я не буду повторять дважды. Сила – это я. У меня лучший возраст для силты. Когда все это кончится, Бестрей больше не будет. И я займу ее место. Тот мир – мой, и управлять им буду я, как сейчас управляю этим. И именно мне решать, как мы поделим то, что отберем у мятежников.
На этот раз ей все же возразили – резко и пространно. Грауэл сняла винтовку с плеча. Это немного успокоило разбушевавшихся силт.
– Я вам уже сказала, что сила – это я, – повторила Марика. – Но если вы хотите поспорить – пожалуйста! Хотите – сейчас, хотите – потом. Ну? Что? Никто не хочет? Так я почему‑то и думала.
– Слушайте, – продолжала она. – Я устала от вашей постоянной вражды. И в своем мире я намерена ее запретить. Оставьте свои амбиции на этой унылой планетке. Ни одно из сестричеств не займет место Серк, оставив остальных с носом. Я сказала. Я сама решу, кто и что получит. Другими словами, я намерена сохранить мир для всех мет. Кроме, разумеется, тех, кто встанет на сторону мятежников. А также тех, кто не будет с ними бороться.
Марика еще помолчала, дожидаясь, пока силты начнут потихоньку переругиваться между собой. Тогда она прервала их:
– Спорить и интриговать будете потом. Сейчас я хочу, чтобы до вас дошло: те, кто ожидает, что дело сведется к одному лишь поединку, заблуждаются. Это темная война, сестры, и такой темной войны еще не было в нашей истории. А предмет спора – будущее всей нашей расы. Погибших будет много. Надеюсь, что большая часть смертей придется на долю противника. Это все, что я хотела сказать вам сегодня. Идите. Настраивайтесь. Мы вылетим, когда у нас будет двадцать пять темных кораблей. Надо, чтобы все команды как следует отдохнули и понимали, на что идут.
Марика повернулась спиной к собравшимся и зашагала прочь, глядя на холмы чужой планеты, которую все, кроме нее самой, называли ее миром.
На самом деле Марика дождалась, пока соберется тридцать темных кораблей. И это было еще не все. За это время она успела слетать наверх и поговорить с Верховной жрицей Редориад о том, какую роль должен сыграть «Всадник ночи» в предстоящей битве.
Наконец она поняла, что больше медлить нельзя. Пора взять свой страх за глотку. На следующее же утро, еще до рассвета, все темные корабли начали неторопливо подниматься наверх. В некоторых случаях можно даже было сказать «неохотно». Возможно, Марика слишком долго тянула. У силт было время подумать о том, что ждет их впереди. А возбуждение, вызванное охотой, уже начало проходить. Многие из Повелительниц подняли свои корабли лишь потому, что не хотели, чтобы их общины лишились добычи.
Последней поднялась Марика. Она пересчитывала корабли.
Ударная группа насчитывала двадцать пять темных кораблей, включая «Всадника ночи» и корабль Марики. Остальные находились в резерве. «Всадник ночи» вернется за ними, а также за всеми опоздавшими.
Огромные титановые кресты окружили «Всадника ночи». Никогда еще в одном месте не собиралось столько космических кораблей. Одно только это вызывало у силт благоговейный ужас. На строительстве зеркала темных кораблей было даже больше, но там они никогда не собирались все вместе в одной точке пространства. Марика и сама была потрясена. Рукоятки огромных кинжалов поблескивали в лучах солнца. И все‑таки она потрясающая силта! Кто еще сумел бы притащить сюда так много кораблей? А столько высокопоставленных силт? Кто, наконец, придумал проект «Зеркало»?
Если в конце пути их ожидает ловушка, проект будет отброшен на много лет назад.
Марика закрыла глаза, отринула все сомнения и распахнула душу Всесущему. Теперь ее разум соприкасался с знанием всех находившихся вокруг силт. Убедившись, что все чувствуют контакт, Марика снова открыла глаза, нашла нужную звезду, зафиксировала ее образ в своем сознании.
«Смотрите вместе со мной. Это – наша первая звезда. Я пойду первой. Следуйте за мной, строго по одному. Перед следующим переходом соберемся снова».
Прикосновение принесло ей ответ, чем‑то похожий на шорох воды по песку, – силты выражали свое согласие. Они тоже отринули сомнения.
«Я пошла».
Марика собрала призраков и нырнула в Ниоткуда.
Тьма нахлынула и снова пропала. Снова появились звезды. Корабль Марики медленно дрейфовал по направлению к местному солнцу. Прикосновением она проверила, нет ли поблизости врагов. Нет, пусто. Это хорошо.
Появился первый из темных кораблей. «Как долго!» – подумала Марика. Как можно двигаться с такой черепашьей скоростью? Она прикоснулась к сознанию Повелительницы вновь прибывшего корабля, показала, где ее искать, и передала, что врагов здесь нет. Это сообщение ей пришлось повторять снова и снова, пока все темные корабли не собрались рядом с ней. Последним появился «Всадник ночи».
Марика проторчала в этой системе уже четыре часа. Значит, и у планеты Серк ее корабли появятся далеко не одновременно. Плохо.
В принципе существовал способ вести темные корабли через Ниоткуда плотной группой, но к нему редко прибегали. А с таким количеством кораблей этот способ еще никто не применял. Но Марике очень хотелось попробовать. Если второй переход займет столько же времени, сколько и первый, она обязательно попробует.
Марика передала силтам изображение звезды и первой вынырнула около нее. Она опять успела проверить систему на наличие жизни до появления первого корабля. Здесь тоже было пусто.
И снова потребовалось четыре часа, чтобы собрать все корабли и приготовиться к последнему, третьему прыжку. Еще час ушел на то, чтобы выдать всем по дополнительной порции золотистого напитка. Марика не хотела, чтобы какая‑нибудь из команд выдохлась до начала операции.
«Переходим к последнему этапу, – передала она. – На этот раз, чтобы избежать беспорядка, я свяжу прикосновением всех Повелительниц воедино. В Ниоткуда мы войдем все вместе и будем двигаться, ориентируясь на самую слабую из вас. Откройте души Всесущему – и мне. Пора идти».
Раздались протесты, но Марика не стала обращать на них внимания.
«Откройтесь, – передала она. – Пусть ваши души будут готовы. Настало время последнего прыжка».
Марика собрала призраков и стала ждать, пока остальные последуют ее примеру. К ее удивлению, для многих это был долгий и тяжелый труд. А ведь сама Марика почти не задумывалась о том, что делает.
Когда все наконец были готовы и даже самые нерешительные согласились распахнуть свои души, Марика собрала всех воедино и передала:
«Идем!»
Она в последний раз прикоснулась к сознанию Повелительницы «Всадника ночи» и вошла в Ниоткуда.
За ее спиной «Всадник ночи» тоже исчез. Он направлялся обратно на базу, чтобы привести резерв.

2

Прыжок был бесконечно долгим, ведь приходилось подлаживаться под темп самой слабой Повелительницы. Марика начала нервничать. У нее появилось время, чтобы задуматься о том, что ожидает их впереди.
Почему она так убеждена, что нашла логово Серк? У нее нет никаких доказательств. А вдруг она взяла ложный след? Какой позор ее ждет, если эта звезда – одна веха на пути в неизвестность!
А еще есть Бестрей. О ней Марика не забывала никогда. Нельзя сказать, чтобы она сгорала от нетерпения, предвкушая встречу со знаменитой Серк, какой бы старой та сейчас ни была. Бестрей трижды побеждала в темной войне, а вызывали ее лучшие Повелительницы того времени.
Да и сами Серк не сидели все это время сложа лапы. Никто не знает, какие неприятные сюрпризы ожидают того, кто нападет на этих отчаявшихся мет. Но Серк наверняка не ждут, что нападающих будет так много. Не могут они догадаться… Или могут? Скорее всего они все же думают, что она прилетит одна, как это сделала бы на ее месте любая другая силта. Потому что истинная силта хочет заполучить всю добычу целиком. И никогда ни с кем не поделится.
А прыжок все длился и длился. Сколько же времени она теряет по милости этих медлительных Повелительниц! Когда наконец настали последние секунды полета, нервы Марики были уже на пределе. Но она взяла себя в лапы и вышла из Ниоткуда.
Желтое солнце вспыхнуло перед глазами. Голова Марики отчаянно кружилась – это отражалось в ее сознании самочувствие всех остальных Повелительниц. Марика рывком высвободила свое сознание и мгновенно пришла в себя. Как долго она ждала этой минуты!
Совсем рядом с ними висела в Пустоте зеленовато‑голубая окутанная дымкой облаков планетка. Доплюнуть можно… Оп! Из‑за края планеты что‑то появилось.
«Вот они! – передала Марика. – Вышли из‑за горизонта. Это силты. Вперед, сестры!»
Марикин корабль рванулся с места. Все остальные корабли двинулись следом, как только их Повелительницы пришли в себя. Плотная группа опять распалась.
Марика почувствовала, как силты впереди поднимают тревогу. Сначала они прикоснулись к планете, потом попытались предупредить кого‑то еще. Марика проследила направление их мысленного сигнала и поняла, что сумела вынырнуть из Ниоткуда как раз между двумя патрульными темными кораблями. Внизу, на планете, она обнаружила огромных размеров поселение с полями и фабриками. Меты, работавшие на них, в панике разбегались.
Судя по всему, Серк неплохо поработали. Очевидно, их так называемые «курьерские» корабли вывозили с родной планеты рабочих. Иначе откуда бы их столько взялось? Непохоже, чтобы все эти меты родились прямо здесь.
Марика обернулась, чтобы посмотреть на приближающийся неизвестный объект. Судя по всему, это должен был быть корабль пришельцев.
Увидев его, она в ужасе отпрянула.
Таких огромных кораблей быть не может. Длина этой странной штуки никак не меньше полумили! Да в нее можно запихать добрую сотню таких кораблей, как «Всадник ночи»!
Марика почувствовала чужое прикосновение.
«Я пришла, бандиты! – ответила она. – Пришло время платить по счетам!»
«Кто ты?»
«Марика. Марика Рейггская».
Паника усилилась.
В темноте что‑то сверкнуло. Марика не увидела, что это, но почувствовала, что огромный корабль выстрелил в нее смертоносным лучом. Она изменила курс и полетела зигзагами, одновременно рассылая во все стороны подсознательную волну прикосновения, которая заставит часть силт просто потерять ее из виду. Одновременно она связалась со всеми своими Повелительницами и распределила обязанности. Пять темных кораблей должны были разобраться с двумя патрульными, другие пять – спускаться на планету, а еще пять – следовать на некотором расстоянии за Марикой, перехватывая всех, кто вздумает подняться снизу. Все остальные Повелительницы должны были вместе с ней атаковать корабль пришельцев.
Новые вспышки засверкали в Пустоте, но ни один луч в цель пока не попал.
Что‑то тут не так. До сих пор Марика смогла обнаружить только два темных корабля – а ведь ускользнуло от них тогда не меньше дюжины. И погибли, насколько ей известно, только три. Кроме того, у Серк есть союзники‑братья, значит, они спокойно могли наделать еще кораблей – были бы команды. Да и «Звездного странника» что‑то не видно.
«Сдавайтесь! – передала она. – Не надо больше смертей. Ваше положение безнадежно. Смиритесь с неизбежным».
Ответом послужили новые вспышки выстрелов.
Вокруг огромного корабля замигали какие‑то огоньки. С помощью призраков Марика обнаружила там целый рой крошечных беспилотных корабликов. Все они были начинены взрывчаткой.
Марика взорвала сразу десятка три и понеслась дальше в облаке расширяющегося газа. Но времени ей хватило лишь на то, чтобы уничтожить снаряды, летевшие непосредственно в нее. Остальные Марика не тронула. И тут же в мире призраков раздался отчаянный вопль. Один из темных кораблей погиб.
Марика швырнула призраков по направлению к кораблю пришельцев, разыскала там стрелявших в нее торговцев и занялась их нейтрализацией. Остальные силты последовали ее примеру.
Марику тряхнуло. Что‑то чуть не лишило ее способности управлять призраками. Понятно – нейтрализатор. Сзади вскрикнули. Еще один темный корабль погиб. Марика без труда восстановила контроль над призраками и занялась поисками нейтрализаторов. Вскоре ей удалось уничтожить несколько этих машин вместе с их операторами.
С планеты донесся еще один беззвучный крик. Контакт с очередным темным кораблем прервался. У мятежников на планете тоже были нейтрализаторы. Ладно, пусть сами разбираются со своими проблемами. Марика подтолкнула свой деревянный крест к огромному темному корпусу звездного корабля. Вскоре ей удалось найти место, куда не доставали смертоносные лучи. Тогда она оставила корабль висеть неподвижно, а сама взяла призрака и принялась методично уничтожать одного торговца за другим. Несколько Серк погибли вместе с торговцами. Но силт на корабле пришельцев было немного.
И все‑таки что‑то тут не так. Некоторые торговцы оказались неуязвимы для призраков. На них были скафандры вроде тех, что использовали братья, работавшие на строительстве зеркала. Скафандры излучали нейтрализующее талант поле.
Марика нашарила еще много таких скафандров – видимо, убитые ею мятежники просто не успели их надеть. Она постаралась вывести эту гадость из строя, не дожидаясь, пока еще кто‑нибудь спасется от нее таким образом.
Когда погиб следующий темный корабль, Марика подумала, что мятежники, судя по всему, подготовились лучше, чем она рассчитывала.
Впрочем, перевес на ее стороне. Она застала их врасплох. Корабль пришельцев больше не будет стрелять. Оружие пришло в негодность, бандиты, не успевшие влезть в спецскафандры, умирают. Основные силы мятежников уничтожены. Но остаются силты.
Марика переключила внимание на планету. Темные корабли рассыпались и продолжали неотвратимо снижаться, лавируя между смертоносными лучами. Навстречу им никто не поднимался. Корабли, которым она велела держаться неподалеку, тоже решили спуститься вниз и помочь своим товарищам разобраться с защитой. Марика прикоснулась к оставшимся в живых Повелительницам из своей группы и велела им подлететь поближе. Всем, кроме одного корабля – он должен был следить за огромным чужаком и предотвращать любые попытки к бегству.
Снова раздались предсмертные крики. Внезапно Марика поняла, что погибло несколько кораблей одновременно. Она решила проверить, как там корабли, которые должны были догнать часовых Серк… И с ужасом поняла, что их больше нет. Пять темных кораблей погибли в один миг!
Что‑то ледяное и кровожадное сопровождало один из темных кораблей Серк. Смерть на поводке.
Марика узнала ледяную ауру, окружавшую Повелительницу этого корабля. Она уже встречала эту силту – в ту ночь когда впервые рискнула покинуть атмосферу родной планеты.
Бестрей!
На борту одного из патрульных кораблей была Бестрей. И она приближалась.
Душу Марики затопил ледяной страх.
Бестрей. Непобедимая Серк, лучшая из лучших Темная Повелительница. И за ней – непроглядная тьма и холод. Самый сильный из призраков в этой системе.
Марика начала бормотать мантры, чтобы успокоиться. Роковой момент настал. На этот раз ей не избежать встречи с судьбой.
Марика сняла с плеча винтовку, стиснула ее в лапах и направила острие деревянного креста в сторону непобедимой Серк. Одновременно она передала Грауэл, Барлог и всей команде:
«Там Бестрей. Мы идем к ней. Делайте все, что в ваших силах. Одной мне не справиться».

3

Марика открыла душу Всесущему. С этого момента все ее действия были почти бессознательными.
Она собрала призраков. Нырнула в Ниоткуда. Через какое‑то мгновение вынырнула оттуда и бросилась на Серк, крутя над головой огромным призраком.
Но призрака пришлось отпустить. Марика еле успела удрать обратно в Ниоткуда, чтобы избежать столкновения с черной тенью, которой в нее запустила Бестрей.
Вторая попытка. Черная тень бросилась на нее и опоздала всего на миг. Марика едва успела восстановить равновесие.
Значит, в ход пойдет одна только сила. Никаких уловок. Никаких хитростей. Впрочем, это естественно. Грубая сила – единственное оружие Бестрей.
Марика прикоснулась к черному призраку и попыталась отнять его у Бестрей. Это был Великий Темный, самый сильный из Сущих. Он не может не отреагировать.
Призрак вскрикнул, словно от боли. Волна холодной бессильной ярости прокатилась по пространству прикосновений. Бестрей приковала к себе Темного прочной цепью, и сейчас его просто разрывало пополам.
Марика рванулась вперед, пытаясь обогнуть черный сгусток пустоты. Краешком глаза она заметила солнечные блики на крыльях титановых кораблей. Бестрей развернулась, отгораживаясь призраком от Марики. Через пространство прикосновений Марика почувствовала ее изумление. Серк все еще не могла поверить, что встретила такую сильную противницу.
Она что, с луны свалилась? Разве можно не знать, что у Рейгг есть силта, способная занять ее место?
Марика поняла, что призрака ей у Бестрей не отнять. Да, она, похоже, сильнее, но Темный явно предпочитает помогать Серк. Вероятно, холодная ведьма Бестрей просто пришлась ему по вкусу.
Призрак сжался и вывернулся. Расстояние между Марикой и Бестрей было уже не больше трехсот ярдов. Деревянный корабль Марики трясся и дергался – Грауэл и Барлог беспрерывно палили из винтовок. Багнель снабдил их оружием, пригодным для стрельбы в Пустоте. Это очень мешало Марике, а пользы никакой не приносило. Оба корабля продолжали двигаться, и охотницы, вероятно, просто не могли рассчитать траектории.
Марика вспомнила бой у развалин Критцы и Серк, которую она там победила. Она изо всех сил толкнула огромного призрака, отскочила и выпустила в Бестрей длинную очередь. Но задеть ей удалось лишь второй из кораблей Серк, да и то рикошетом.
Старшая Помощница Марики внезапно взмолилась о помощи. Пока Марика боролась с Бестрей, на них попытался напасть второй патрульный корабль.
Солнце, звезды и планеты вращались в бешеном хороводе. Темные корабли исполняли жутковатый танец вокруг застывшего на месте огромного призрака. Ситуация патовая. Марика почувствовала, как спадает напряжение. Столько лет она ждала этого момента! Прямо скажем, встреча могла быть куда более эффектной. Но такова жизнь. Ждешь чего‑то, предвкушаешь, а в конце тебя всегда ждет разочарование.
Итак, в чем же дело? Бестрей очень сильная противница. И спортсменка. Она, Марика, тоже очень сильна, но она выскочка. Зато у нее, кажется, есть мозги. Так почему же она их не использует? Почему заняла оборонительную позицию? Это что, страх? Или неуместное в данном случае уважение к великой Серк?
Да, она боится. До безумия. И именно страх мешает ей придумать разумный план.
Марика развернула свой деревянный кинжал острием к Бестрей и попыталась проскочить сквозь призрака, как будто он был всего лишь сгустком отвратительного черного тумана.
Нет, не вышло. Бестрей отшвырнула ее назад. Правда, для этого великой Серк пришлось напрячь все свои силы. Марика почувствовала, что Бестрей начинает беспокоиться. Она еще не встречала противницу, с которой не могла бы разделаться мгновенно.
Марика позволила Бестрей отшвырнуть себя подальше. Она позволила себе немного отвлечься от поединка, чтобы высвободить силы для прыжка в Ниоткуда.
Призраков она собрала с трудом. Судя по всему, мелкие разновидности разбежались, почуяв присутствие гиганта. Но в конце концов Марике удалось набрать их нужное количество. Она нацелилась на ближайшую звезду и нырнула в Ниоткуда, изо всех сил подгоняя Сущих. За спиной она почувствовала ликование Серк, посчитавшей себя победительницей.
Марике понадобилось всего несколько секунд, чтобы достичь цели, вынырнуть из Ниоткуда и восстановить равновесие.
Вот он. Далеко от нее, конечно, но все же здесь. Еще один огромный призрак, Великий Темный этой системы. Марика снова нырнула в Ниоткуда и вынырнула уже около него. Она едва успела прийти в себя после прыжка, когда Темный бросился на нее. На мгновение Марике даже показалось, что она проиграет эту партию. Ледяная злобная чернота поглотила ее.
Нет, так просто ее не возьмешь. Марика отыскала слабое место противника, прикоснулась, схватила его, заставила подчиниться. Потом развернула корабль носом к звезде Серк, зафиксировала в сознании образ корабля Бестрей и снова нырнула в Ниоткуда, волоча за собой огромного призрака. Он упирался, но шел.
Помощницы жалобно заскулили – Марика высасывала из них последние силы, экономя свою собственную энергию для поединка.
На этот раз она вынырнула совсем близко к планете. Пространство прикосновений провоняло животным страхом. Все ее Повелительницы в ужасе удирали от непобедимой Серк.
Марика швырнула в Бестрей своим призраком. Та вздрогнула и развернулась.
Они с Марикой бросились друг на друга. Для начала Марика уничтожила второй корабль Серк, потом отшвырнула в сторону призрака Бестрей.
Оба Темных осторожно кружились, стараясь не прикасаться друг к другу, противясь попыткам силт сделать из них оружие. Они были похожи на двух огромных скользких медуз. Холод, ненависть и тьма затопили окружающее пространство.
Некоторое время Марика с Бестрей обменивались ударами, как две дерущиеся охотницы. Правда, те молотили бы друг друга кулаками. Ни один из ударов цели не достиг.
«Думай!» – напомнила себе Марика. Почему силты боятся ее больше, чем Бестрей? Потому что у нее есть мозги. Надо думать головой – одной слепой ненависти тут явно не хватит.
Марика сумела использовать сопротивление Темных и отпихнула в сторону призрака Бестрей. Огромные демоны продолжали выжидательно кружить в Пустоте. Бестрей сосредоточила все свое внимание на этой борьбе. Этому ее учили, и в этом была ее сила. Марика незаметно подтолкнула свой корабль к кораблю Серк. Большую часть силы ей тоже приходилось тратить на борьбу призраков. Пусть Бестрей думает, что берет верх.
Расстояние между темными кораблями сократилось до пятидесяти ярдов. Ближе, еще ближе! Двадцать пять ярдов. Марика слегка передвинула свой корабль, чтобы оказаться выше Серк. Еще несколько секунд, и Бестрей окажется у нее под ногами, так близко, как это только возможно.
Пятнадцать ярдов.
Бестрей наконец‑то заметила опасность и попыталась удрать.
Марика наклонилась и выпустила вниз короткую очередь. Пули, ударяясь о металл, высекали яркие искры. Патроны у Марики мгновенно кончились, но Грауэл и Барлог поддержали ее выстрелами из своих винтовок. Черноту осветили линии трассирующих пуль.
Бестрей рванулась прочь. Марика вставила новый магазин и кинулась в погоню, продолжая стрелять.
И тут Бестрей чуть не убила ее ударом в спину. Марика с большим трудом отразила эту атаку. Погоню пришлось прекратить, и Бестрей отскочила на несколько миль.
Там Серк развернулась и полетела, набирая скорость, прямо на них. Марика ничего не могла понять. Она смотрела во все глаза, пыталась оценить ситуацию с помощью прикосновения… Что делает Бестрей? Такое ощущение, что она решила врезаться в свою соперницу и разнести оба корабля в щепки.
Внезапно до Марики дошло.
Некоторые из ее пуль попали в цель. Одна из них ранила Помощницу, другая – саму Бестрей. Обе раны отнюдь не были смертельны, но из‑за них Серк теряла силы. Теперь она больше не была уверена в победе.
А значит, она действительно хочет покончить жизнь самоубийством, прихватив с собой ненавистную Рейгг.
Деяние, достойное славы. Именно так и поступают благородные силты, к которым Бестрей себя причисляет.
Калерхаг. Это единственная надежда Серк, изгнанных из родного мира.
Марика еле успела увернуться. Корабль Серк промчался всего в нескольких дюймах от ее деревянного кинжала. Бестрей попыталась развернуть корабль и крылом зацепить одно из ее крыльев, но Марика успела отвернуть. Бестрей промахнулась.
Трассирующие пули проносились мимо ее головы.
Бестрей снова атаковала с помощью призрака. Когда Марике удалось отбить атаку, она обнаружила, что серебристый кинжал корабля Серк нацелен прямо ей в сердце. Она попыталась уклониться. Но Бестрей была уже слишком близко.
Марика выпустила весь магазин в приближающийся титановый крест. Грауэл и Барлог сделали то же самое. На этот раз их спасла отдача. Деревянный кораблик закружился и полетел в сторону, чудом проскочив под самым вражеским кораблем.
Кому‑то из стрелявших повезло – одна из Помощниц Серк была разорвана выстрелами. Теперь Бестрей стало гораздо труднее управлять кораблем.
Марика остановила корабль, развернула его лицом к Бестрей и застыла в ожидании. Серк тоже ждала.
Марика внезапно подумала, как мало походит происходящее на традиционную темную войну. Они же обманывают всех силт мира! Особенно она, Марика. Бестрей, вероятно, возмущена ее неспортивным поведением.
А как там огромные призраки? Марика потянулась проверить это. Ее призрак уже удрал далеко в Пустоту. Призрак Бестрей улепетывал. Знаменитая Серк была слишком слаба, чтобы удержать его. Сейчас у нее хватило бы сил лишь на то, чтобы спуститься вниз, на планету.
Марика потянулась за призраком Бестрей.
Он сопротивлялся, не желая больше подчиняться ничьей воле. А Марика была уже не в лучшей форме. Ей не хватало хорошего глотка золотистого напитка. И все же она смогла удержать Темного, подтащить его к себе и обрушить на Бестрей.
Серк попыталась оттолкнуть монстра. Но она была ранена. Одна из двух оставшихся в живых Помощниц тоже истекала кровью. С такой командой Бестрей не могла бороться с Марикой.
Тишину темного мира еще раз нарушили предсмертные вопли силт.
Светящимся метеором понесся к планете темный корабль Серк.
Песня Бестрей была спета.

Часть вторая
Звездные корабли

Глава девятая

1

Марика не стала оплакивать знаменитую Серк. Не стала даже дожидаться момента ее окончательной гибели. Вместо этого она ухватила покрепче огромного призрака Бестрей и атаковала корабль пришельцев. Нейтрализующие скафандры братьев были очень крепкими, но противостоять Великому Темному они не могли. Предсмертные крики торговцев чем‑то напомнили Марике шипение умирающих на углях костра насекомых. Она отыскала своих союзниц – тех, кто был еще жив и не ускользнул в Ниоткуда, – и передала им:
«Вперед, трусы! Бестрей больше нет! Покончим наконец с этим осиным гнездом!»
Марика вывела свой темный корабль на околопланетную орбиту. Внизу стремительно падающий корабль Бестрей врезался в атмосферу и загорелся. Меты на планете подняли головы и уставились на появившуюся в небе светящуюся полоску. Марика почувствовала, как до них медленно доходит смысл происшедшего. Она попыталась спуститься вниз, увлекая за собой огромного темного призрака.
Удастся ей дотащить его до земли и покончить наконец с мятежными братьями? Непохоже. Черная тень отчаянно сопротивлялась, не желая приближаться к планете. Будь Марика посвежее, может, она и заставила бы его спуститься, но сейчас это было выше ее сил.
Марика отпустила призрака, благодарно прикоснувшись к нему на прощание. Он тут же рванулся к краю системы, чтобы занять свое привычное место.
Всех своих союзниц Марика отправила вниз добивать мятежников на планете. Сама она подплыла к кораблю пришельцев и попыталась проникнуть внутрь. В последние секунды, перед тем как ей это все‑таки удалось, Марика буквально впала в отчаяние. Сил больше не было, и даже старшая Помощница со своим золотистым напитком уже не смогла бы ей помочь. Кроме того, Помощницы сами лежали пластом и не могли даже доползти до центральной площадки. Спуститься на планету Марика тоже не могла. Попробуй она это сделать, ее постигла бы участь Бестрей. Неуправляемый темный корабль метеором понесся бы вниз.
Наконец Марика, Помощницы и обе охотницы добрались до зала с пригодным для дыхания воздухом. Оказавшись в безопасности, Марика плюхнулась на пол, прислонилась спиной к холодной металлической стене и вздохнула:
– Никогда еще смерть не была так близко.
Обстановка вокруг была очень необычной. Спартанская простота, ничего лишнего, кругом холодный металл и электрический свет. Звуки шагов отдавались гулким эхом в пустоте коридоров. Любопытству Марики не было границ, но сил, чтобы удовлетворить это любопытство, уже не было.
– Грауэл, Барлог, – прошептала она. – Я должна отдохнуть. Покараульте нас. Пожалуйста.
Все Помощницы, включая старшую, уже заснули мертвым сном.
Грауэл и Барлог поделили оставшиеся боеприпасы и встали на часы, хотя и сами буквально валились с ног от усталости. Марика выкачивала из них силу так же, как из Помощниц.
Проснулась она через десять часов с ощущением, что проспала два. Дежурила Грауэл. Барлог дремала. Помощницы все еще спали.
– Как дела? – спросила Марика.
– Никак, – ответила Грауэл. – Ни единого признака жизни. Но мне здесь очень неуютно, Марика. Я нервничаю. Эта штука все время дрожит и издает какие‑то звуки, такие тихие, что не услышишь, если специально не прислушаешься. Как будто приложила ухо к чьему‑то животу и пытаешься понять, что там, внутри, происходит. Будто сидишь в брюхе какого‑то сказочного чудовища.
Когда Марика прислушалась, она сразу поняла, о чем говорит Грауэл. Действительно, смутишься тут. Марика открыла душу Всесущему, чтобы разыскать всех тех, кто прилетел с ней сюда.
Повсюду плавали погибшие темные корабли. Это что, катастрофа? Марика пересчитала уцелевшие корабли и убедилась, что погибло или пропало только десять. Она думала, будет хуже. Хотя что значит «только»? Десять – это уже очень много. Почти половина ее флота. Значительные потери среди Темных Повелительниц. Почти всем общинам Обитательниц Тьмы придется кого‑нибудь оплакивать.
Марика подсчитала потери на планете. Цена победы не ограничивалась списком потерянных кораблей. Уцелевших силт не наберется и на десять экипажей. Причем составлять их придется заново. Падение Серк действительно означало конец эпохи. Но вот какой?
– У нас найдется что‑нибудь поесть? – спросила Марика. – Кто‑нибудь догадался захватить с собой еду? Я умираю от голода.
Схватка с Бестрей и мятежниками исчерпала все ее внутренние резервы.
– Есть холодное мясо, – ответила Грауэл. – Помощницы притащили сюда несколько кусков, но я не могу придумать, как его приготовить.
Марика фыркнула, представив себе кочевников, разводящих костер на полу электрифицированной кухни. Ни она ни ее спутницы понятия не имели, что и для чего здесь служит.
– Нам удалось захватить в плен кого‑нибудь, кто разбирается в устройстве этого корабля?
Грауэл пожала плечами:
– Я же не силта, Марика. Я не разговаривала с теми, кто внизу.
– Ох да, конечно. Как глупо с моей стороны. Отдохни, Грауэл. Я собираюсь немного поисследовать эту штуку.
– Марика…
– Отдай мне патроны. Ничего со мной не случится.
Грауэл не стала спорить. Лишнее доказательство тому, что они с Барлог давно уже исчерпали все свои силы. Марика переставила магазин из винтовки Грауэл в свою и жадно набросилась на жесткое, холодное мясо. Желудок заурчал, приветствуя вожделенную пищу.
Поев, Марика отыскала на планете Повелительницу, с которой можно было связаться прикосновением, и задала ей несколько вопросов. Как выяснилось, мало кого из Серк захватили живыми. Братья тоже почти все погибли. Борьба была жестокой, и ярость атакующих лишь возрастала, когда гибли их товарищи наверху. В результате в плен попали в основном крепостные, а они вряд ли что‑нибудь знают.
Некоторые из них даже не подозревали, что находятся на чужой планете.
«Но нам достались записи тех, кто исследовал корабль пришельцев. По‑видимому, полные».
«Это замечательно, – ответила Марика. – Как только моя команда отдохнет, я спущусь к вам, чтобы их почитать. И еще. Нам понадобится много горячей пищи».
Она прервала контакт, встала и отправилась бродить по кораблю.
Повсюду валялись мертвые братья. Те из них, кто не успел влезть в защитные скафандры, уже начали вонять. Первым делом надо будет избавиться от трупов, чтобы они окончательно не отравили воздух. А пока Марика перешагивала через мертвецов, стараясь не обращать на них внимания. Ее интересовала аппаратура.
Этот корабль тоже в своем роде Джиана. Можно даже сказать, что он проклят. Уже дважды все, кто на нем находился, были перебиты. Марика поспешила обратиться к Всесущему, моля его, чтобы это не стало традицией.
Не корабль, а истинная мечта торговца. Марика вспомнила, как впервые заглянула в кабину транспортного дирижабля. Давно это было. Словно в другой жизни.
Марика догадывалась, для чего служат некоторые приборы, хотя, конечно, не слишком хорошо понимала, как ими пользоваться. Кое‑где были видны следы работы торговцев, пытавшихся вернуть корабль к жизни.
Странное дрожание не прекращалось. Корабль как будто пульсировал, вторя ударам ее сердца. Да, искалечен он сильно, но далеко не мертв. Интересно, смогли бы мятежники полностью починить его? Есть пределы тому, что можно понять.
Да, но что это за пределы? Технология, конечно, чуждая, но у этих бандитов было больше двадцати лет на ее изучение.
Пробродив часа два, Марика не сумела осмотреть даже того, что было восстановлено торговцами. А они изучили лишь малую часть корабля. Размеры этого судна приводили ее в трепет. В конце концов она открыла свою отдушину, нырнула в темный мир и все остальное осматривала уже с помощью призраков. Огромные полные непонятных чудес залы лежали пустые в белом электрическом свете.
Не может быть, чтобы Багнелю это не понравилось!
Достойное дело для него и других честных братьев. Правда, сначала им придется достроить зеркало. Работы здесь хватит на несколько поколений торговцев.
Марика почувствовала слабое прикосновение. В тот же миг у нее возникло смутное предчувствие беды. Она открыла душу Всесущему.
Неподалеку в Пустоте появился темный корабль.
Марика присмотрелась повнимательнее. Все в порядке это «Всадник ночи». Наконец‑то привел сюда оставшиеся темные корабли, ее резерв… Ой, нет. Корабль Редориад прибыл один, и двигался он очень неуверенно.

2

Марика почувствовала слабое прикосновение. Кто‑то пытался разыскать ее в глубине звездного корабля. Почерк передающей силты показался ей знакомым.
«Балбрач? Это вы? Что случилось? Где все остальные корабли?»
Контакт немного улучшился.
«Это я, Марика».
Силы Балбрач явно были на исходе.
«Мы попали в засаду. Когда мы вынырнули из Ниоткуда, Серк атаковали твой базовый лагерь. Они уже уничтожили всех, кого застали внизу, и сражались с двумя оставшимися темными кораблями. Мы попытались помочь сестрам и сами чуть не погибли. Мы потеряли Помощницу. Потом нам удалось удрать, но Серк могут нагрянуть сюда с минуты на минуту. Им наверняка не понравилось направление нашего отступления».
«Известно им, что мы их нашли?»
«Не знаю. Но они наверняка обо всем догадаются, увидев, куда мы полетели. Если не догадались раньше. Я так поняла, что в базовом лагере Серк хотели уничтожить тебя. И были страшно разочарованы, когда им это не удалось. У меня создалось впечатление, что они планировали сидеть там и ждать твоего возвращения. Но если они поняли, что ты здесь, они вернутся. Все сразу. Помоги нам, Марика. У нас может не хватить сил выйти на постоянную орбиту».
«Постараюсь прилететь к вам как можно быстрее. А сколько у Серк кораблей?»
«Когда мы удирали, оставалось пять».
«Держитесь. Иду за Помощницами».
Марика прервала контакт и поспешила вернуться к команде. Но вскоре выяснилось, что она заблудилась в бесчисленных переходах. Пришлось снова нырять в темный мир и разведывать дорогу с помощью призраков.
А вот и Помощницы. Марика прикоснулась к сознанию старшей, передала:
«Срочно вылетаем. „Всадник ночи“ только что появился после стычки с пропавшими кораблями Серк. Редориад потеряли Помощницу. Им необходима помощь, а кроме нас, помочь некому. Будите сестер и готовьтесь к отправлению».
Старшая Помощница проворчала что‑то сквозь стиснутые зубы и принялась будить остальных.
После долгих размышлений Марика решила не оставлять Грауэл и Барлог на звездном корабле. Поспать охотницам, конечно, необходимо, но вдруг они проснутся и подумают, что их бросили?
Когда Марика добралась до своих, старшая Помощница уже обносила команду золотистым напитком. Допив его, все побежали к воздушному шлюзу. Пока Помощницы отвязывали и отталкивали темный корабль, Марика связалась с одной из Повелительниц на планете и передала ей слова Балбрач.
«Так что мы с минуты на минуту ожидаем неприятных гостей. Немедленно поднимайте все темные корабли, чтобы Серк не застали вас врасплох на поверхности. Собираемся около звездного корабля».
Силты встретили эту новость без всякого восторга. Тем не менее они довольно быстро составили из уцелевших новые команды и подняли в воздух семь темных кораблей. Марику это огорчило. Всего семь уцелевших экипажей. Она связалась с оставшимися на земле силтами и передала, чтобы они как следует охраняли пленников.
«Мы готовы, госпожа, – передала старшая Помощница. – Можем вылетать».
Марика отыскала «Всадника ночи» и рванулась прочь от металлической громадины. На ходу она собрала еще призраков и прыгнула через Ниоткуда. Немыслимый по своей точности маневр. Потом завела свой темный корабль внутрь «Всадника ночи», ссудила Редориад одну из своих Помощниц и объединила усилия с Балбрач.
Серк появились всего через несколько часов после того, как «Всадник ночи» завис рядом с кораблем пришельцев. Поджидавшие их все это время корабли Марики бросились в атаку. Бой был жестоким. Пощады никто не просил, да и не получил бы. Несмотря на усталость, Серк бились отчаянно. Им удалось уничтожить еще три темных корабля. Марике снова пришлось прибегнуть к помощи Великого Темного.
Все уцелевшие силты собрались на борту звездного корабля пришельцев. В бесконечных металлических коридорах Марика разыскала Балбрач. Верховная жрица Редориад махнула ей лапой в знак приветствия и сообщила:
– Эта штука напоминает тот кусок льда, который Всесущий дал главе братства вместо сердца. Здесь все носит только функциональный характер. Неужели у пришельцев вообще нет души?
– Не знаю, госпожа. Не было времени выяснять. Хотите, я покажу вам, как они выглядят?
– А что, тут есть кто‑то из них?
– Нет. Только изображение.
По дороге Балбрач поинтересовалась:
– Что будешь делать теперь, Марика?
– Теперь, когда нам удалось избавиться от Серк? – переспросила Марика, которая до сих пор не могла поверить, что охота действительно кончилась. – Ну, можно…
– Ты сделала все, чего хотела от тебя Градвол. А куда ты пойдешь дальше?
Марика заколебалась.
– Да никуда. Слетаю домой, наберу мет, чтобы исследовать этот корабль. Потом, наверное, вернусь сюда и буду ждать, не появятся ли хозяева корабля. Вдруг они все‑таки ищут своих братьев?
– Братьев?
– Похоже, здесь были в основном мужчины, хотя вообще‑то команда у них смешанная. То есть по поведению они ближе к нашим крепостным, чем к силтам или братьям. Кстати, дома я могу заняться проблемой мятежников. Есть там один, с которым мне очень хотелось бы разобраться.
– Долгое время существовала теснейшая связь между Марикой и Верховной жрицей Редориад, – сообщила вдруг Балбрач, изображая всем своим видом, что открывает величайшую тайну. Понизив голос, она продолжила: – Я бы на твоем месте не задерживалась дома, Марика. Будь очень осторожна, когда прилетишь туда.
– Почему?
– Многие сестры считают, что силта, способная навязать всем свою волю, представляет огромную угрозу. И они не намерены мириться с этой угрозой. Бестрей терпели лишь потому, что она ни во что не вмешивалась. Да, она защищала интересы Серк в Пустоте, но делала это в соответствии с Древним кодексом чести. А победившая Бестрей силта, по их мнению, неуступчива, непредсказуема и вечно сует нос не в свое дело.
– Понятно. То есть, по‑вашему, кое‑кто захочет избавиться от этой непредсказуемой силты?
– Мятежники наверняка предпримут подобную попытку. С тех пор как пошли слухи о том, что ты нашла Серк, Колдун занят исключительно подготовкой убийства. А если у него ничего не выйдет, сестры, о которых мы говорим возьмут дело в свои лапы.
– Это все?
– Нет. Меня беспокоит еще одна мысль. Этот корабль – слишком большое сокровище. А сделанные тобой заявления наверняка уже вызвали ненависть со стороны наиболее жадных сестричеств.
– Да, я поняла, что вы имеете в виду. Я вижу, вы готовились к этой речи и, вероятно, знаете, о чем говорите.
– Знаю. Я уверена, что некоторые из Повелительниц получили недвусмысленный приказ покончить с легендарной дикаркой Марикой. Но погибла не ты, а Серк. Что само по себе может служить причиной для беспокойства. Исчезли столь полезные для политики разбойники. Мы потеряли треть всех своих космических кораблей. И вместе с ними погибли Верховные жрицы многих общин. Когда дома об этом узнают, начнется настоящий хаос.
Марика задумалась.
– Да, верно. Причем не только в пострадавших сестричествах. Если, как вы говорили, Колдун готовится давно, он должен счесть этот момент оптимальным для нападения.
– Я тоже так думаю.
– Тогда я немедленно вылетаю домой. Колдун не успеет ничего узнать, а общины придут в себя еще не скоро, так что я успею улететь оттуда, пока сестры не повернулись против меня.
В глубине души Марика чувствовала, что узы, связывавшие ее с домом, слабеют. Вернуться ей хотелось лишь затем, чтобы еще раз повидать Багнеля и, быть может, разобраться наконец с Колдуном. Она уже прекрасно могла жить без постоянного фона подсознательного прикосновения, отличавшего родную планету от всех прочих уголков Вселенной. На самом деле, если бы ей удалось убедить Багнеля возглавить исследовательскую экспедицию, она с удовольствием навсегда осталась бы на звездном корабле. Возможно устроила бы здесь новый базовый лагерь. Летала бы к звездам, добралась до дальнего края облака… Наверное, где‑то там и живут странные существа, построившие этот огромный корабль.
Но как выполнить обязательства перед Грауэл и Барлог? Старая вина не давала Марике покоя.
– Что бы там ни было, Балбрач, у меня дома осталось одно важное дело. И теперь, когда Серк больше нет, я просто не имею права откладывать его.
Балбрач ошарашенно уставилась на нее. Марика вела себя не как силта. Она опять превратилась в дикарку из Верхнего Поната.
– По‑моему, тебя преследуют призраки прошлого.
– Вы же знаете, кем я была в детстве. Я никогда не скрывала своего происхождения. Так же как и мои вокторы, точнее, охотницы из моей стаи. Мы с ними неразлучны с того самого дня, как посланные Серк кочевники разрушили наше стойбище. Всю жизнь мы старались отомстить за стаю. Но даже теперь, когда это произошло, мы все еще должны кое‑что сделать для своих погибших сородичей. И чтобы выполнить это обязательство, нам необходимо вернуться на место их гибели.
Марика пыталась объяснить Балбрач, что такое Оплакивание. У силт подобное понятие отсутствовало, а с обычаями дикарей Верховная жрица Редориад знакома не была. Но что‑то она все‑таки поняла. Вероятно, потому, что сама родилась в провинции. Большинство силт на месте Балбрач сочли бы идею откровенно смешной – какие обряды могут быть у стаи дикарей!
– Хотелось бы мне, чтобы без этого можно было обойтись, Марика. Я бы вообще предпочла, чтобы ты оставалась здесь. Но не мне указывать тебе, что делать и чего не делать. Мое дело предупредить тебя об опасности.
Марика кивнула.
– Вот мы и пришли. Отсюда чужаки управляли своим кораблем. Что‑то вроде нашей площадки для Повелительницы Корабля.
Комната, в которую они попали, была огромной. Три отдельные секции, сорок рабочих мест. Почти перед всеми креслами были установлены большие экраны.
– Похоже на огромный центр связи, – сказала Балбрач.
– Смотрите.
Марика щелкнула выключателем. Один из экранов внезапно ожил. Из глубины его на силт смотрело странное существо. Балбрач вздрогнула. Губы существа зашевелились, оно заговорило. Звуки были чересчур плавными и мягкими – пасти мет не приспособлены для подобной речи.
– Экая страшненькая зверюшка, – неуверенно пошутила Балбрач. – Лицо совсем плоское, будто ее сковородкой огрели. А шерсти почти нет. Только на макушке немножко. Она похожа на изуродованного щенка. А уши‑то, уши! Ты только посмотри, ведь это и вправду уши!
– Похоже на то. Судя по высоте их кресел и дверных проемов, пришельцы в основном выше нас. Этот, похоже, как раз самец. А вон та, на заднем плане, вероятно, самка.
– Не знаешь, что оно говорит?
– Нет. Предполагается, что это сообщение, оставленное пришельцами для тех, кто найдет корабль. Именно поэтому Серк и были уверены в том, что кто‑то придет. Сейчас вы увидите что‑то вроде отчета о том, что погубило корабль, и сообщения о гибели отдельных членов экипажа.
– Как ты все это понимаешь?
– В некоторых случаях слова не нужны. Достаточно посмотреть на картинку.
– Верно.
Балбрач повернулась к экрану спиной.
– Итак, каковы твои планы?
– Они не изменились. Я ненадолго слетаю домой, наберу исследовательскую команду. Жить я там не собираюсь. Думаю, что мой следующий визит будет последним – я прилечу домой умирать. Вылететь я собираюсь как можно быстрее, чтобы опередить тех, кто захочет передать новости раньше меня. «Всадник ночи» сможет вывезти отсюда темные корабли и Повелительниц, которым не хватит Помощниц?
– Да, если это необходимо. И последний вопрос, Марика. Возможно, самый важный.
– Да?
– Как насчет «Звездного странника»?
Этот вопрос Марика боялась задать даже самой себе. Среди уничтоженных кораблей Серк «Звездного странника» не было.
– «Звездного странника»? Не знаю. Думаю, этот вопрос разрешится сам собой. Но не нам решать, когда это произойдет.

3

Первую остановку по пути домой Марика сделала на своей прежней базе. Пустота вокруг планеты была заполнена обломками темных кораблей и телами силт. Третья часть Обитательниц Тьмы никогда больше не выйдет в Пустоту. Погибли лучшие из лучших. А Колдун даже пальцем не шевельнул.
Что теперь будет с ее проектом, с ее зеркалом? Марика посадила корабль на территории своей бывшей базы. И здесь то же самое – искореженные корабли, разлагающиеся трупы. Серк не оставили от ее лагеря камня на камне. Марика бродила по развалинам, вспоминая проведенные здесь годы. Потом она как могла отдохнула и полетела дальше, на много часов опережая «Всадника ночи».
Всю дорогу ее преследовала мысль о «Звездном страннике». Куда делся этот близнец «Всадника ночи»? Кроме него, исчезла парочка обычных открытых кораблей Серк. На планете не обнаружили никаких следов этих кораблей и в нападении на базу Марики они тоже не участвовали.
Неужели Серк снова удрали от нее? Сколько их там осталось – дюжина? Может быть, у них есть еще одно тайное убежище? Не означает ли это, что ей не удалось лишить мятежников последней надежды?
Когда Марика снова увидела родную планету, она почувствовала себя очень старой. Старой и бесполезной. И все же она была убеждена, что еще не выполнила всех замыслов Всесущего. Дело даже не в том, что обстоятельства требовали от нее новых действий. Просто надо наконец пожить и для себя. Не все же быть орудием судьбы.
И Марика направила свой темный корабль к станции «Молот».
У шлюза их встречал Багнель. Он распорядился, чтобы спутницам Марики было предоставлено все необходимое, и, как только они остались вдвоем, сказал:
– Итак, ты уничтожила бандитов.
– Откуда ты знаешь? – поразилась Марика. – Не может быть, чтобы кто‑нибудь прилетел сюда раньше меня!
– Хватит того, что ты вернулась. Через минуту после того, как твой корабль вынырнул из Ниоткуда, об этом заговорили все радиостанции. Рассуждать мы, меты, умеем неплохо. Ну? Сделала ты это?
– Мы перебили почти всех. Но очень большой ценой. Радоваться тут почти нечему. Я безумно устала. Хотела опередить новости. Устала и подавлена, друг мой. Хотя, с другой стороны, я рада. Наконец‑то мне удалось опровергнуть главное обвинение в свой адрес – я не Джиана! Черный час моего народа миновал благодаря мне.
– Ты уверена?
– Что?
– Не нравится мне твой вид, Марика. Не нравится тьма, которая прячется в твоих глазах. Такие глаза были у тебя в молодости.
Марика даже немного обиделась.
– Тьма, наверное, осталась после битвы, Багнель. Я еще не скоро смогу позабыть о встрече с Бестрей. Она – великая силта, но вот уж кто был воплощением тьмы!
– Меты, с которыми я вырос, говорили так: «Что мы уничтожаем, тем мы и становимся».
– Да, я слышала эту поговорку. Но она не всегда верна. Я не буду новой Бестрей.
– Ты – больше, чем просто Бестрей. Тебя нельзя понять. В твое отсутствие о тебе много говорили. Причем абсолютно все были уверены, что ты победишь. И все очень боятся тебя. Дикая силта Марика не подчиняется никому, а сила ее безгранична. Я знаю, что ты поступишь так, как сочтешь нужным, и мои слова не в силах ничего изменить. Но я умоляю тебя, Марика, будь осторожна! Отчаявшиеся меты способны на все.
– Меня предупреждали. Правда, ничего конкретного я так и не услышала.
– А ничего конкретного и не скажешь. Только слухи.
– Как там Каблин и его бандиты?
– Сидят тихо. Даже, пожалуй, слишком тихо. На эту тему тоже есть слухи. Говорят, он готовится к твоему приезду, не важно, победишь ты или проиграешь. Мятежники считают, что, убив тебя, они втравят общины Обитательниц Тьмы в борьбу за обладание звездным кораблем пришельцев. Силтам будет не до мятежников, и уж тут‑то они развернутся! И по‑моему, их оценка недалека от истины. А еще ходят слухи о том, что некоторые общины планируют захватить звездный корабль.
Марика вздернула губу в сардонической усмешке.
– Итак, у меня нет ни единого друга. На самом деле у меня их никогда не было. А моя смерть выгодна абсолютно всем. Мы, меты, мерзкий народ, Багнель.
– Это я мог сказать тебе еще в Акарде, в день нашей первой встречи.
– Как дела с проектом?
– Неплохо, если учесть, что все темные корабли улетели с тобой, а большинство мет тоже занимались другими делами. Но мы, братья, продолжали работать.
– Достигло ли строительство того этапа, когда без тебя уже можно обойтись?
– Без меня всегда и везде можно обойтись. Я абсолютно заменим.
– Ну, тут я с тобой не соглашусь. Но что ты думаешь насчет нового грандиозного проекта? Еще более впечатляющего, чем создание искусственного солнца?
– Ты меня заинтриговала, Марика. Если бы это была не ты, я бы подумал… Так что за идея?
– Хочешь изучать звездный корабль?
Багнель в упор посмотрел на нее:
– Что ты сказала?
– Я прилетела еще и для того, чтобы набрать команду исследователей взамен тех, кто занимался звездным кораблем у мятежников. Хочу, чтобы ты ее возглавил.
– Так ты нашла этот корабль? Значит, все наши догадки верны и он действительно существует?
– Еще как существует. Очень странная штука.
Марика попыталась описать корабль пришельцев.
– А!
Багнель попытался скрыть свое восхищение, но неудачно. Оно так и светилось в его глазах. Восхищение. Нетерпение. Восторг.
– Хочешь – соглашайся. Но учти, дело‑то опасное. Я заявила, что забираю корабль себе, чтобы использовать его на благо всех мет. Но, как ты и сам говорил, некоторым общинам это не нравится. Они мечтают захватить звездный корабль, и меня уже предупредили, что некоторые из них не только захотят, но и попробуют это сделать.
– Конечно. Без сомнения. Попытки захвата неизбежны. Даже проект «Зеркало» не научил силт совместно трудиться на благо всего народа. Не понимаю, как им удается объединять усилия ради своей общины. Каждая гребет под себя.
– Стало быть, ты сам понимаешь, как нам будет тяжело. Сил у меня много, но я буду одна. И мне понадобится поддержка силт. Какую бы команду я ни набрала, если я рассорюсь с Рейгг и Редориад и они перестанут снабжать нас продовольствием, мы погибли. Одна я такую ношу не потяну.
– На твоем месте я бы не слишком доверял силтам, Марика. Подумай сама, как жили Серк и мятежники? Ведь им‑то никто ничего не привозил из родного мира! И тебе придется жить так же. Порви свои связи с силтами! Стань сама себе общиной.
– Возможно, этим все и кончится. Но я до сих пор не могу поверить, что силты такие ограниченные создания.
– Не верь. На здоровье. А я не могу поверить, что ты за время своего отсутствия умудрилась стать такой наивной. Ты что, притворяешься? Передо мной? Ты же знаешь, что совместный труд на строительстве был, есть и будет исключением. Это просто борьба за выживание, и выбора нет ни у кого. Даже мятежники больше не пытаются помешать нам. Но и у этого проекта есть свое слабое звено. Контроль над энергией – это власть. Все болтают о каких‑то твоих тайных намерениях, о плане захвата больших зеркал…
– Какие еще намерения? Ты же знаешь, что зеркала перестали меня интересовать, как только я сумела всех убедить в необходимости их постройки!
– Верно. Но до сих пор идут разговоры о том, что ты хочешь захватить их, чтобы превратить всех мет в своих заложников.
– Бред какой! Хотела бы, так и превратила б, зачем мне для этого зеркала? В нашем мире нет и не было ходящей во тьме сильнее меня! Да я же такой разгром могу устроить на планете, что все, кто уцелеет, мигом запляшут под мою дудку! И никто меня не остановит.
Марика прикусила губу. Такие вещи не следовало говорить никому. Даже Багнелю.
– Я знаю. Меня убеждать не надо. А остальных, по‑моему, бесполезно. Они своего мнения не изменят. А если и изменят, все равно будут говорить только то, что им выгодно. Так что делай все, что тебе здесь нужно, Марика, не поворачивайся ни к кому спиной и улетай как можно быстрее. Уходи в отставку и живи где‑нибудь подальше отсюда. Возможно, тебе и нет равных в темном мире, но здесь ты не выживешь. Я не Дегнан. Я даже не из Верхнего Поната. Но кроме меня, тебя, вероятно, некому будет оплакать. А я не знаю, как это делается.
– Хватит. Я, как всегда, ценю твою заботу. Ты полетишь со мной, когда я закончу свои дела на этой планете? Сможешь ты нарушить традиции и занять второе кресло в моей звездной общине?
– Да.
– Тогда набирай братьев. И готовься к отлету. Я здесь долго не задержусь.

Глава десятая

1

Деревянный корабль вылетел со станции «Молот» и нырнул в атмосферу планеты. Марика оглядела своих Помощниц, Грауэл и Барлог. Давно она не видела таких истощенных и оборванных мет! Любой крепостной выглядит лучше. Да что там, даже отчаявшиеся зотакские кочевники, шкура и кости в грязных лохмотьях, и те смотрелись лучше. На этот раз ей придется просидеть внизу довольно долго. Команду надо накормить, переодеть и подлечить. В таком состоянии все эти меты совершенно бесполезны.
Какие‑то силты попытались прикоснуться к ее сознанию. Некоторых из них Марика даже узнала – это были специалисты по дальнему прикосновению из монастырей Рейгг и Редориад. Но сейчас она была не расположена с ними общаться и оборвала контакт. Пусть себе удивляются.
Как им удалось сразу засечь ее корабль? Курьеров Серк они обычно не замечали. Неужели у нее такая мощная аура? Или дело просто в том, что за Марикой следят гораздо внимательнее, чем за какими‑то Серк?
Когда темный корабль опустился ниже ста тысяч футов, попытки вступить с ней в контакт прекратились. Ну и переполох сейчас, наверное, в Рухааке! Ждут, когда она прилетит. Марика ухмыльнулась, представив себе, как испугается Бел‑Кенеке, узнав, что она не появилась.
Корабль снижался, но безжизненные белые просторы внизу ничуть не менялись. Что бы там ни говорил Багнель, Марике трудно было поверить, что зеркала что‑то изменили. Все равно что пытаться согреть избу с помощью одного только кухонного очага. Гораздо легче поддерживать в доме постоянную температуру, чем выстудить его и снова натопить. Ведь прогреть надо не только воздух. Земля под толстым слоем снега промерзла на большую глубину, и пока она оттает, пройдут годы и годы. Мир замерз не в одну ночь и нагреваться тоже будет долго. Она, Марика, скорее всего не доживет до тех дней, когда погода станет хоть чуть‑чуть похожа на нормальную.
На высоте около пятидесяти тысяч футов Марика развернула корабль и полетела на север, к Скилдзянроду. По дороге она послала предупреждение Эдзеке, помня, сколь «любезный» прием оказывают в крепости непрошеным гостям.
Несмотря на буран, Эдзека ждала их во дворе. Подбежавшие вокторы подхватили и придержали темный корабль – ветер был таким сильным, что команда не справилась бы с этим без посторонней помощи. Марика слезла на землю, подошла к Эдзеке и завопила, силясь перекричать вой ветра:
– Идем в тепло! Я не привыкла к подобной погоде!
– А разве в Пустоте не холодно?
Грауэл, Барлог и команда только что не силой затолкали их в помещение. Все они, включая Марику, мечтали лишь об одном – нормально поесть. Багнель пытался накормить их на «Молоте», но братья там ели не лучше, чем силты на борту темного корабля в Пустоте.
– Холодно, конечно. Но там это не мешает. Ветра нет. А также снега и прочих прелестей. Я была бы очень признательна, если бы вы распорядились как можно лучше накормить моих мет. Они проделали долгий путь и со времени нашего прошлого визита еще не были на планете. Им бы сейчас настоящей горячей еды, а то их желудки ссохлись и стали не больше кулака. Иначе они забудут, что они настоящие живые меты, а не какие‑нибудь призраки из Пустоты.
– В самом деле? – усмехнулась Эдзека, – Боюсь, тогда вы обратились не по адресу. У нас здесь только простая пища, да и той немного. Как вам самим наверняка известно.
– Известно. Но даже это настоящий пир по сравнению с тем, что мы едим там, наверху.
Эдзека проводила своих гостей в столовую и присела рядом с Марикой. Когда граукен в желудке Марики наконец насытился, Эдзека спросила:
– Почему же вы решили начать именно отсюда? Насколько я поняла, вы хотели явиться до того, как мир узнает о победе. И это вам более или менее удалось. Хотя, по‑моему, весь эффект будет сведен на нет – ведь, прилетев сюда, вы не появились среди сильных мира сего, и теперь это обсуждается на все лады. Вы сами себя лишаете преимущества.
– Сперва я хочу вооружиться знаниями, которые вы собрали в мое отсутствие. Информацией о мятежниках. Ведь я пока не знаю, как с ними бороться. Я только кричу, что это необходимо. А как только будет объявлено о моей победе, тут такое начнется! И у меня должны быть наготове конкретные предложения.
– Если вы рассчитывали получить оружие из моих лап, то боюсь, придется вам отправляться на охоту без него. Сестры, которых вы наняли, проявили немалую изобретательность, но этот Колдун просто помешан на безопасности. Удивляюсь, как ему с его шпиономанией вообще удается вербовать новых членов.
– Ну что ж, изучу то, что есть.
Эдзека была права. Ни в одном из докладов Марике не удалось обнаружить ничего полезного. На всякий случай Марика связалась со всеми завербованными ею сестрами – вдруг хоть одна из них узнала что‑нибудь интересное, но боится сообщать это кому‑либо, кроме самой Марики. Но и эта надежда не оправдалась. Правда, все сестры предупреждали Марику, что мятежники готовят на нее покушение. Марика велела усилить бдительность. Ее возвращение обязательно спровоцирует Колдуна на какие‑нибудь действия. А в этом случае повышается вероятность того, что он чем‑нибудь себя выдаст.
Позже, обсуждая вопрос с Эдзекой, Марика сказала:
– Боюсь, я действительно зря потеряла время. Приземлись мы прямо в Рухааке, я и тогда знала бы не меньше, чем сейчас. Но вдруг бы мне удалось узнать здесь что‑нибудь важное. Надо было проверить. В конце концов, отсутствие информации – это тоже информация. С Колдуном я знакома давно и уверена, что сейчас он что‑то затевает. Мне кажется, вам стоило бы перебросить все силы на производство темных кораблей. Если все пойдет так, как я думаю, скоро они нам понадобятся.
Эдзека коротко кивнула.
– Многие не вернулись… Интересно мне, Марика, как эта история отразится на вашей популярности. Такие огромные потери! Погибло целое поколение Темных Повелительниц. И чего бы мы в результате ни достигли, некоторые сестры все равно не простят вас.
Эдзека изо всех сил старалась говорить вежливо, но очевидно было, что общество Марики не кажется ей самым приятным в мире.
– Я скоро оставлю вас в покое, Эдзека, но сначала мне нужно выспаться. Мои охотницы за мятежниками перенесут свою штаб‑квартиру в Рухаак, и эта община снова станет только вашей.
Благодарить Эдзека не стала. Она даже виду не подала, что получила выговор.
Проскользнуть в монастырь Рейгг незаметно, разумеется, не удалось. Космический темный корабль – слишком большое для этого сооружение. Марика прокляла все на свете. Она бы предпочла, чтобы в одно прекрасное утро сестры обнаружили бы, что она, как темный дух из Пустоты, уже возникла у себя в комнате. Вместо этого ей пришлось вытерпеть организованную Бел‑Кенеке длиннейшую церемонию встречи, на которой присутствовали представительницы всех монастырей Рухаака.
Марика произнесла речь, даже не слезая с темного корабля. Она официально объявила о победе над беглыми Серк, истреблении их союзников‑мятежников и о том, что звездный корабль пришельцев отныне и вовеки будет принадлежать всем метам. После этого она удалилась к себе. Из всех встречавших одной лишь Бел‑Кенеке разрешено было пройти с Марикой в ее комнаты. Помощницы тоже отправились с ними, причем на этот раз добровольно. Марика разрешила команде вернуться в жилище Помощниц, но они решили, что лучше им будет спрятаться от назойливых расспросов в ее доме‑крепости.
Марика закрыла дверь.
– Итак, я сделала публичное заявление. Теперь всем известно о том, что произошло. Скоро мы начнем расхлебывать последствия. Я предлагаю вам усилить бдительность, Бел‑Кенеке. Боюсь, это нам понадобится.
– Насколько все плохо, Марика?
– У меня просто слов нет. Эдзека, видимо, сказала лучше меня. В результате этой победы мы лишились целого поколения Темных Повелительниц. И не исключено, что не так уж много и выиграли. Но звездный корабль потрясает. Я бы хотела, чтобы все меты могли на него взглянуть. Он изменит нашу жизнь еще сильнее, чем великое похолодание.
– И ты настаиваешь на том, чтобы он был собственностью всех мет в целом?
– Да. Не исключено, что в этом мы с вами расходимся. Не знаю, каково ваше отношение к вопросу. Но я тем не менее настаиваю. Возможно, вы помните, что я родом из Верхнего Поната. Мою родную стаю держали в первобытном состоянии, – так было выгодно другим метам. Узнав об этом, я пришла в ярость. И я до сих пор в ярости, хотя давно уже принадлежу к этим самым «другим метам». Звездный корабль очень важен для всех нас. Я не допущу, чтобы он попал в лапы какой‑нибудь маленькой группировки. Это историческая находка, и я не хочу, чтобы она стала граукеном нашей эпохи, чтобы благодаря ей одно из сестричеств установило бы в мире свою тиранию. Раньше земля, океаны и даже звезды принадлежали сильному меньшинству, но сейчас мы не можем себе этого позволить.
Бел‑Кенеке уселась в кресло у очага.
– Мне кажется, в твоей душе поселился страх, Марика. Никогда раньше я не видела, чтобы ты боялась будущего. Во всяком случае, не в такой степени.
– Возможно, вы правы. Сама я бы не сказала, что это так, но даже сильнейшие из нас иногда лгут себе. Верно ведь?
– Да.
– В последнее время я часто задумываюсь о том, какую роль отвел мне Всесущий в мозаике мироздания. Иногда мне кажется, что я единственная, кто пытается сохранить древние традиции. А иногда – что не зря меня всю жизнь проклинали, что я действительно Джиана и мое появление в этом мире предвещает конец эпохи силт.
И тем не менее я не думаю, что изменилась или тем более стала сильнее. Просто почему‑то я чувствую себя посторонним наблюдателем… Однако мы отвлеклись. Новая эпоха будет интересной и волнующей. Но не исключено, что сейчас мы достигли высшей точки. Серк побеждены, зеркало почти достроено. А когда мы избавимся от Колдуна, мир будет казаться почти что нормальным. Возможно.
– Подумай над тем, что для большинства живущих сейчас мет – да и силт тоже! – этот мир нормален по определению. Они слишком молоды, чтобы помнить прежние времена.
– Вероятно, вы правы. Дайте мне немного передохнуть. Дайте прийти в себя и осознать, каково мое место в мире. И тогда я снова попытаюсь сделать его таким, каким он был раньше. Забавно, правда? Я – и вдруг пытаюсь вернуть прошлое.
Бел‑Кенеке не поняла ни ее слов, ни настроения. Марика в глубине души подозревала, что и сама себя не понимает. Возможно, все это – лишь следствие возраста.

2

Темный корабль Марики мчался на юг. Он летел так низко, что едва не задевал вершины мертвых деревьев. Добравшись до опушки леса, Марика опустила корабль еще ниже, так, что его нижние стойки пропахали в снегу глубокие борозды. Поднявшийся ветер разметал снег во все стороны.
Корабль резко остановился и плюхнулся в снег. Марика, Грауэл и Барлог вскочили, подбежали к краю узкой лощины и, упав на брюхо, заглянули вниз.
В лощине десятка полтора мятежников перезаряжали ракетную установку. Охотницы открыли огонь из винтовок. Покрасневший снег усеяли мертвые тела. Двое из мятежников пытались отстреливаться, но погибли раньше, чем успели в кого‑нибудь попасть. Остальные бросились врассыпную. Марика прикончила их с помощью призрака. Потом они с охотницами слезли вниз, чтобы добить уцелевших.
– Этот только притворяется дохлым, Марика, – заявила вдруг Барлог, вздергивая за шкирку какого‑то юнца.
– Держи крепче. Возьмем его с собой, – ответила Марика, оглядывая остальные тела. Нет, с этими все в порядке – все либо мертвы, либо умирают.
Она пнула лапой ближайшую ракетную установку.
– Ничего себе машинка!
Несколько минут назад первая запущенная отсюда ракета начисто разнесла ту башню в монастыре Рейгг, где обычно жила Марика. Все произошло внезапно. Марика и ее охотницы чисто случайно оказались в другом месте. Они вместе с Помощницами составляли по данным разведки карту территории мятежников севернее Рухаака.
Марика подняла корабль в воздух, не дожидаясь второй ракеты.
– Что‑то вроде тех механизмов, которыми набит звездный корабль, – заметила Грауэл.
– Похоже, да? Интересно, сколько знаний они успели наворовать оттуда за все эти годы?
– Что мне делать с этим щеном? – спросила Барлог. Пленник в ужасе съежился у ее ног.
– А мы его сейчас допросим. На всякий случай.
Марика не ожидала, что пленник что‑нибудь знает. В Рухаак она вернулась пять дней назад, и с тех пор это было уже третье покушение на ее жизнь. Виновников первого разыскать не удалось. Марика подозревала, что это дело лап силт. Вдохновителями второй попытки были братья, но и тут она не смогла отыскать концов. Ее враги стали теперь гораздо осторожнее.
– Как это – сейчас? Прямо здесь?
– А почему бы и нет? Допросим и оставим здесь, вместе с его приятелями.
Допрос юнца был делом нетрудным. Его мозг вовсе не имел защиты. И не содержал никакой полезной информации. Единственное, что Марике удалось узнать, – это то, как он попал к мятежникам и чем занимался с тех пор.
– Теперь эти бандиты вербуют молодежь, – сообщила она охотницам. – Этот был почти щенком, когда попал к ним. Проклятый Каблин совсем рехнулся.
Грауэл выжидательно смотрела на нее.
– Пленник нам больше не нужен. Что ж, по крайней мере он знал, где находился до сих пор. Быть может, там и сейчас остался кто‑нибудь из мятежников. Мы его схватим и будем надеяться, что он тоже на кого‑нибудь нас выведет.
– Безумно медленный способ, – сказала Барлог. – Один разбойник за раз.
– Другого я не вижу.
– Убить его? – спросила Грауэл, указывая на пленника.
– Да.
Грауэл легко сломала мятежнику шею.
– Может, я и стара, – сообщила она, – но силы у меня еще есть.
– Да, сил пока хватает, – ответила Марика. – Но ты действительно стареешь, Грауэл. Настало время принимать решения.
– Марика?
– Скоро я возвращаюсь на звездный корабль. Возможно в следующий раз я прилечу сюда лишь через много лет. Вы часто говорили, что хотите прожить свои последние дни в Верхнем Понате, как положено истинным охотницам.
Ни Грауэл, ни Барлог ничего не сказали. Марика подождала, пока Помощницы вернутся к темному кораблю, и повторила вопрос.
– Вам что, нечего сказать?
– Ты действительно хочешь оставить нас здесь?
– Вы же знаете, что не хочу. Мы с вами всю жизнь вместе. Я просто не знаю, что буду без вас делать. Вы – моя стая. Но я не хочу стоять у вас на пути, если вы решите принять звание Мудрых. Будь у меня совесть, я бы настаивала, чтобы вы так и поступили. Молодым вокторам здесь, в монастыре, нужны разумные и твердые наставницы. А оставаясь со мной, вы скорее всего плохо кончите. Добрая половина мет жаждет моей смерти, и многие могут попытаться поспособствовать ей.
– Мы сделаем так, как ты прикажешь, Марика, – сказала Барлог.
– Нет, нет и нет! Вы поступите так, как вам хочется! Вам, а не мне! Это же ваше будущее, неужели непонятно?
– Да, госпожа, – сказала Грауэл.
Марика щелкнула зубами.
– Да вы просто издеваетесь надо мной! Вы же вовсе не такие тупые, как пытаетесь сейчас изобразить. Пойдем. Обсудим этот вопрос в другой раз.
И Марика зашагала по направлению к темному кораблю.
Сначала они повернули на северо‑восток, к развалинам Телле‑Рея. Под крылом корабля расстилалась снежная пустыня. Именно из Телле‑Рея и прилетели сюда мятежники. Их аппарат на воздушной подушке до сих пор валялся среди стволов мертвого леса.
Бандиты, выславшие этот аппарат, уже покинули свое укрытие, но еще не успели далеко убежать. Марика настигла их и перебила всех, кроме двоих. Этих она предварительно допросила. А потом продолжила охоту.
К концу дня след привел ее почти к самому восточному побережью. За это время Марика разгромила больше десяти отрядов мятежников. И почему сестры не могут противостоять им? Решимости им не хватает. И энергии.
Марика подняла корабль повыше и обшарила окрестности прикосновением. Где‑то здесь, в сердце ледяной пустыни, должна быть база мятежников. Считается, что уровень секретности их организации никому не позволит выйти на это укрытие.
Вот оно! Глубоко под землей Марика обнаружила большое скопление мет. Она поймала сильного призрака и через длинный извилистый туннель пробралась с ним под землю. Там оказалась фабрика оружия, где работали сотни две мет, включая крепостных‑женщин…
Же нщ ин !
Марика внимательно изучила их. Нет, это не пленницы. Некоторые из них, похоже, даже надзирательницы.
Марика пришла в ярость и обрушила на мет всю мощь своего призрака.
Резня продолжалась секунд пятнадцать. Мощное электромагнитное излучение отрезало Марику от призрака. На какой‑то миг она потеряла ориентацию и выровняла свой темный корабль всего в пятидесяти футах от поверхности.
Значит, мятежники научились использовать нейтрализаторы для защиты зданий. Этого следовало ожидать. Им ведь хотелось как‑то прикрыть своих братьев на борту звездного корабля. Так что исследования ведутся давно.
Ну, не важно. Эти меты уже все равно мертвы. Надо будет прислать сюда команду вокторов, чтобы очистить место.
Марика подняла корабль повыше и передала, стараясь, чтобы радиус ее прикосновения перекрыл весь континент:
«Каблин. Игра окончена. На этот раз я приду за тобой».
Она не ожидала ответа и не получила его. Но Каблин наверняка получил это сообщение – если в его армии так много верленов, как считают некоторые силты.
Темный корабль поплыл на запад. Охота продолжалась.

3

– Долго ли ты у нас пробудешь на этот раз? – спросила Бел‑Кенеке. Верховная жрица сидела на своем, теперь уже обычном месте у очага в комнате Марики. Только комната была другой.
– Пока не найду нужного мне разбойника, – ответила Марика. – Может быть, день, может быть, и десять лет.
Марика прожила в Рухааке уже целый месяц. Число неудачных покушений на ее жизнь перевалило за дюжину. Монастырь понес незначительный материальный ущерб – пострадали отдельные постройки.
– Не бойтесь и не волнуйтесь. Хотела бы я найти способ убедить вас в том, что не намерена отбирать у вас первое кресло.
– Но я не этого… – испугалась Бел‑Кенеке.
– Именно этого. Ваша единственная слабость – недостаток воображения. Если бы я действительно вынашивала подобные планы, что бы помешало мне осуществить их? Неужели вы думаете, что я проиграю испытание силы? Поймите же наконец, что я не хочу быть Верховной жрицей. Не желаю брать на себя такую ответственность. И как только закончу дела, я улечу обратно в звездный мир Серк. Честное слово, мне гораздо интереснее исследовать тайны корабля пришельцев, чем управлять здесь сестричеством.
Бел‑Кенеке слегка смутилась.
– Может быть, переменим тему и поговорим о проблеме мятежников?
Эта проблема стояла так остро, что даже силты не могли больше притворяться, что не замечают ее. Активность мятежников за последний месяц показала, что их организация гораздо сильнее, чем все думали. Даже те, кто относился к ним всерьез, не предполагали, что это такой серьезный противник. Оружия у мятежников было хоть отбавляй, а основу их тактики составляли машинки‑нейтрализаторы. За этот месяц погибло множество силт.
И виновата была, разумеется, Марика. Так говорили все, кто отказывался признавать свою вину.
– Прекрасно, – сказала Бел‑Кенеке. – Поговорим о мятежниках.
– Их можно победить. Можно даже полностью истребить, но для этого общины должны наконец открыть глаза и перестать делать вид, что мятежники – это просто досадное неудобство. Для того чтобы разделаться с ними, нам нужно достичь того же уровня кооперации, что и в случае с проектом «Зеркало».
– Но от зеркал зависела наша дальнейшая судьба, Марика.
– Это упрямство и глупость, Бел‑Кенеке. Упрямство и глупость. Мир устроен не так, как нам хочется. Надо работать, чтобы изменить его по своему желанию. Наша судьба зависит от решения именно этой проблемы. Мятежники намерены уничтожить всех силт. И они добьются своего, если мы так и будем сидеть сложа лапы.
– Они всего лишь мужчины.
– Что верно, то верно. А что, вы будете менее мертвой, если пулю в голову вам всадит мужчина?
– Марика, ты слишком большое значение придаешь…
– А скажите мне, пожалуйста, кто сбросил бомбы на Телле‑Рей? Те же мужчины. И они не исчезнут сами по себе, как бы сильно мы этого ни хотели. Не растают в воздухе, если мы повернемся спиной и откажемся их замечать. Более того, именно по этой причине они будут возвращаться снова и снова. Я наношу им очередной сокрушительный удар и начинаю заниматься другими делами, а вы, вместо того чтобы закрепить достигнутое, притворяетесь, что мятежников не существует. В результате все начинается по новой. Разве мою прежнюю квартиру уничтожило больное воображение?
Бел‑Кенеке сидела с видом страдалицы, терпеливо выслушивающей излияния сумасшедшей.
– Теперь у них появилась уйма секретных баз и фабрик, – продолжала Марика, раздражаясь все сильнее и сильнее. – Несколько я уже обнаружила. Вы сами видели, что они хранят на своих складах. И после этого продолжаете утверждать, что мятежники – жалкие надоеды? Им что, убить вас надо, чтобы вы обратили на них внимание?
Бел‑Кенеке покачала головой.
– Вы только попытайтесь представить себе, что у них может быть спрятано там, куда нам пока не добраться!
Но Бел‑Кенеке не проявляла ни малейшего энтузиазма. Марика расстроилась. Неужели всех силт разбил этот самоубийственный паралич? Она всерьез опасалась, что придется напоминать сестрам, кто она такая. Иначе они никогда не объединят свои усилия для борьбы с мятежниками.
Марика была убеждена, что организация Каблина уже достаточно сильна и не нуждается в поддержке Серк. И если силты будут и дальше закрывать глаза на эту проблему, Каблин добьется своего безо всякой помощи извне.
Каблин наверняка не просто Колдун. Именно его энергия создала и питает всю организацию мятежников. Марика знала брата, как самое себя. Может, Каблин и трус, но во многом он похож на нее. Ей не понять его побуждений, но целеустремленности у него не отнимешь. Происходящее напоминало Марике бой с зеркалом. Она действовала так будто сражалась сама с собой. Каждый раз, перед тем как сделать какой‑нибудь шаг, представляла себе, что бы она сделала на месте Каблина. Именно это позволяло ей добиваться успеха в борьбе с новыми мятежниками.
Разница между Марикой и ее братом состояла в том, что Каблин совершенно не желал рисковать своей драгоценной шкурой. На его месте она попыталась бы убить себя сама, а не подсылать убийц.
Для проверки Марика попробовала назначить большое вознаграждение за любую информацию о мятежниках. Как и следовало ожидать, почти никто на ее предложение не откликнулся, что говорило о реальной силе организации. Мятежников уважали и боялись. Простые меты не осмеливались их предавать.
– Пора нам снова внушить населению страх перед силтами, – сказала Марика.
Бел‑Кенеке с удивлением уставилась на нее.
– Не хочу ни на кого давить, но если надо, придется. В себе не терплю слепоты и в других тоже не потерплю. Мятежников мы уничтожим. Даже если мне придется силой заставить все общины принять участие в охоте.
Бел‑Кенеке вздохнула:
– Сейчас во всех общинах такой беспорядок… Ты же прекрасно знаешь, когда и где многие из самых сильных общин лишились своих Верховных жриц. Перестановки в этих общинах еще не закончились. Нельзя же ожидать от них твердой политики в таких условиях.
– Отсутствие верховной власти еще не означает полной анархии. Кто‑то же занимается ежедневной рутиной. Вы… Впрочем, не важно. Спорить тут бесполезно. Сила есть сила. Буду признательна, если вы свяжетесь с теми общинами, где есть Верховные жрицы, и скажете им, что я планирую большую операцию против мятежников на северо‑востоке. Скажите, что мне нужны все темные корабли, какие у них есть. Я намерена устроить мятежникам такую встряску, что они еще не скоро смогут снова нападать на нас. Кроме того, я хочу разыскать одного конкретного мятежника, за которым охочусь уже давно. Потеря его отбросит все движение так далеко назад, что мятежники еще многие годы не будут представлять для вас угрозы. И тогда вы избавитесь от меня, поскольку я снова улечу к звездам. А вы, если хотите, можете снова впадать в спячку и притворяться, что ничего не происходит.
Бел‑Кенеке и тут не рассердилась.
– Хорошо. Как скажешь, Марика. Я прослежу за сбором твоего флота.
Она произнесла это таким тоном, что Марика вдруг вспомнила, как ее мать, Скилдзян, разговаривала со сборщицами дани из Акарда. Она неохотно шла на небольшие уступки, добиваясь, чтобы ее оставили в покое.
Проклятая слепая идиотка. Все силты – распроклятые слепые идиотки. Возможно, они заслуживают…
– Спасибо, госпожа. Я высоко ценю ваши усилия. А сейчас мне пора идти. Надо забежать в центр связи.
И Марика оставила Бел‑Кенеке в обществе Грауэл и Барлог.
По дороге к связистам Марика еще раз обдумала сказанное. Она была недовольна собой. Похоже, она становится слишком нетерпеливой и непримиримой. В молодости Марика в подобной ситуации стала бы действовать хитрее, пытаясь заполучить то, что ей надо, обходным путем. Но сейчас первым ее побуждением было применить силу.
В центре связи Марика связалась с «Молотом». Во‑первых, чтобы посмотреть, как дела у Багнеля и его исследовательской команды, а во‑вторых, чтобы ненадолго отвлечься от неприятных мыслей. Какое все‑таки счастье просто поговорить с метом, которому от тебя ничего не нужно, как впрочем, и тебе от него! Багнель сообщил ей приятные новости. Он уже набрал команду ученых, причем утверждал что все они – меты компетентные, одаренные и очень надежные.
Марике не терпелось поскорее отправиться к звездам. Родная планета больше не была для нее домом.
Если вообще когда‑нибудь была.

Глава одиннадцатая

1

Грауэл отошла от окна.
– Все небо так и кишит темными кораблями, Марика. Они приземляются даже на улицах вокруг монастыря. Никогда не думала, что их так много.
– Я и сама поражена, – согласилась Марика и перевела взгляд на Бел‑Кенеке. – Что вы им сказали?
Всего за неделю в Рухааке собралось больше трехсот темных кораблей, и каждый из них нес, кроме команды, полдюжины вокторов.
– Я просто передала то, что ты велела.
Бел‑Кенеке совсем не была удивлена результатом.
– Тебя боятся гораздо сильнее, чем ты думаешь.
– Ну, какие бы у них ни были мотивы, все равно пора выступать. Иначе боевой дух пропадет. Я хотела бы обратиться с речью ко всем этим силтам. Нельзя ли где‑нибудь собрать их всех вместе? Завтра наступление.
– Я подумала о том, что ты захочешь произнести речь, и обо всем договорилась с Редориад. Рядом с западной стеной их монастыря находится большой пустырь. Половина темных кораблей приземлилась именно там.
– Спасибо.
Ночь обещала быть ясной. Скоро наступит соединение больших лун. На этот час Марика и назначила свою речь.
Она не сказала собравшимся ничего особенного. Не попыталась ни вдохновить их, ни пробудить ненависть. Марика лишь сообщила сестрам, что у нее для них есть важная работа, и если они сделают ее хорошо, то покончат с мятежниками, которые давно уже угрожают всему миру. За час до рассвета деревянный темный корабль поднялся в воздух и повел воздушную армаду на северо‑восток, туда, где, по мнению Марики, находилось сердце теневой империи Каблина.
Марика была уверена, что встретит отпор, и не ошиблась. В этих краях было спрятано много подземных сооружений. Мятежники столько сил затратили на их строительство, что стояли насмерть, защищая свою собственность.
Все Повелительницы быстро научились справляться с тяжелыми нейтрализаторами. Гибель нескольких темных кораблей напугала их и заставила наконец объединиться. Как только одна из Повелительниц обнаруживала что‑то враждебное, она сразу вызывала подмогу. И лишь когда удавалось собрать достаточно сил, темные корабли садились, и начиналось наступление. Впереди шли вокторы, а Повелительницы поддерживали их своим талантом.
Через шесть часов после начала охоты было захвачено четырнадцать подземных крепостей и убито более тысячи мятежников.
Марика не участвовала в битве напрямую. Ее темный корабль висел высоко в воздухе, а сама она обшаривала континент с помощью прикосновения и время от времени передавала:
«Каблин! Я пришла за тобой!»
Она была уверена, что Каблин прячется сейчас где‑нибудь в глубоком бункере и, съежившись от страха, наблюдает, как гибнут его крепости.
Грауэл и Барлог наблюдали за Марикой, нервничая все сильнее и сильнее. Они видели, что душой ее снова завладела тьма.
Чем упорнее сопротивлялись мятежники, тем сильнее становилась ненависть Марики. Ее отношение к Каблину внезапно изменилось. Больше она не могла думать о нем как о своем маленьком брате, о щене, бывшем в детские годы ее лучшим другом. Забыла Марика и юнца, которого, рискуя своим будущим, спасла у развалин Критцы, и взрослого мета, захваченного ею в плен после пожара в Макше.
Он ничему не научился. Не раскаялся, не прекратил свои злодеяния. Она рисковала всем, а что получила взамен? Ничего, кроме боли.
Теперь Марика больше не любила Каблина. Ни капельки. Она хотела лишь одного – отомстить. И пусть снежные равнины покраснеют от крови. Если Каблин не погибнет вместе с остальными, может, он наконец поймет.
Из Рухаака прибыли опоздавшие. Еще целая эскадрилья. И все они рвались в бой. Прямо как щенки при виде зверюшек, разбегающихся из разоренного гнезда. Очень хорошо. Силты тяжелы на подъем, но теперь, когда они уже решили выступить, управлять ими стало гораздо легче.
Большая часть сестер жаждала богатой добычи. Защищаясь, мятежники уже применили несколько сложных технических устройств, вполне эффективных против магии силт.
Возможно, в этом‑то все и дело. Ради спасения своей жизни силты и лапой не шевельнут. Но когда заходит речь о добыче, они способны на все.
Марика подумала, что ей никогда не понять своих сестер. Ведь она‑то всю жизнь боролась именно за выживание.
Она нашла вновь прибывшим место в цепи и занялась другим делом. На горизонте показался одинокий темный корабль. Он быстро приближался. Кто бы это мог быть?
Марика прикоснулась к Повелительнице и тут же узнала ее. Балбрач!
«В чем дело?» – передала Марика. Балбрач должна была находиться на борту «Всадника ночи», на орбите.
«Подожди», – кратко ответила Балбрач, не снижая скорости.
Марика ждала. Нервы ее были взвинчены до предела. Судя по тону Балбрач, новости были очень плохие.
Темный корабль Редориад подплыл так близко, что крылья двух кинжалов соприкоснулись. Балбрач перешагнула на крыло деревянного корабля и подошла к Марике.
– Насколько же ужасны те вести, что заставили вас примчаться сюда и встретиться со мной во плоти? – спросила Марика.
– Ты угадала. Новость – хуже некуда, хотя этого и можно было ожидать.
– Так что же произошло?
– Только что из системы Серк прибыл корабль сестричества Хорада. Они говорят, что три темных корабля Гросег – это весь их флот, и ни один из этих кораблей не принимал участия в битве, – захватили звездный корабль и объявили его собственностью своей общины.
– Идиотки. Неужели меты могут быть так глупы?
– В мире полно глупцов, Марика.
– Ну и как они намереваются удержать захваченное? Им же нужна какая‑то поддержка. А я здесь и могу отрезать их от…
– Не знаю. Надо что‑то делать.
– Вы хотите сказать, что это я должна что‑то сделать?
– На это есть по крайней мере две причины. Во‑первых, никто никому не доверяет. Бескорыстные мотивы могут быть только у тебя. Что бы там силты ни болтали, они все же признают, что ты действительно имела в виду то, что говорила, когда объявила звездный корабль собственностью всех мет.
– А во‑вторых?
– У Гросег есть Бродифь, Темная Повелительница, которая по силе уступала лишь Бестрей, пока ты не доказала что Бестрей тоже кому‑то уступает. Никто не осмелится вызвать ее на поединок. Сейчас самый сильный флот у нас, Редориад, но я не пошлю ни одну из своих Повелительниц против Бродифь.
Всесущий, ну почему именно сейчас! Это что, знак? Неужели ей просто не суждено разделаться с мятежниками?
– Все общины Обитательниц Тьмы взывают к тебе, Марика. Прогони узурпаторов. Пока еще не поздно. Ты сказала, что намерена проследить за тем, чтобы звездный корабль оставался собственностью народа. Пусть неохотно, большинство из нас с этим согласились. Но если ты хочешь, чтобы это согласие сохранялось и в дальнейшем, тебе придется применить силу.
– Я знаю. Но у меня здесь есть дело. И если я улечу, оно так и останется незаконченным.
– Разве ты мало потрепала мятежников?
– Мало. Результат меня не удовлетворяет. Чтобы раз и навсегда решить этот вопрос, я должна найти одного конкретного мятежника. Без него все их движение развалится само собой.
– Разве может мужчина быть такой важной фигурой?
– Этот – может. Он очень похож на меня. И он верлен, Балбрач. Сильный, хитрый и очень опасный. Куда вы так спешите? Эти Гросег никуда не денутся! Так и будут торчать на звездном корабле, дожидаясь, пока я к ним прилечу.
– Мы не можем ждать долго. Задержись здесь подольше, многие решат, что ты приняла все как есть. И от единодушия наших общин не останется и следа…
– «Всадник ночи» готов?
– Да. Я связалась с твоим другом Багнелем и велела ему перевести своих ученых на борт. Я намерена отправиться к звездному кораблю со всем флотом, какой только смогу собрать. Но сначала мне надо побывать в монастыре и отдать кое‑какие распоряжения на случай, если мое отсутствие затянется.
– Хорошо. Сделайте так, чтобы всем было известно: я полностью одобряю ваши действия. Более того, я сама вас туда послала. Не спешите. Я пробуду здесь еще несколько дней и нагоню вас по дороге.
Марика взглянула на небо и безмолвно обратилась к Всесущему. Что ему понадобилось на этот раз?
Балбрач коротко кивнула:
– Так мы успокоим большинство недовольных.
– Эти территории нельзя было оставлять без присмотра, – сказала Марика. – Мы, Рейгг, никогда так не делаем. Мы всегда оставляем заставы. А такое обилие брошенной земли не могло не привлечь внимание бандитов…
Но ее никто не слушал. Балбрач вернулась обратно на свой корабль. Он отплыл в сторону, развернулся и помчался по направлению к Рухааку.
Марика посмотрела, как идет охота. Разведчики обнаружили еще одну подземную базу. В снегу вокруг нее садились темные корабли, собирались команды вокторов. База большая, и защищать ее будут яростно. Но это все еще не то, что она ищет. Ей нужен глубокий бункер, где затаился тот паук, что сплел эту преступную сеть. Колдун. Каблин.
Марика не пришла в ярость и не стала сожалеть о том, что не может найти нужной ей базы. К чему? Видимо, это предопределено.
Через три дня, когда охотничьи команды уничтожил еще четыре тысячи мятежников, Марика сдалась. Она вернулась в Рухаак, к своему деревянному кораблю, оставив вместо себя надежную сестру. Они познакомились еще в те дни, когда Марика боролась с мятежниками в Макше. Марика знала, что этой силте доверять можно. И тем не менее она была уверена, что охота прекратится вскоре после ее отлета. Общины решат, что нанесли мятежникам смертельный удар, и начнут потихоньку отзывать свои корабли.

2

Марика вынырнула из Ниоткуда на значительном расстоянии от корабля пришельцев. Осторожно прощупала темноту. Подождала, пока появятся «Всадник ночи» и сопровождающие его пять темных кораблей Редориад. Пусть сестры Гросег поразмыслят над тем, что увидели. Пусть оценят, на чьей стороне сила. Выждав немного, Марика передала:
«Я здесь, Бродифь. И если ты не покинешь звездный корабль добровольно, я отправлю тебя во тьму вслед за Бестрей. Уходи. Мне не нужны лишние смерти. Их и так было слишком много».
Со звездного корабля ничего не ответили.
Марика и не ожидала услышать ответ. Хотя, конечно, надеялась, что Гросег перепугались. Они ведь знают, зачем она сюда прилетела.
Звездный корабль медленно рос, загораживая небо. Корабли Редориад рассыпались цепочкой. Марика взглянула назад, на своих охотниц. Обе они, хотя и мечтали окончить свои дни в родном Понате, отказались остаться дома.
«Вперед!» – передала Марика.
Три из пяти кораблей Редориад устремились по направлению к звездному кораблю.
Их встретили ракеты и огненные пучки. Темные корабли встали на дыбы и отскочили. В цель ни один из выстрелов не попал.
Марика прощупала окружающее пространство. Великий Темный спокойно болтался на самом краю системы. Никто и не пытался взять его под контроль, а самому ему было неинтересно, что творится у самого солнца.
Неужели Гросег собираются защищать звездный корабль с помощью технического оружия?
Марика задумалась. Что‑то ей в этой ситуации не нравилось. Как, интересно, Гросег сумеют воспользоваться оружием чужаков? Ведь все защитные скафандры и все разработанное мятежниками оружие Марика еще до своего отлета приказала отвезти на планету. Значит, они должны быть под присмотром одной из Повелительниц Редориад – той самой, которой Балбрач более всех доверяла…
Дальше Марика действовала не раздумывая. Она собрала призраков, нырнула в Ниоткуда и появилась снова уже рядом с Великим Темным.
Может, она действительно сошла с ума и видит заговоры там, где их нет и быть не может?
Или это все‑таки ловушка?
У Гросег есть Бродифь. А Редориад много. И это силты, со всеми их слабостями и недостатками. Редориад не один год были ее союзниками, но это не гарантирует вечной дружбы…
И никто из них не любит Марику. Она слишком сильна и мешает им осуществлять свои корыстные планы.
Марика, почти не думая, подчинила себе призрака‑гиганта и перескочила вместе с ним обратно к солнцу.
Все силты были в растерянности. Они не поняли, куда она делась и почему.
«Балбрач, – передала Марика. – Я хочу, чтобы вы увели «Всадник ночи» и все ваши корабли обратно к предыдущей звезде. Вернетесь через три часа».
«Но почему, Марика?»
Балбрач не сумела скрыть разочарования.
«Ситуация крайне неустойчива. Возможны непредвиденные моменты. Чтобы избежать проблем, связанных с подобной неопределенностью, я решила действовать в одиночку. Я уверена, что сделаю это быстрее и с меньшим количеством жертв».
Балбрач поняла скрытый смысл этого сообщения, почувствовала, как клубится вокруг Марики Великий Темный, сердитый, растревоженный, алчущий крови…
«Как прикажешь, Марика».
Марика неподвижно ждала, пока все корабли Редориад не скрылись в Ниоткуда.
А вот теперь надо действовать быстро. На случай, если Редориад не выполнят приказа и попытаются застать ее врасплох.
«Ты слышишь меня, Бродифь? Сама выйдешь, или мне тебя вытащить? У тебя нет ни единого шанса одолеть меня».
Она немного пододвинула корабль к громаде звездного корабля. Выстрелов не последовало. Через две минуты от корабля пришельцев отделились два титановых креста.
«Должен быть еще один. Где он? Я жду. Подойдите сюда».
Третий темный корабль присоединился к первым двум. Марика немного успокоилась. На всякий случай она взяла призрака поменьше и проверила, не осталось ли внутри звездного корабля сестер Гросег. Нет. Пусто.
Три темных корабля Гросег подплыли поближе. Теперь их уже можно было разглядеть без помощи прикосновения.
«Кто втравил вас в эту авантюру?»
Гросег не ответили.
Марика прикоснулась к Великому Темному.
Все силты на борту корабля Бродифь разом вскрикнули, наполнив призрачный мир предсмертным ужасом. Тела их изогнулись и разлетелись на куски. Золотое сияние угасло. Во все стороны полетели кристаллы замерзшей крови и обрывки плоти.
«Назовите ваших союзников», – передала Марика Повелительницам двух оставшихся кораблей.
Они подтвердили ее худшие подозрения.
Марика снова обратилась к Великому Темному. Затем развернулась и, не дожидаясь, пока все будет кончено, полетела к звездному кораблю. Перед тем как подняться на борт, она отправила туда маленьких призраков, чтобы найти и обезвредить ловушки.
Когда они наконец смогли разговаривать, Грауэл спросила:
– Неужели обязательно было их убивать?
– Ты к старости что ли так подобрела, Грауэл? Они хотели убить нас. Охотницы никогда не оплакивают своих врагов и не дают им шанса нанести второй удар.
– Да нет, мне просто не кажется, что это было так уж необходимо.
– Было, Грауэл. Я убила не этих силт, а идею.
– Какую еще идею?
– Идею о том, что одна или несколько общин могут захватить этот корабль и использовать только для себя.
Грауэл кивнула, но было видно, что Марика так до конца и не убедила ее. Что поделаешь, Мудрые всегда были в каком‑то смысле более терпимы, чем молодые охотницы, которые постоянно сталкивались лицом к лицу с опасностью.
– А может, ты просто доказывала всем свою непобедимость? – поинтересовалась Барлог.
Марика нахмурилась, отвернулась и зашагала по бесконечным коридорам в сторону рубки. Великого Темного она пока что не отпустила, просто отодвинула подальше, чтобы его присутствие не слишком бросалось в глаза. В рубке Марика снова включила последнюю запись пришельцев. Она сидела и смотрела на странных плосколицых чужаков, таких похожих и вместе с тем совсем не похожих на мет. Интересно, смогли братья‑мятежники расшифровать их язык? Времени у них было предостаточно.
Марика откинулась в кресле, размышляя об истинных целях беглых мятежников и о том, что все‑таки стало с пропавшими Серк. Куда исчез «Звездный странник» и парочка темных кораблей?
Когда «Всадник ночи» со своим эскортом вынырнул из Ниоткуда, Марика вздохнула и поднялась с кресла. Она еще не думала о том, что будет делать в ближайшие несколько часов.
«Балбрач. Я жду вас на борту пришельца. Нам надо поговорить».

3

«Всадник ночи» покинул систему Серк без эскорта и без Балбрач. Ученые остались на звездном корабле, команды Редориад – со своими кораблями. Вместо пассажиров «Всадник ночи» вез краткое послание Марики ко всем Верховным жрицам общин Обитательниц Тьмы. Марика прикоснулась к Великому Темному, приказав ему пропустить корабль.
Ей удалось приручить космического монстра и сделать из него своеобразного стража системы.
Командам темных кораблей Редориад Марика сообщила, что тех, кто попытается покинуть эту звездную систему, Великий Темный просто сожрет. Возможно, впоследствии она и освободит пленных Редориад – это зависит от их поведения. А пока они будут перевозить грузы между звездным кораблем и планетой.
Работа на планете шла своим чередом. Бывшие крепостные Серк спокойно занимались привычным трудом – им не было дела до того, как называется правящая община. Марика поселилась в рубке звездного корабля. Братья заняли квартиры своих предшественников – мятежников.
Типичное для силт предательство, приведшее Марику на этот корабль, послужило причиной ее долгой депрессии. Она и думать забыла про родную планету и братца Каблина с его кровожадными планами. Когда через пару месяцев Марика пришла в себя, то обнаружила, что все это ее вообще не интересует.
Целый год Марика не покидала звездного корабля. Она хотела убедиться, что все наконец поняли, кто здесь хозяин.
Весь этот год она часто вспоминала Балбрач. Вот уж действительно тяжелая потеря. Пока альянс был в силе, Балбрач была хорошим партнером. У них с Марикой даже установились вполне дружеские отношения – почти такие, как с Килдзар. Но Балбрач во многом уступала Килдзар – и характер у нее был не такой, и кругозор поуже… И вот в результате она, как истинная силта, поддалась алчности. Вступила в игру и проиграла. Что ж, за все надо платить. Как бы ни было больно тем, кто требует плату.
Темные корабли появлялись и снова исчезали в Ниоткуда. Марикин ручной Темный каждый раз послушно докладывал ей об этом. Общины Обитательниц Тьмы пристально следили за всеми действиями Марики. Через год даже самые подозрительные из них убедились, что она не собирается их обманывать и действительно считает звездный корабль не своей, а общей собственностью. Визиты стали не такими частыми, зато более продолжительными. Наблюдатели начали принимать участие в работе исследовательской команды. Каждый темный корабль увозил подробный отчет о новых открытиях, касающихся пришельцев и их странной аппаратуры. Впрочем, новых сведений было немного, поскольку добывать их стоило большого труда.
В один прекрасный день Марика отправилась разыскивать Багнеля. В последнее время они с торговцем виделись крайне редко, хотя и жили на одном корабле.
– Привет, бродяга!
– Это я‑то бродяга? Разве это я все время уношусь мыслями неизвестно куда? Разве меня никогда не застанешь на месте?
– Как это? Я ни разу не покидала…
– Возможно. Но сердце твое было не здесь.
– Есть у вас какие‑нибудь глобальные результаты?
– Нет пока. Можно подумать, ты не знаешь, что это судно построили существа, которые думают совсем не так, как меты.
– Ты здесь уже больше года.
– Большую часть этого времени мы потратили на то, чтобы заново открыть уже известные мятежникам секреты.
– Ну и?
– Они знают гораздо больше, чем мы думали, Марика. Если общины прекратят охоту, которую ты начала в прошлом году, их ожидают весьма неприятные сюрпризы.
– Я уверена, что уже прекратили. Нет, Дервил, конечно, старалась, как могла. И наверняка все еще пытается что‑то сделать. Силты говорят, что она такая же сумасшедшая, как Марика. Но общины не хотят учиться на своих ошибках. Если нет сильной личности, которая сможет заставить их действовать сообща, силты так и остаются мелкими интриганками, которые только и ждут возможности ударить друг друга в спину. Так когда же ты сможешь начать по‑настоящему важные исследования? И как идут ремонтные работы?
Большая часть созданной Серк планетной индустрии работала на восстановление звездного корабля.
– Через месяц‑другой мои люди представят мне пару проектов, которые я собираюсь одобрить. Речь идет об извлечении информации, заложенной в системах корабля. Что же касается ремонта, тут мы занимаемся только грубой работой. Например, латаем поврежденную обшивку. Все, что посложнее, подождет до того момента, когда мы извлечем из этой посудины побольше точных сведений. Я никого не подпущу, ну, скажем, к двигателям, пока мы не разыщем всю возможную информацию по этому вопросу и не разберемся в ней до тонкостей. А если мы начнем ковыряться с тонкими системами сейчас, то можем доломать их окончательно.
Марика на мгновение задумалась.
– А знаешь, Багнель, ты был прав. Мое сердце действительно не здесь. Оно давно уже бродит среди звезд. И я решила последовать за ним. Я ускользну и выполню наконец обещание, которое дала себе много лет назад. Не думаю, что в мое отсутствие у тебя возникнут проблемы.
– Да?
– Что – да?
– Куда ты? Или это секрет?
– Хочу взглянуть что там, за облаком.
– Это долгий путь. Ты уверена… Нет, ты действительно убеждена, что нами никто не заинтересуется?
Багнель явно испугался. Он стал очень важной персоной, но понимал, что обязан этим только Марике.
– Все будет в порядке. Никому не рассказывай, что меня нет. Если кто‑нибудь захочет со мной встретиться, скажи ему, что я опять захандрила и видеть никого не хочу. К этому все уже привыкли. А я скоро вернусь.
– Ты всегда так говоришь. А сама… Ладно. Будь осторожна.
– Буду. Нет, правда буду. Я еще многое хочу увидеть и не тороплюсь к Всесущему.
Первая вылазка Марики была, в сущности, случайным блужданием среди звезд. Из облака она так и не выбралась и не нашла даже подходящей планеты, на которой команда могла бы как следует отдохнуть. В результате, когда они вернулись на звездный корабль, все Помощницы были полумертвыми от усталости.
Как выяснилось, их отсутствия никто не заметил.
Через месяц Марика сделала еще одну попытку – с тем же результатом. В нужном ей направлении облако становилось очень плотным, а звезды – опасными.
Только после шестой вылазки, в конце второго года ее жизни на звездном корабле, Марика обнаружила подходящую для устройства базового лагеря планету. Теперь можно было пытаться лететь дальше. К этому моменту все уже знали об ее отлучках, но Марика постаралась сделать их настолько нерегулярными, что никто не мог предсказать, когда она улетит в следующий раз. Это был скорее вопрос привычки, чем необходимость. Марика давно уже ничего не опасалась со стороны Обитательниц Тьмы. Она выполняла все свои обещания, и силты оставили ее покое.
В середине третьего года Марика пробилась наконец сквозь завесу пыли и впервые увидела, как выглядит небо по ту сторону облака. Зрелище было потрясающее – бесчисленные сверкающие звезды рассыпались по черноте неба. Где‑то они собирались в огромные скопления. Ничего подобного Марика раньше не видела – на ближнем к родной планете краю облака звезд было гораздо меньше. Она вернулась на звездный корабль, потрясенная до глубины души.
У Багнеля даже лапы затряслись от возбуждения, когда он увидел отснятые Марикой кадры.
– Невероятно! – выдохнул он. – Просто потрясающе! Кто бы мог подумать!
– Багнель, ты должен увидеть все это собственными глазами. Я знаю, ты опять будешь говорить, что страшно занят. Это не имеет значения. Ничего не имеет значения. Ты просто обязан полететь со мной и посмотреть на то, что перевернет всю твою жизнь. Помнишь, как мы говорили с тобой, как выйдем в отставку и будем вечно летать среди звезд? Так полетели! Тебе же самому не терпится!
Багнель просмотрел всю пленку заново. Он дрожал крупной дрожью. Но чувство ответственности не позволяло ему просто так взять и бросить работу. Багнель был самым ответственным метом из всех, кого только знала Марика. Прошла неделя, пока он наконец освободился.
Хотя Багнель был без ума от звездного корабля с его тайнами, Марика все же похитила его оттуда. Она посадила торговца на свой жалкий деревянный кораблик и унесла на дальний конец облака. И Багнель полностью оправдал ее ожидания. У него просто дыхание перехватило от восторга, когда он увидел бесчисленные россыпи звезд в океане черного неба. Даже через несколько месяцев он все еще был не в силах описать свои ощущения. Все эти несколько месяцев Марика носу не высовывала с темного корабля. Душа ее по‑прежнему рвалась к звездам, но надо было немного подождать. Все гости с родной планеты должны убедиться, что Марика на месте. А гостей в последнее время становилось все больше, поскольку ученые открывали все новые и новые тайны.
Марика планировала новую вылазку. И на этот раз она не скоро вернется обратно.

Глава двенадцатая

1

– Зря ты затеяла это путешествие, Марика. Но если ты считаешь, что должна лететь, возьми меня с собой.
– В другой раз, Багнель. Этот перелет будет очень дальним. И я не могу взять с собой ни одного фунта лишнего веса.
Грауэл и Барлог так и подпрыгнули.
– Неужели ты и нас хочешь бросить? – спросила Барлог.
– Извини, но на этот раз я действительно полечу без вас. Вместо этого я возьму лишних Помощниц и запас провизии. Не гляди на меня так! Я буду вести себя хорошо и ничего не натворю.
Марика без труда подобрала себе резервную команду. Помощницы из всех общин рвались посетить звездный корабль в надежде полетать немного с Марикой. Те, кому это удалось, были у Повелительниц нарасхват. Каким‑то образом Марика открывала новые каналы в их мозгу, высвобождая скрытую силу. В результате большинство Помощниц избавлялось от характерных для своей касты слабостей, а некоторые даже сами становились Повелительницами.
Время от времени Марике даже приходилось давать отпор силтам, которые хотели, чтобы она всерьез занялась тренировкой Темных Повелительниц.
– Ты можешь себе представить меня в роли наставницы? – спросила она как‑то у Багнеля. – Как тебе понравится, если я всю жизнь буду тренировать команды темных кораблей для разных общин?
Багнель фыркнул.
Итак, Марика отправилась в свой первый дальний исследовательский полет без Грауэл и Барлог. Охотницы были недовольны и обижены.
Наличие запасной команды позволило Марике намного увеличить дальность своих перелетов. Теперь она могла подряд, без привалов, совершить не пять‑шесть прыжков, как раньше, а целых двенадцать. Это дало ей возможность выбраться за пределы пылевого облака и полетать среди бесчисленных звезд, так поразивших ее воображение.
И тут произошло нечто непредвиденное.
Это случилось на выходе из седьмого за день прыжка, у девятнадцатой после выхода из облака звезды. Цель первой экспедиции можно было сформулировать так: отойти от звездного корабля на максимально возможное расстояние. Марику интересовало, надолго ли хватит ее решимости и припасов. Помощницы тоже заразились этой идеей. Их вдохновляло уже одно то, что раньше никто не пытался забраться так далеко. Поэтому, удаляясь от дома, они не падали духом, а, наоборот, радовались достигнутому успеху. И с каждым прыжком испытывали все больший восторг.
Темный корабль вынырнул из Ниоткуда около очередной звезды. Не успев даже восстановить равновесие, Марика почувствовала, что сделала потрясающее открытие.
«Слушайте!»
Все Помощницы разинули рты от удивления.
Пустоту вокруг пронизывало электромагнитное излучение. Но источником его было не солнце. Излучение было искусственным!
Марика легко и быстро отыскала населенную планету. Вокруг нее роем вились искусственные спутники. По всей системе летали какие‑то штуковины – очевидно, корабли. Закрытые корабли вроде тех, которые строят лишенные таланта братья. Марика направила темный корабль к солнцу и одновременно выслала вперед призраков, чтобы прощупать обстановку.
Населявшие систему существа очень походили на пришельцев со звездного корабля.
Марика развернулась и направилась к ближайшему кораблю, на ходу пытаясь прикоснуться к сознанию кого‑нибудь из членов экипажа. Никакой реакции. Эти существа вообще не чувствовали прикосновения!
Марика решила снова нырнуть в Ниоткуда, чтобы одним прыжком подобраться поближе к планете.
Помощницы ответили ей градом прикосновений. Все они передавали одно и то же – умоляли Марику как следует все обдумать и не бросаться головой в омут.
Что ж, разумно. Ведь они почти ничего не знают о пришельцах. Единственный контакт был, мягко говоря, неудачным. Марика полетела своим ходом, осторожно прощупывая дорогу призраками.
Очевидно, эта планета не была для пришельцев родной. Большие пространства необработанной земли и довольно примитивные условия жизни показывали, что это колония – вроде той, что Серк основали на планете у звездного корабля. Чужаков здесь было много, но жили они скученно, в определенных районах. Вероятно, там были наиболее подходящие для их расы условия.
Судя по всему, эта колония была основана лишь несколько десятков лет назад. Кое‑что Марике было хорошо знакомо, но назначение большей части сооружений оставалось для нее загадкой. Марика позволила команде заглянуть в свои мысли, но Помощницы понимали не больше, чем она сама. Естественно – ведь они не изучали информацию со звездного корабля и никогда подолгу не жили в Приграничье.
Все кругом подтверждало предположение Багнеля о том, что пришельцы не только не чувствуют прикосновения, но даже и не подозревают о его существовании, равно как и о существовании темного мира, Сущих и того, что меты называют идеалом силт.
«Они же просто торговцы!» – подумала Марика.
Похоже, что мужчины и женщины у чужаков обладали равными правами. Впрочем, такие вещи трудно определить с помощью одних лишь призраков. Жилища чужаков не отличались особой сложностью – меты без труда могли бы построить нечто подобное. Но были на планете и другие сооружения, не предназначенные для жилья. Что‑то в них напомнило Марике крепости мятежников, захваченные во время последней большой охоты.
Надо бы вступить в контакт с этими существами. Но как?
Внезапно ей стало страшно. Тот же страх мучил сейчас всех Помощниц, отравляя их ауры. Дикарь внутри каждой из них хотел только одного – как можно скорее удрать отсюда. Скрыться от этих монстров. Забыть о странной находке. «Граукен, граукен, граукен!» – причитал внутренний голос.
«Это же глупо! – передала Марика, – Мы что, щенки, чтобы так бояться неизвестного? Нам ли скулить, услыхав непонятные звуки во тьме? Мы же силты! А тьма – время силт».
Силты уже много раз вступали в контакт с разумными существами. Далеко не все звездные миры были необитаемы. И до сих пор все такие встречи проходили благополучно.
Сложность состояла в том, что эти чужаки в отличие от всех предыдущих отнюдь не были дикарями и потому представляли реальную угрозу. Их оружие было столь мощным, что меты и представить себе такого не могли, пока Серк не нашли звездный корабль.
Марика выбрала подходящего призрака и как следует привязала его к себе. Потом она проникла в электронные системы ближайшего корабля, приказала призраку включить систему связи и передала на экран свое изображение. Багнель как‑то говорил, что такое возможно, но Марика еще ни разу не проверяла это утверждение на практике.
Больше она ничего не смогла передать, только подняла пустые лапы, чтобы показать, что у нее нет оружия. Продержав картинку секунд десять, Марика отключилась. Ей и так было невероятно трудно одновременно передавать изображение, управлять темным кораблем и следить за тем, что происходило вокруг.
Отдохнув немного, Марика послала к чужакам второго призрака, просто чтобы посмотреть на их реакцию. Чужаки не на шутку разволновались.
Она подплыла уже довольно близко к их кораблю, но до сих пор никто ее не заметил. Деревянный корабль был невидим для радаров – так же как и в случае с братьями.
Помощницы умоляли ее вернуться. Они уже досыта нагляделись на чужаков и не хотели для себя судьбы пришельцев со звездного корабля.
Но Марика не стала их слушать. Она поймала очередного сильного призрака и проникла в центр управления кораблем пришельцев. Если они впадут в панику и попытаются напасть на темный корабль, ее призрак успеет первым нанести удар. Чужаки опять ничего не заметили.
Марика подлетела еще ближе. Уж теперь‑то ее не смогут не увидеть! Когда призрак сообщил Марике, что это произошло, она приветливо помахала чужакам. И еще раз показала им пустые лапы – в знак добрых намерений. Интересно, заметят они винтовки за плечами у нее и у всей команды? А если да, то что они подумают?
Чужаки вообще не понимали, что им думать. Они тыкали пальцами в экраны, что‑то лепетали, спорили… Их корабль выбросил пучки электромагнитного излучения.
Марика попыталась прикоснуться к сознанию кого‑нибудь из пришельцев. Она перебирала один мозг за другим, но все они были наглухо закрыты. Наконец ей удалось обнаружить щенка лет трех‑четырех от роду. Ему‑то она и передала свое сообщение:
«Я – Марика. Я пришла с миром. Мы уже давным‑давно ищем вас, потому что много лет назад обнаружили один из ваших космических кораблей».
И она передала изображение изуродованного корабля, особо подчеркнув опознавательные знаки. Марика и не рассчитывала, что щенок поймет что‑нибудь, кроме дружелюбного тона ее послания, но надеялась, что опознавательные знаки все же привлекут чье‑нибудь внимание. Она попыталась внушить малышу, что сообщение нужно обязательно передать кому‑нибудь из взрослых.
Затем она прервала контакт и продолжила наблюдение. Чужаки объявили боевую тревогу, но ничего пока не предпринимали. Марика тоже выжидала, стараясь не шевелиться чтобы не испугать их. Мысленно она снова прикоснулась к растерявшемуся щенку.
На этот раз малыш передал взрослым ее сообщение, которое они тут же объявили чепухой. Тогда Марика убедила щенка нарисовать картинку.
Это была нелегкая задача. Щенки мет в этом возрасте гораздо лучше умеют управляться с собственными лапами. Но в конце концов им все же удалось совместными усилиями набросать контуры звездолета и изобразить на его корпусе все опознавательные знаки. Марика попросила щенка показать картинку взрослым.
Мужчина, которого Марика мысленно назвала Повелителем Корабля, внимательно изучил картинку. Марика решила, что хотя бы часть ее послания должна наконец дойти до адресата. Она снова махнула лапой, собрала призраков и нырнула в Ниоткуда. Теперь она спешила домой и отдыхала, только когда у команды не оставалось больше сил.

2

– Так ты действительно нашла их? – спросил Багнель.
– Да. Я нашла колонию вроде той, что у нас на этой планете. Но они явно собираются сделать ее своим домом.
– Это, наверное, страшно далеко. Тебя так долго не было, что я уже начал волноваться. Ты искушаешь Всесущего. Без тебя тут были посетители, и их наверняка соблазняют возможности, связанные с твоим отсутствием.
– Они знают, что этому искушению не следует поддаваться. Багнель, ты не представляешь себе, в каком я восторге!
– Вижу.
Судя по выражению лица, торговец восторга Марики не разделял.
– Чужаки совсем не враждебны. Они просто очень удивились. Не знаю, встречались ли они раньше с разумными расами, но таких, как мы, явно не видели. Похоже было что они не верят собственным глазам.
– Как ты думаешь, прилетят они сюда?
– А кто их знает? Приманку я оставила, но результат пока неизвестен. Удалось вам понять их язык?
– На примитивном уровне. Например, мы расшифровали твою любимую запись. Перевели почти все, что говорит это существо, но толку с этого мало. Запись действительно является посланием к тем, кто найдет этот корабль. Подразумевается, что вся информация находится в памяти корабельного компьютера, но мы не можем извлечь ее, не зная секретного кода, а как его подобрать, мы тоже не знаем. Книги, которые мы нашли, все до одной оказались техническими справочниками. Это очень ценная находка, но расшифровать их еще труднее, чем записи. Возникло даже предположение, что книги написаны совсем не на том языке, на котором говорит существо с пленки.
– Может, у них тоже есть секретные языки? Как у наших братьев?
– Непохоже на то, Марика. Принципиальная трудность состоит в том, что никто из нас никогда не учился тому, чем здесь занимается. Поэтому приходится действовать методом проб и ошибок. А это очень медленный процесс. К тому же язык, с которым мы имеем дело, неоднозначный, Мы обнаружили в нем множество слов, которые пишутся совершенно одинаково, но имеют разные значения. Кроме того, там есть слова, которые одинаково звучат, хотя пишутся по‑разному. Поэтому не всегда удается угадать, что же они хотели сказать.
– Ясно.
– Что, твой восторг начинает улетучиваться?
– Нет. Этого уже никогда не случится. Мы открыли ворота в будущее, Багнель! Вскоре у нас не будет отбоя от Темных Повелительниц из всех общин, жаждущих увидеть все своими глазами.
– Знаю. И мне это совсем не нравится.
– Как так?
– Силты всегда останутся силтами, Марика.
– Что ты хочешь этим сказать?
– А то, что сейчас начнется все то же самое. Темные корабли стаями начнут слетаться в звездную систему чужаков, чтобы первыми установить контакт и обратить все выгоды в пользу своей общины.
– Нет. На этот раз все будет по‑другому. Сам Всесущий сделал подобный путь невозможным. Чтобы попасть к пришельцам, нужно долго пробираться среди бесчисленных звезд. Ни у одной силты, кроме меня, не хватит на это ни силы, ни умения. Все мои Помощницы это подтвердят. Но даже если такая силта и существовала бы, все равно дорогу знаю только я. Помощницы не запомнили последовательность звезд – они просто не умеют этого делать.
Багнель все еще сомневался.
– Поверь мне! Можешь считать это случайностью или подарком Всесущего, но местонахождение чужаков – действительно мой секрет. И если сестричества хотят принять участие в установлении контакта со всеми его возможными последствиями, они сильно заинтересованы в том, чтобы я была жива. Можешь упомянуть это в одном из своих отчетов. На случай, если кто‑нибудь сам не догадается.
– Естественно, – ухмыльнулся Багнель. – Играешь в свои игры со всеми метами, а, Марика?
– Со всеми Верховными жрицами. Иногда мне просто нравится вертеть ими, как я хочу. Только никому об этом не рассказывай!
– Зачем? Все и так знают. Куда ты теперь, Марика? Обратно к этим чужакам?
– Конечно. Но не прямо сейчас. Я тебя предупрежу. Я хочу, чтобы ты подготовил небольшое сообщение на их языке.
– А нельзя ли мне полететь с тобой?
– Что это на тебя нашло? Искать приключений – в твои‑то годы?
Багнель сделал вид, что оглядывается:
– С кем это ты?
– Здесь нет никого, кроме нас с тобой, старик. Конечно, ты можешь лететь со мной! Я надеялась только, что ты сам этого попросишь. Не хотелось настаивать. Это будет наш самый грандиозный полет! Когда‑нибудь о нем напишут поэму.
– Плевал я на поэмы. Поэмы – это для силт. Я просто хочу своими глазами увидеть этих пришельцев. Хочу дотронуться до них, почуять их запах.
– Лучше бы ты придумал, как нам с ними разговаривать.
– На примитивном уровне это будет сделать проще, чем ты думаешь. Если ты сможешь перевезти туда все необходимое оборудование. Променяешь одну из Помощниц на оборудование?
– Нет пока. Слишком далеко лететь.
– А если ты найдешь путь покороче?
– Нет. Я даже и пытаться не буду. Пусть все знают, что путь только один, и тот – у меня в голове. Если потребуется перевозить большие грузы, займем у Редориад «Всадника ночи».
– То‑то они обрадуются!
– Пусть. Редориад уже много лет недовольны, и меня это не волнует. Они заслужили подобное обращение. Извини, я пойду. Надо навестить Грауэл и Барлог и немного пригладить им шерсть. Она у них дыбом стоит с тех пор, как я улетела одна. Представляешь, какое важное событие они пропустили – как тут не обидеться! Впрочем, будь это просто исследовательская вылазка, они злились бы ничуть не меньше. Этих двоих мне ни за что не обыграть.
– Тебе бы…
– Даже и не предлагай. Они – моя стая. Проклятие, да они мне все равно что матери, Багнель! И сколько мы с тобой знакомы, у меня не было иной матери.
– Ладно, иди. Не буду даже притворяться, что разбираюсь в ваших взаимоотношениях.
– А мы и сами не разбираемся. Но они помогают нам выжить.

3

Прошел год, прежде чем Марика осмелилась во второй раз посетить мир чужаков.
В результате ее открытия перегрызлись между собой все общины Обитательниц Тьмы. Пока распри продолжались, Марика не покидала звездный корабль. Надо было охранять уже имеющееся сокровище. Весь год она лишь удивленно качала головой, не в силах поверить, что взрослые силты могут вести себя подобным образом, что они будут так упорно цепляться за старое, вместо того чтобы адаптироваться к стремительно меняющейся реальности.
Когда Марика сообщила Багнелю, что готова к путешествию, он ей не поверил.
– Я начну укладывать вещи лишь в тот момент, когда ты войдешь в шлюз.
– На этот раз я говорю чистую правду.
Перед этим она объявляла уже несколько ложных тревог, отменяя полет буквально в последнюю секунду.
– Вроде бы сейчас нет никаких интриг ни здесь, ни дома.
Несмотря на огромное расстояние, отделявшее звездный корабль от дома, Марика все же ухитрялась руководить небольшой группой по борьбе с мятежниками. Силты из этой группы и сообщали ей обо всех заговорах.
– На этот раз я действительно полечу.
Багнель посмотрел на нее с сомнением.
– Нет, серьезно, – повторила Марика. – У меня все под контролем. Здесь я оставлю Грауэл и Барлог. А в других местах все вроде бы заняты своими делами. Так мне что, лететь без тебя?
– Шутишь? Попробуй. Ты обнаружишь, что твой корабль привязан и второй конец веревочки у меня в лапах.
Багнель со своим снаряжением настолько перегрузил темный корабль, что даже Марике пришлось нелегко. Она выкладывалась как никогда – и с удовлетворением обнаружила, что все еще не исчерпала своих резервов. Она, как и Помощницы, все время открывала в себе новые возможности.
И тем не менее, когда они добрались до звезды чужаков, Марика вовсе не была уверена, что сумеет без отдыха совершить обратный перелет.
Хотя со времени ее предыдущего визита прошло уже довольно много времени, пришельцы были настороже. Возможно, впрочем, что они ожидали еще каких‑нибудь непрошеных гостей. Как бы там ни было, Марику засекли почти сразу, несмотря на то что ее корабль был деревянным. Навстречу летающему кинжалу устремились звездные корабли. Марика выслала вперед целую стаю призраков, чтобы узнать настроение чужаков.
Полученная от призраков информация сильно огорчила ее. Чужаки сильно нервничали и все как один были испуганы. На всякий случай Марика собрала побольше призраков, чтобы иметь возможность быстро ускользнуть в Ниоткуда. После этого она направила темный корабль прямо к планете. Звездные корабли чужаков окружили ее со всех сторон. Надо сказать, им было довольно трудно сохранять этот строй, поскольку в маневренности они намного уступали темному кораблю.
Марика вывела темный корабль на околопланетную орбиту и остановилась, чтобы старшая Помощница могла пустить по кругу кубок с золотистым напитком. Теперь она по крайней мере хоть убежать сможет, если что‑то пойдет не так.
Но все же было бы гораздо легче, если бы перед обратной дорогой удалось немного отдохнуть.
Марика повнимательнее осмотрела звездные корабли и прикинула, сколько различных видов оружия нацелено сейчас на нее. Спокойствия ей это не прибавило. Она попробовала прикоснуться к сознанию чужаков, но не смогла этого сделать. Все существа были взрослыми, насмерть перепуганными вокторами.
По всей системе легкие кораблики стаями слетались под прикрытие.
Но почему? Неужели все они испугались одного‑единственного темного корабля? Может, эти чужаки уже встречались с силтами и успели испугаться? Или они каким‑то образом узнали о судьбе потерянного звездного корабля?
Марика мысленно потянулась к границам звездной системы. Да, все в порядке, вот он. Огромный сгусток черноты охранял выход в межзвездную бездну. Судя по всему, в каждой звездной системе, где обитали разумные существа, был свой Великий Темный. Марика легонько погладила страшного монстра, чтобы в случае надобности он побыстрее откликнулся.
Потом она обернулась к Багнелю. Пора было выходить на связь.
Багнель возился со своим коммуникатором, пока она наконец не потеряла терпение и не приказала самой сильной из резервных Помощниц занять место Повелительницы корабля. Та попыталась отказаться. Она уже имела опыт управления кораблем, но не хотела делать это в присутствии потенциального врага. Марике пришлось настаивать.
Она подошла к Багнелю:
– В чем проблема? Почему они не отвечают?
– Я еще не знаю. То ли просто не хотят, то ли я не могу подобрать нужную частоту. Непонятно, почему это так трудно. Пока я вызываю их в диапазоне частот, применявшемся на погибшем корабле.
Марика отправила одного из своих призраков на ближайший корабль. Все чужаки буквально прилипли к экранам.
– Тебе удалось привлечь их внимание. Может, они просто не хотят отвечать. Не меняй частоту.
Багнель скорчил гримасу. Он был до смерти перепуган.
– Сейчас мне кажется, что я совершил ошибку, отправившись с тобой сюда. Одно дело болтать об этом и совсем другое – испытать все на собственной шкуре. О, смотри! Что‑то появилось!
Крошечный экран его коммуникатора внезапно замерцал. На нем появилось изображение существа женского пола. Из микрофона донесся слабый писк.
– Ну, крути свою запись!
– А ты иди повелевай кораблем, Марика, – огрызнулся Багнель. – Не лезь. Я сам справлюсь со своей работой.
– Извини, – сказала Марика. Но спокойствия ей этот диалог не прибавил.
Возможно, этот контакт – один из величайших моментов во всей истории мет. Успех или неудача его целиком и полностью зависят от Марики – и вместе с тем она ничего не может поделать. Если у чужаков не выдержат нервы…
Багнель запустил свою запись. Начиналась она с короткого письменного заявления о мирных намерениях темного корабля. В течение десяти минут это сообщение повторялось несколько раз, а потом включалась копия записи, оставленной пришельцами с погибшего корабля.
Все время передачи Марика с помощью призрака внимательно следила за командой ближайшего корабля. Чужаки явно реагировали на сообщение, но совсем не так, как ей хотелось. Что поделаешь, на то они и чужаки. Странно было бы ожидать от них такой же реакции, как от мет.
Запись кончилась. В ту же секунду Багнель получил ответ. Но прочитать его не успел. Тогда он попросил чужаков отвечать помедленнее и запросил разрешения на посадку. Но разобрать ответа снова не смог. Пришлось ему еще раз повторять свою просьбу.
На этот раз ответ пришел в виде карты, на которой место посадки было отмечено красным пульсирующим пятнышком. Марика отыскала указанную местность на поверхности планеты. Им предлагалось сесть в голой пустыне возле одного из самых больших подземных сооружений.
Неприятное место. Весь район провонял сильным электромагнитным излучением. Кроме того, повсюду были спрятаны бомбы вроде тех, что уничтожили Телле‑Рей. До цели их должны были доносить огромные ракеты.
Марика начала всерьез сомневаться, стоило ли вообще вступать в контакт с этими существами.
Но с другой стороны, они не умеют использовать Сущих и даже не подозревают о существовании темного мира. И если худшие подозрения Марики оправдаются, она просто призовет Великого Темного. Марика снова прикоснулась к черному гиганту и приручила его на случай, если придется все же прибегнуть к его помощи.
– Садимся. Багнель, попробуй все‑таки понять, что они там говорят.
Марика вернулась на место Повелительницы, снова взяла на себя управление кораблем и начала медленно спускаться вниз. Звездные корабли следовали за ней, пока темный корабль не вошел в атмосферу. После этого они развернулись и улетели прочь.
Некоторое время Марика летела в одиночестве. Но на высоте около ста пятидесяти тысяч футов появились самолеты. Вскоре они окружили корабль со всех сторон. Багнель с благоговейным ужасом разглядывал эти машины. Они совсем не были похожи на привычные ему аэропланы. Длинные, стройные, с длинными узкими крыльями, закрепленными в задней части фюзеляжа и направленными почему‑то вперед, они были похожи на боевые трезубцы. Каждый из странных самолетов был вооружен ракетами.
Марика тоже была поражена. У мет действительно не было ничего подобного.
Спустившись до высоты в пятьдесят тысяч футов, Марика снова принялась разглядывать посадочную площадку. Там уже собралась огромная толпа вооруженных чужаков. Часть из них явно вылезла из‑под земли. Похоже, она все‑таки ввязалась в какую‑то авантюру.
Перед тем как посадить темный корабль на землю, Марика несколько секунд провисела в воздухе, выжидая, не бросится ли на нее вся эта толпа. Но окружившие темный корабль чужаки явно соблюдали дистанцию и не пытались направить на нее оружие. Марика сочла это хорошим знаком.
«Не снимайте винтовки с плеча, – передала она Помощницам. – Я попробую прикрыть нас через темный мир. Но и вы тоже соберите призраков для защиты. Багнель, поосторожнее с переговорами. Не рассказывай им ничего просто так. Требуй что‑нибудь взамен».
Меты и чужаки молча смотрели друг на друга. Наконец один из хозяев шагнул вперед – вероятно, их предводитель. Марика не могла не удивиться, обнаружив, что это мужчина. Чужак подошел поближе и протянул вперед пустые ладони.
Марика в ответ подняла обе лапы, потом указала на Багнеля. Тот отложил в сторону коммуникатор и вытащил из кармана перо и бумагу.
– Ты хорошо выучил их язык? – спросила Марика. Она и сама знала, что плохо, но хотела сказать хоть что‑нибудь, чтобы дать выход эмоциям.
– Не слишком. Я не знаю даже, тот ли это язык. То, что я здесь слышу, совсем не похоже на речь пришельцев с погибшего корабля.
Марика с трудом удержалась, чтобы не дернуть ушами. Впрочем, чужаки все равно ничего бы не поняли.
Старший из чужаков внимательно изучил то, что написал Багнель, нахмурился, подозвал второго чужака. Они о чем‑то поговорили, после чего второй чужак написал что‑то на своем листке бумаги и протянул Багнелю. Багнель непонимающе уставился на листок.
– Похоже, возникли проблемы, Марика.
– Что такое?
– Я почти уверен, что эти чужаки не знают языка наших пришельцев. Или, быть может, я говорю на нем совсем не так. Но если я правильно понял, о чем идет речь в этой записке, то наш звездный корабль принадлежал их врагам.
– Это очень плохо?
Багнель пожал плечами.
– Объясни им, что мы не враги. Попытайся сказать, что мы вообще не понимаем, что это такое – «враг». И еще скажи, что мы никогда не видели пришельцев со звездного корабля живыми.
– Это очень трудно на моем уровне.
– Но ты же гений!
– Хотел бы я обладать твоей уверенностью.
– Я знаю, ты сможешь это сказать.
– Я попробую. Но больше ничего обещать не могу.
– И еще скажи, что все эти их железяки действуют мне на нервы. Объясни им, кто я такая.
– И ты думаешь, они поймут?
– Нет. Но если ты сделаешь все правильно, это может произвести на них впечатление.
– Ты слишком многого от меня хочешь.
Багнель взял перо и принялся что‑то писать чудными, похожими на кирпичики буковками. Записав несколько предложений, он отрывал листок бумаги и отдавал его чужакам, а сам писал на следующем листке.
– Я им заодно объясняю, кто я такой.
– Естественно.
Дело шло очень медленно. Странного цвета солнце заметно изменило свое положение в небе. А ведь оно еле ползло, поскольку этот мир вращался вокруг своей звезды совсем не так быстро, как родная планета мет. Впрочем, за последние годы Марика вообще отвыкла от солнца. Много ли рассветов встретила она дома за последние двадцать лет?
Помощницы явно успокоились. Некоторые из них слезли с темного корабля и принялись бродить вокруг.
«Эй, осторожнее! – передала Марика. – Не позволяйте этим существам отрезать вас от корабля!»
Помощницы все разом отреагировали на предупреждение. Чужакам это наверняка не понравилось.
– У них к нам куча вопросов, – сказал Багнель. – В основном их интересует, как мы ухитряемся летать в Пустоте без защиты.
– Нас тоже много что интересует, – сказала Марика. – Избегай прямых ответов. Расспрашивай лучше про них. Мне кажется, тут не все чисто.
– Я так и делаю, Марика. Я же не дурак! Но и они совсем не глупы. По‑моему, они тоже решили избегать прямых ответов.
Марика глухо заворчала. Ситуация нравилась ей все меньше и меньше.
«Отдыхайте! – передала она Помощницам. – Возможно, нам придется удирать отсюда».
Что‑то тут было не так. И это «что‑то» почти не имело отношения к природе их странных хозяев.
Марика пожала плечами. Возможно, она просто все это выдумывает. Пока Багнель продолжал заниматься своим делом, она вернулась на корабль, вытащила из ящика под центральной площадкой оборудование для фотосъемки и принялась фотографировать чужаков.
Почему‑то это привело их в сильное возбуждение. Кто‑то громко закричал, а все остальные принялись размахивать оружием.
– Послушай, Багнель, что это с ними стряслось?
– Я именно это и пытаюсь выяснить. Не мешай.
Примерно через минуту он сообщил:
– Они не хотят, чтобы ты их фотографировала.
– Но почему? Они же нас фотографировали!
Багнель быстро написал еще одну записку и прочел ответ. Судя по всему, это уже не вызывало у него таких затруднений, как вначале.
– Они говорят, что это секретный объект. И не хотят, чтобы мы увезли отсюда фотографии.
– А!
Марика уселась на крыло темного корабля и задумалась. Что бы все это значило?
– Багнель, что ты сам о них думаешь?
– Сам пока не знаю. Мне кажется, они что‑то скрывают. Как, впрочем, и мы. Еще мне кажется, что неприятностей от них будет больше, чем пользы. Я пытаюсь сохранять объективность, Марика, но эти существа нравятся мне все меньше и меньше.
– Да. Чем‑то тут воняет. Здешняя аура напоминает мне о подземных сооружениях мятежников. Ты когда‑нибудь спускался в одно из таких… Ох, нет. Конечно, нет. Похоже, мы совершили ошибку. Не надо было вступать с этими чужаками в контакт, не приглядевшись к ним как следует. Ладно, продолжай болтать. Посмотрим что из этого выйдет.
– Мне что, тянуть время?
– Да. Но постарайся узнать все, что сможешь. Нам с Помощницами нужно отдохнуть.
Марика снова прикоснулась к Помощницам и приказала им отдыхать. Все силты вернулись на корабль, улеглись около своих мест и, проделав несколько расслабляющих упражнений, крепко уснули. Марика дремала вполглаза предоставив Багнелю самому разбираться с ситуацией.
Солнце наконец‑то село. Теперь посадочная площадка была залита ярким искусственным светом. Часть любопытных куда‑то ушла, их место заняли другие. Но оружия не убавилось. Марика дремала, время от времени просыпаясь. Багнель героически продолжал общаться с теми же двумя чужаками. Они понимали друг друга все лучше и лучше.
Вскоре после рассвета Марика спросила:
– Ну что, узнал ты что‑нибудь важное?
– Эти чужаки – что‑то вроде мятежников. Они несколько раз пытались объяснить, но мне этого просто не понять. У них с другими чужаками что‑то вроде кровной мести, но почему‑то к ней имеют отношение абсолютно все. Независимо от личного мнения. Чем‑то все это похоже на нашу ситуацию с Серк. Одна группа пытается отнять у другой какие‑то территории. Но их мотивы кажутся мне полной бессмыслицей.
– Я и не думала, что мы сможем понять подобные вещи. Еще что?
– Насколько я понял, структура их общества не включает в себя таких образований, как наши сестричества, союзы братьев или даже касты крепостных мет. По образу мыслей они напоминают тех братьев, которые последовали в изгнание вслед за Серк. Вероятно, наши мятежники «заразились» таким способом мышления, когда попали на звездный корабль.
– Что‑то в этом роде мы и подозревали.
– Они понятия не имеют о Всесущем, прикосновении, других талантах силт. Более того, они считают все это выдумками. Так что я ничего не разболтал, упомянув о существовании ваших умений, – чужаки все равно отказывается верить в их существование. Говорят, что это суеверие, или даже обвиняют меня во лжи. Они уверены, что мы каким‑то образом превосходим их технически.
– Что их интересует в нашем звездном корабле?
– Он принадлежал их врагам. Они даже подозревают, что враги послали этот корабль, чтобы найти, где они прячутся. Но сам корабль их нисколько не интересует. По их меркам, он пропал очень давно. Зато их интересуем мы. Они никогда еще не встречались с высокоразумными существами, способными путешествовать в космосе. По‑моему, они хотят привлечь нас на свою сторону.
– Не сомневаюсь. Серк тоже попытались бы завербовать их. Но меня подобные предложения не интересуют. Особенно если эти чужаки – действительно мятежники. Нам пора улетать, Багнель. Я совершила ошибку. Я не хочу общаться с этими существами. Надо искать где‑то еще. Что они рассказали тебе о своих врагах?
– Почти ничего. Они все время уходили от ответа на этот вопрос.
– По вполне понятным причинам.
Марика прикоснулась к спящим Помощницам, разбудила их, велела самым сильным занять свои места. Старшая помощница достала кубок с золотистым напитком. Смертельно уставший Багнель продолжал писать и читать записочки.
– Пристегнись как следует, Багнель, – сказала ему Марика. – Ты устал, а мне сейчас, возможно, придется маневрировать.
– Они хотят знать, что это мы делаем, Марика.
– Вырази свое сожаление. Скажи им, что мы ошиблись и контакт этот нам не нужен. Объясни, что мы не намерены ввязываться в чужую войну. Скажи, что мы летим домой. Сразу возвращайся на корабль и как следует привяжись.
Марика протянула Багнелю серебряный кубок и дала отхлебнуть маленький глоточек. Потом она залпом прикончила то, что осталось в кубке, и заняла место Повелительницы корабля.
«Привяжитесь как следует!» – передала она Помощницам.
Багнель дописал свою последнюю записку и быстро вскарабкался на свое место на центральной площадке. Чужаки все еще ничего не понимали. Марика подняла темный корабль в воздух.
Чужаки закричали, забегали и замахали лапами. Жесты их явно были угрожающими. Но Марика не обращала на это никакого внимания.
Кто‑то вскинул странного вида ружье и выстрелил. Тонкий луч прошел довольно далеко от темного корабля. Марика увеличила скорость.
Но самолеты чужаков поднимались быстрее ее темного корабля. На высоте пятьдесят тысяч футов они ее догнали. У Марики не было никакого желания уворачиваться от них. Она послала призрака остановить моторы. Самолеты, кувыркаясь, полетели вниз. Пилоты выпрыгнули наружу и спустились на парашютах. Тогда чужаки запустили несколько ракет. Марика была готова и к этому. Она остановила ракеты задолго до того, как они приблизились к темному кораблю. После нескольких неудачных запусков чужаки поняли, что это бесполезно.
Но навстречу ей уже мчались звездные корабли. Марике не хотелось никого убивать, но эти существа твердо решили остановить ее. А этого она допустить не могла.
Марика дотянулась прикосновением до Великого Темного и приказала ему приблизиться. Огромный монстр никогда раньше не сталкивался с силтами. Он вырывался и дергался, но все‑таки выполнил приказ. Марика крепко держала его, пока звездные корабли не открыли огонь.
Три из них замолчали через пятнадцать секунд. Марика сменила курс.
Багнель не выпускал из лап коммуникатора. Он все еще пытался убедить чужаков, что меты не желают им зла и хотят только вернуться домой и навсегда забыть об этой встрече.
Чужаки явно задумались. Великий Темный произвел большое впечатление на их командование. Пока они думали, Марика успела отойти подальше от планеты и собрать достаточно призраков для прыжка. Багнель все еще извинялся за то, что они совершили в порядке самозащиты, когда темный корабль нырнул в Ниоткуда.

Глава тринадцатая

1

Чужаки со своим оружием остались позади. Но беды на этом не кончились.
Обратный путь был таким тяжелым, что даже Марика временами начинала сомневаться, доберутся ли они живыми до звездного корабля. Когда же они все‑таки добрались, выяснилось, что кто‑то пронюхал об отсутствии Марики и попытался им воспользоваться.
Марика едва держалась на ногах, а у выхода из шлюза ее уже ждали Грауэл и Барлог. После нападения прошло несколько дней, но охотницы все еще были в ярости. Перебивая друг друга, они принялись рассказывать Марике, что произошло.
– Кто‑то попытался застать нас врасплох. Мы даже и не знали, что происходит, пока меты не начали гибнуть один за другим. Мы пытались отстреливаться, но если бы не силты – в смысле, гости… К счастью, они нам помогли. Вместе нам удалось отбить атаку. Но с трудом. С нашей стороны погибло не меньше пятидесяти мет. Мы еще не всех сосчитали.
– Вы молодцы, – сказала Марика и прислонилась к стенке, чтобы не упасть. – Но зачем вам понадобилось продолжать стрелять, пока вы не разнесли их темный корабль в щепки? Как я теперь узнаю, кто это был, – знаков‑то не видно!
Обломки темного корабля нападавших все еще болтались вокруг, но Марика тщетно пыталась найти хотя бы маленький кусочек со знаком общины.
Лица охотниц выражали все что угодно, кроме раскаяния.
– А мы и так знаем, кто это был. Мы видели их колдовские знаки. На нас напали Серк.
– Серк? Вы, должно быть, ошиблись. Может, кто‑то нарочно принял вид Серк? Ведь их больше нет…
– Скажи это погибшим братьям, силтам и вокторам. Это были Серк, Марика.
– Или кто‑то, кто выдавал себя за Серк, – настаивала Марика. – Не понимаю только, кто бы это мог быть?
– Неплохая, конечно, хитрость, – сказала Грауэл. По одному только тону охотницы было ясно, что она ничуть не верит этому предположению.
– Но какая же община, пусть даже под видом Серк, стала бы убивать всех без разбору? Все, кроме них, хотели бы получить звездный корабль со всем содержимым, включая разум тех мет, которые вот уже несколько лет копаются в его секретах. Разве не так?
– Боюсь, что так. Просто мне очень не хочется снова встречаться с призраками прошлого.
Сколько сестер Серк ускользнуло от них тогда? «Звездный странник» и один‑два темных корабля. Не больше. Но с тех пор прошло много лет. Даже она, Марика, забыла о существовании Серк. Все они давным‑давно состарились и скоро вообще перестанут быть опасны. Да, но если нападавшие действительно были Серк, значит, они продолжают поддерживать контакты с кем‑то на родной планете. Как иначе они пронюхали бы о ее отсутствии?
«Мне надо вернуться домой, – думала Марика. – То, что мы узнали о чужаках, достаточно важно, чтобы стоило рассказать об этом общинам. И мне в самом деле надо посмотреть, что там происходит с мятежниками. Я ведь не поймала Каблина. И он наверняка не сидел сложа лапы. Но как же я полечу? Стоит мне покинуть звездный корабль, и все это может случиться опять».
Багнель о чем‑то тихо беседовал с одним из своих товарищей. Когда он повернулся к Марике, ей показалось, что у него на глазах слезы.
– Боюсь, что это наша последняя вылазка к звездам, Марика. Я потерял тридцать своих лучших метов. Оставайся я здесь, этого могло бы не произойти. Я больше не покину этот корабль. Никогда. Пока меты остаются метами, а силты – силтами, это… Как по‑вашему называется ритуальное самоубийство? Калерхаг? Так вот, это будет чистейшим калерхагом. Я слишком стар, чтобы бегать среди снегов, когда граукен хватает меня за пятки.
Марика кивнула. Она взяла себя в лапы, прогнала прочь усталость и быстрым шагом удалилась. Добравшись до своей комнаты, она заперла дверь и открыла душу Всесущему.
Никогда еще она так долго не пребывала в этом состояли. Но, вернувшись в телесную оболочку, Марика не рухнула без сил, а отправилась искать Грауэл и Барлог.
– У меня к вам поручение, – объявила она. – Трудное поручение. Можете отказаться, если хотите.
Охотницы выжидательно смотрели на нее. Энтузиазма в их взглядах не наблюдалось.
– Я хочу, чтобы вы сопровождали Багнеля в его путешествии домой. Он доложит о нашей встрече с чужаками и наберет новых братьев взамен убитых. Присмотрите за ним. Оцените обстановку на планете. В особенности это касается Колдуна.
Лицо Барлог оставалось непроницаемым как камень. Грауэл слегка оскалила зубы. Охотницы явно не были в восторге.
– Мне некому доверять, кроме него. А посылать его без защиты я боюсь.
– Ясно, – проворчала Грауэл.
– Как прикажешь, Марика, – сказала Барлог.
– Я не приказываю. Я прошу. Если хотите, вы можете отказаться.
– Разве? Как бы это? Мы – твои вокторы и обязаны лететь, если ты этого хочешь.
– Я предпочла бы встретить большее понимание с вашей стороны, но придется обойтись тем, что есть. Пойду соберу команду и поговорю с Багнелем. Уверена, что он, как и вы, не будет в восторге. Но отправляться вам надо как можно скорее. Время может иметь решающее значение.
С Багнелем Марика провозилась довольно долго, хотя сама шаталась от слабости. Сначала его надо было убедить – торговец упирался гораздо сильнее, чем охотницы, – а потом обговорить с ним все детали предстоящей поездки.
– Ты прекрасно справишься, – заявила она, когда Багнель в последний раз попытался сослаться на свою некомпетентность.
– Прекрасно или нет, лететь я все равно не хочу. У меня здесь полно работы. Ты видела, что они сделали с моими метами?
– Я знаю, Багнель. Я все знаю. И думаю, что тебе лучше самому подобрать замену погибшим и привезти сюда новичков. Тогда вы сможете быстрее исправить то, что испорчено. Ты уже согласился лететь. Так лети и не пытайся заставить меня изменить свое решение.
– Ладно. Уговорила. Может, ты все‑таки отдохнешь, Марика? Еще немного, и ты свалишься прямо посреди коридора.
– Отдохну. Скоро отдохну. Но сначала мне надо сделать еще одно дельце.
Марика собрала всех Помощниц, сопровождавших ее в последней вылазке. Они почти не отдохнули, хотя в отличие от нее успели немного поспать. Марика рассказала, что от них потребуется, и предложила самой сильной Помощнице взять ее собственный темный корабль. Лететь вызвались все, несмотря на то что прыжок через Ниоткуда с неопытной Повелительницей – дело довольно опасное. Но все эти меты по нескольку лет не были дома. Им очень хотелось побывать на родной планете. В результате команда чуть не перессорилась, решая вопрос, кто же все‑таки полетит.
– Вы все полетите, – успокоила страсти Марика. – Какая разница? Вас шестеро, а команда состоит из четырех силт. Что я буду делать с оставшимися двумя?
С этим доводом все согласились, и Марика смогла наконец пойти себе в комнату и отдохнуть.
Вышла она оттуда очень и очень нескоро.

2

Марика прекратила встречаться с кем бы то ни было, особенно с силтами, изредка навещавшими звездный корабль. После того, что произошло в ее отсутствие, она просто видеть их не могла. Мало кто из силт верил, что нападавшие действительно были Серк. Большинство общин с подозрением косились друг на друга в полной уверенности что виноват кто‑то из своих.
А Багнель все не возвращался и не возвращался. И чем сильнее он задерживался, тем больше нервничала Марика. Она даже подумала было взять темный корабль и одной отправиться за ним. Но это было бы чистым безумием. Никто не может пролететь такое расстояние в одиночку.
Нет, конечно, Марика могла добраться до соседней звезды и без команды. Но после каждого прыжка ей необходим был длительный отдых, а большинство звезд на пути домой не имели пригодных для жизни планет. Более того, на такой отдых уйдет слишком много времени. Багнель, Грауэл и Барлог со своей слабой Повелительницей десять раз успеют вернуться, пока Марика будет ковылять от звезды к звезде.
Среди ночи Марику растолкала какая‑то отважная силта. Марика даже рычать на нее не стала. Раз уж ее посмели разбудить, значит, случилось что‑то действительно ужасное.
– Что такое?
– Из Ниоткуда вынырнул темный корабль, госпожа. Ваш корабль. И он терпит бедствие.
Марика сорвалась с места.
– Немедленно вышлите…
– Мы уже выслали на помощь все темные корабли, госпожа. Скорее всего, нам удастся спасти вашу команду. Чудо, что они вообще долетели. У них осталось всего две Помощницы.
Марика сумела успокоиться только с помощью традиционных силтских упражнений. Со времен своего послушничества она почти ни разу не прибегала к этому средству. Она тихонечко прикоснулась к своему пострадавшему кораблю, стараясь не испугать Повелительницу. Та была слишком неопытна, чтобы отвечать на прикосновение в таком состоянии.
Темный корабль был поврежден. Летел он еле‑еле – Повелительница с трудом удерживала равновесие. На борту не было ни Багнеля, ни Грауэл. Не хватало и трех Помощниц. Барлог без сил лежала на центральной площадке. Судя по всему, она была ранена. Корабли спасателей уже проскочили через Ниоткуда и сейчас приближались к цели. Марика оставалась рядом, пока не убедилась, что всех четырех мет благополучно перевели на другие корабли.
Ее корабль искалечен. Единственный в мире космический темный корабль из дерева – такой ни с чем не перепутаешь. Да и знаки на борту прекрасно видны. И вот кто‑то напал на ее драгоценный корабль!
Марика в ярости металась по коридорам звездного корабля. Гулкое эхо вторило звуку ее шагов.
Вот, значит, как! Ну нет, больше она этого выносить не намерена. Ее терпение лопнуло. Виновные ответят за это. Еще как ответят!
«Я – наследница Бестрей. Посмели бы они поступить так с Бестрей? Нет, никогда».
Они у нее это припомнят! Даже если ей придется перебить половину силт, оставшиеся вынуждены будут измениться…
Ее ярость сменилась беспокойством. Где Багнель? Что случилось с Грауэл?
Когда спасатели вернулись, Марика уже давно ждала их у выхода из шлюза. Она молча смотрела, как работают сестры‑целительницы. Под ее пристальным взглядом они нервничали и пытались ускорить работу.
По мере того как новость распространялась, к шлюзу подходили все новые и новые меты. Все они были испуганы и подавлены. О мести никто даже и не помышлял. Это еще сильнее распалило ярость Марики. Эти меты огорчались лишь потому, что знали – она не оставит злодеяние безнаказанным. А значит, не миновать новых конфликтов.
То, что все эти меты не испытывали ярости, разозлило Марику даже сильнее, чем сам факт нападения. Они прожили с ней бок о бок несколько лет, и тем не менее и речи не могло быть о преданности ей или проекту. Ну, разве что проекту. Исследователям было наплевать, кто стоит во главе всего дела, лишь бы им не мешали работать.
– Перенесите пострадавших в спортзал, – распорядилась Марика, обращаясь к сестрам‑целительницам. – и приготовьте там пять спальных мест. Одна из вас должна находиться при них неотлучно.
Она развернулась и пошла прочь, но тут одна из сестер‑целительниц окликнула ее:
– Простите, госпожа…
– Я хочу, чтобы все пострадавшие находились вместе. Сама я буду там же, с ними. Сейчас я пойду отдам некоторые распоряжения. Но когда я приду в спортзал, ваши подопечные должны быть уже там.
Марика действительно поселилась вместе с пострадавшими. Она не спускала с них глаз и почти не спала. Если на звездном корабле прячется враг, он или она не смогут пробраться сюда.
Иногда Марике начинало казаться, что она действительно безумна. Но такие моменты были редки, и даже тогда она понимала, что подобная паранойя имеет под собой веские основания.
Первой пришла в себя та Помощница, которой Марика доверила роль Повелительницы. Увидев рядом Марику, она сначала облегченно вздохнула, а потом явно смутилась. Но воспитание силты было превыше всего. Помощница честно попыталась по всей форме доложить о происшедшем.
– Нет, ты начни лучше сначала, – сказала Марика. – Расскажи мне, что произошло, начиная с того момента, как вы добрались до родного мира.
– Все очень просто, госпожа. Ваш друг Багнель принялся действовать очень энергично и восстановил против себя большинство силт. Его терпели только потому, что послали его вы. Но там, в родном мире, все пытаются забыть о вас, госпожа. Их страшно раздражают постоянные напоминания о вашей силе – хотя, по сути дела, они должны быть благодарны вам за все, что вы для них сделали. Всем видно, как братья используют полученные нами здесь знания на благо всех мет.
Но никто не верил, что мы прилетели для того, о чем говорим. Они предпочитали считать нас вашими шпионами и думали, что вы собираетесь вернуться следом за нами. Никто не хотел с нами сотрудничать. Багнель получал нужную ему информацию лишь в обмен на слухи о пришельцах, которых мы с вами видели. А потом подолгу сравнивал полученную в разных общинах информацию, чтобы вычислить правду.
– Правильно ли я понимаю, что вы задержались именно из‑за этого – нежелания общин сотрудничать?
– Да, госпожа. А еще из‑за того, что ваш друг очень часто посещал зеркала. Большую часть сведений он получил именно там, хотя, казалось бы, именно силты должны были бы организовать нам достойную встречу.
– Нам. Ты все время говоришь эти слова – нам, нас, мы. Объясни.
– Мы ведь из разных общин, госпожа, и это всегда стояло между нами. Зачастую это даже приводило к трениям внутри команды. Но дома все мы оказались в одинаковых условиях. Наши Верховные жрицы подозревали нас неизвестно в чем, общины от нас отвернулись… К нам относились как к шпионам, только что не как к членам враждебного ордена. Даже ваша Верховная жрица Бел‑Кенеке не хотела иметь с нами дела.
– Так что же все‑таки случилось? И где остальные?
– Мы возвращались в Рухаак из Кхартиса, где встречались со старшими жрицами сестричества Фродхар, и тут на нас напали мятежники. Они прилетели на таких же самолетах, как мы видели у чужаков, в этом их странном мире. К моему собственному удивлению, я сумела собрать Сущих и атаковать их через темный мир. Никогда раньше не пробовала использовать Сущих для нападения. Я не ходящая во тьме.
– Со страха и не такое получается. Значит, у мятежников появились самолеты? Здорово же общины все запустили! И зачем я пытаюсь чему‑то научить этих идиоток?
– Там творится что‑то ужасное, госпожа. Мятежники захватили уже четверть мира и охраняют свои владения не хуже общин. Даже лучше, поскольку именно у силт они эту территорию и захватили. Правда, большая часть их владений представляет собой снежную пустыню, но это не сильно меняет дело. А сестры делают вид, что ничего не происходит, – кроме тех, конечно, кого вы организовали на борьбу с мятежниками. Большинство общин настолько перепугано, что просто боятся выступать против бандитов. Но все это вы можете прочитать сами в отчете Багнеля. А я с вашего разрешения продолжу.
У нападавших было четыре самолета. Я открыла душу Всесущему и предоставила Ему возможность вести борьбу через меня. Темный корабль я посадила в узкой лощине, куда бандиты не могли за нами последовать, а сама только собирала и направляла Сущих. Все пилоты были одеты в защитные нейтрализующие костюмы, но самолеты их защищены не были. Три из них я сбила, испортив систему управления, а четвертый скрылся. Темный корабль почти не пострадал.
Но около самого Рухаака мятежники выстрелили по нашему кораблю нейтрализующим пучком. Это случилось всего в двух милях от монастыря Редориад. Я передала туда призыв о помощи, но никто не отозвался. На этот раз нападавшие были пешими. И их было не меньше сотни – это в двух‑то милях от большого монастыря! Бой был долгим и тяжелым. Я перебила довольно много бандитов, тех, что не надели защитных костюмов. Но потом у нас кончились патроны, и они бросились на нас всем скопом.
Я многократно передавала призывы о помощи в монастыри Рейгг и Редориад. В конце концов Рейгг отреагировали. Они прислали несколько темных кораблей. Мятежники бросились бежать. Но, убегая, они прихватили с собой воктора Грауэл, Помощницу Силбу и вашего друга Багнеля. Помощницы Рекстаб и Найгель погибли. Остальные даже не были ранены, но психически находились в ужасном состоянии.
Повелительница замолкла, видимо, еще раз переживая весь ужас своего тогдашнего положения. Она буквально излучала боль. Марика попыталась вывести ее из этого состояния.
– Ну же, рассказывай!
Похоже, на самом деле все было гораздо хуже. Но Марике хватало и того, что она уже услышала.
– А после этого все отказались помогать нам. Они решили, что мы теперь безвредны, и это их вполне устраивало. Им надо было только чуть подольше не обращать на нас внимания. Тогда бы мы просто погибли, и дело с концом. – В голосе Помощницы прозвучало что‑то вроде сарказма.
– И разгневанная Марика превратилась бы в бесплотного призрака. Сидела бы она в полной изоляции где‑то далеко‑далеко. Со временем, я думаю, всем темным кораблям приказали бы держаться подальше от этого места. А потом отозвали бы и тех Повелительниц, что сейчас с вами. И остаток жизни вы провели бы в изгнании.
Марика с трудом сохраняла бесстрастное выражение лица.
– Понятно, – сказала она. – Дальше?
– Думаю, что некоторые из нас могли бы допустить и это, если бы наши собственные сестричества не относились бы к нам как к источникам заразы. Несколько дней мы терпели. Воктор Барлог была в ярости. Ей очень хотелось исправить ситуацию и вызволить наших товарищей – или по крайней мере отомстить за них. Но в сложившейся ситуации мы были совершенно беспомощны. Если даже ваша община отказывалась предпринимать что бы то ни было… Мы спорили много часов и в конце концов решили, что надо возвращаться сюда. Но команда как была, так и оставалась неполной. И найти замену мы не смогли. В результате ярость и отвращение победили, и мы решили лететь сами хоть и были уверены, что шансы наши невелики. Воктор Барлог добровольно пожертвовала собой, согласившись стать Помощницей, не обладая талантом.
Но Барлог также настаивала, чтобы мы забрали отчеты Багнеля из монастыря Рейгг. Я подумала и решила, что, хотя она и не силта, в этом вопросе нам следует ей подчиниться. Она намного старше нас, мудрее и, что самое главное, упряма не меньше вашего. Уж если вы с ней примете решение, вас никакими силами нельзя разубедить.
Марику эта реплика позабавила. Давно уже она не слышала, чтобы младшие говорили так откровенно. И ей это даже понравилось.
– Мы взяли свой темный корабль, проскользнули в монастырь и зависли на уровне окна нашей квартиры. Барлог пробралась внутрь и в несколько приемов вынесла все необходимые документы. Но в последний раз ее заметили сестры Рейгг и попытались вынудить нас отдать им эти бумаги. Барлог вышла из себя от всей этой, как она выразилась, силтской политической белиберды и попросту застрелила их. Вокторы Рейгг открыли ответный огонь и успели ранить Барлог, пока она не прикончила и этих. Затем я подняла корабль и отправилась прямо сюда. Погони за нами не было – вероятно, потому, что никто не верил, что мы выживем. Это был очень трудный перелет. Но мы все‑таки добрались.
– Это был героический перелет, – сказала Марика. – И если о нем не сложат легенды, то только благодаря непроходимой глупости силт.
В глубине души она вообще не понимала, как этой новоиспеченной Повелительнице удалось проделать такой огромный путь. Опыта у нее не было практически никакого, команда состояла всего из двух Помощниц, а что касается таланта, тут и говорить было не о чем. Шансы ее были равны нулю.
– Этот урок нам не следует забывать никогда. Оказывается, упорство – такой же важный фактор, как опыт или талант. Где отчеты Багнеля?
– Там же, где и были, – на борту темного корабля. В багажном отсеке.
– Спасибо. Я никогда не забуду того, что вы сделали. Ваши страдания повлекут за собой большие награды и страшные наказания. Мое терпение лопнуло. Отдыхайте. Приходите в себя. Тебя я назначаю своим полномочным представителем – ты будешь говорить от моего имени, пока я не вернусь.
– Вы что, возвращаетесь домой?
– Кое‑кто должен заплатить по счету. А мои друзья в беде. И я не намерена сидеть здесь сложа лапы.
Меньше чем за час Марика набрала себе новую команду и переправилась вместе с ней на борт деревянного корабля.

3

Темный корабль Марики вынырнул из Ниоткуда. Вдали показалась родная планета мет. Вот проплывает мимо первое большое зеркало. Оно уже готово. Вдали Марика заметила и второе большое зеркало, то, которое они строили в задней троянской точке. Судя по его виду, до завершения строительства остались считанные недели.
Багнель докладывал о победе над Великой Зимой. Она уже отступала, хотя, конечно, пройдет еще много лет, пока в мире станет по‑настоящему тепло.
Великий проект приближался к своему завершению. Интересно все‑таки, какое влияние он оказал на общество? Возможно, достигнутое единство еще потребуется метам, хотя бы для того, чтобы отобрать у Великой Зимы захваченные ею земли.
И Марика на минуту задумалась о своем месте в истории. На самом деле, что бы она ни говорила вслух, для нее это все же что‑то значило. Конечно, сама Марика никак не могла повлиять на память мет. И у нее даже нет друзей, которые запомнят ее такой, какой она была на самом деле. Увы, скорее всего силты будут превозносить те ее дела, которые ей самой кажутся мелкими и незначительными, а что касается простых мет… Эти вспомнят только о ее жестокости.
Марика недолго расстраивалась по этому поводу. Она все‑таки была силта, а силтам нет дела до далекого будущего.
Темный корабль миновал орбиты Гончей и Клыка, оставил позади малые луны и станцию «Молот» и завис над Новым континентом. Избранная Марикой орбита не была стационарной, но Марика тем не менее ухитрялась держать корабль неподвижно относительно поверхности земли. Сущие, выполнявшие эту задачу, требовали не так уж много внимания.
Там, внизу, никто не догадывался о ее возвращении. А те, что в космосе, ее попросту не заметили. Марика подкралась к ним, как охотница подкрадывается к стойбищу стаи‑соперницы. Впрочем, ее здесь не ждали. Да и кто бы мог поверить, что новоиспеченная Повелительница с командой, состоящей из двух измотанных Помощниц и раненого воктора, сумеет долететь до самого звездного корабля?
Марика оглядела планету с помощью призраков, стараясь проделать это очень осторожно, чтобы не выдать себя прежде времени. Ничего, кроме разочарования, ей этот осмотр не принес.
Скилдзянрода больше не было. Вместо созданной Градвол крепости, которую Марика превратила в населенную одними силтами высокотехнологическую зону, а Эдзека – в свою собственную общину силт‑технарей, в снегах лежали лишь черные развалины. Вокруг них в изобилии валялись трупы, осадные машины и самолеты тех, кто уничтожил крепость. Судя по всему, Эдзека переоценила свои силы. Но Колдун действительно дорого заплатил за эту победу.
А ведь Скилдзянрод был создан именно для борьбы с ним. Колдун сумел‑таки пережить орудие своего уничтожения. Впрочем, все это Марика знала из отчетов Багнеля.
Оказалось, что его крайне пессимистичные отчеты были еще недостаточно мрачными. Багнель недооценил как количество мятежников, так и их оружие. Подземные сооружения скрывались буквально повсюду. Марика с удовлетворением отметила, что далеко не все они защищены нейтрализующим полем.
Никаких следов Грауэл, Багнеля и пропавшей Помощницы ей обнаружить не удалось. Впрочем, Марика и не надеялась, что это будет легко, поэтому не была разочарована.
Все обнаруженные подземные сооружения Марика отметила на своей мысленной карте. После этого она переключила внимание на многочисленные искусственные спутники. К ее удивлению оказалось, что после поражения Серк никакого нового оружия меты на орбиту не выводили. Похоже, на этот раз разобщенность силт пошла ей на пользу. Вероятно, эти идиотки не сумели договориться даже о том, как лучше действовать, чтобы не пустить ее на планету.
Марика разослала призраков и незаметно испортила все то оружие, что еще оставалось на орбите. Повреждения были такими тонкими, что заметить их можно было лишь при попытке воспользоваться дефектным оружием. Потом она проделала то же самое с защитой подземных сооружений мятежников на планете. Этой партизанской деятельностью Марика занималась до тех пор, пока не рухнула без сил. Отдохнув, она продолжила работу.
За все время этих приготовлений никто ее так и не обнаружил. С одной стороны, именно этого Марика и хотела. Но ведь все то же самое могли проделать и Серк, удравшие на борту «Звездного странника». Так что радоваться, прямо скажем, нечему.
Приготовления были закончены. Пришла пора покарать виновных и очистить мир от скверны. Очистить огнем. Так выжигают траву в степи, чтобы на освободившемся месте разбить новые поля. Только на этот раз союзником Марики был вовсе не ветер.
Марика сделала то, чего ни одна другая силта даже представить себе не могла, – призвала Великого Темного и обрушила его мощь на головы своих врагов внизу, на планете.
Предсмертный вопль был таким сильным, что Марика почувствовала его даже на орбите – так много мятежников погибли одновременно. Их ужас заполнил пространство прикосновений и разбудил глубоко запрятанное в душе Марики сострадание. Но она собрала волю в кулак, окружила свою ненависть твердым непроницаемым панцирем и продолжала убивать, убивать, убивать, пока не очистила от мятежников все найденные крепости.
Когда бандиты сожгли Макше, Марика сумела отыскать их секретную базу и в ярости уничтожила все ее население – несколько тысяч мет. Мир был потрясен этой резней – потрясен даже сильнее, чем в тот раз, когда ужасные бомбы стерли с лица земли Телле‑Рей. Но та, давняя, резня ни в какое сравнение не шла с тем, что творилось сейчас на планете.
Мятежники обезумели. Эфир заполнили проклятия, вопли отчаяния и оборванные на полуслове сообщения о происходящем. Но поскольку Скилдзянрода больше не было, перехватывать эти сообщения стало некому, и силты все еще понятия не имели о том, что творилось у них под носом.
Несмотря ни на что, многие мятежники уцелели. Марика отпустила своего огромного призрака и улеглась отдыхать. Пусть враги поймут, что с ними произошло. Придя в себя, она снова принялась за поиски и обнаружила множество пропущенных в первый раз крепостей, защищенных сильным нейтрализующим полем.
Новый континент был охвачен паникой. Удивительно даже, что силты ее не чувствуют – все пространство прикосновений провоняло страхом.
Марика снова вызвала Великого Темного и оставила мятежникам новое страшное «послание». Только самые мощные защитные поля выдержали встречу с огромной голодной тенью из Пустоты.
Но и на этот раз, когда она отпустила Темного, мятежников оставалось еще много. Марика стиснула зубы, не позволяя ненависти исчезнуть, пока она не сделает все, что хочет. На этот раз – никаких полумер. Она никуда не улетит, пока не закончит работу. И не важно, чего это будет стоить ей самой и ее родному миру.
Марика потянулась к тем укреплениям, которые выдержали атаку Великого Темного, и передала:
«Каблин. Братишка. Я вернулась домой. На этот раз ты вывел меня из себя. И теперь у тебя есть лишь один способ остаться в живых. Отдай мне моих мет».
Она не выдала никакой тайны, признавшись в своем присутствии. Мятежники и так уже понимали, кто их невидимый враг. Ибо никто, кроме Марики, не смог бы устроить такое. Она была самой сильной ходящей во тьме за всю историю силт.
Мятежники ответили на послание именно так, как Марика и ожидала: попытались ее уничтожить. Но сначала им надо было найти ее. Поиски заняли несколько часов. За это время Марика успела отдохнуть и восстановить утраченные силы. А потом мятежники обнаружили, что их оружие неисправно. Нейтрализующие пучки не срабатывали. Ракеты взрывались прямо в шахтах. А когда Колдун понял, что контратака не удалась, пришло второе послание.
«Я здесь, Каблин, братишка. И если ты не отдашь мне моих мет, можешь считать себя покойником. Подумай о могильных червях, трус! Ты же знаешь – если потребуется, я уничтожу весь мир».
К этому моменту общины наконец‑то заметили, что происходит что‑то неладное. Лучшие из мастеров дальнего прикосновения обнаружили на орбите темный корабль Марики и узнали ее. В мгновение ока весь мир был охвачен паникой. Силты боялись Марику даже больше, чем мятежники. Те хоть тешили себя иллюзией, что могут нанести ответный удар.
С планеты начали подниматься космические темные корабли. Марика строго‑настрого запретила им приближаться. Почти все корабли повернули назад, а те немногие, что не вняли предупреждению, рухнули вниз, сокрушенные мощью Великого Темного.
Марика отыскала в родном монастыре Бел‑Кенеке, прикоснулась к ее сознанию и передала:
«Разыщите Верховных жриц всех общин. Будет Собрание».
Она оборвала контакт и закрыла свой мозг для прикосновения, не желая выслушивать никаких ответов.
«Каблин, – передала она. – Братишка. Ты должен доставить Грауэл, Багнеля и Помощницу по имени Силба в монастырь Рейгг в Рухааке. Даю тебе на это сутки. Когда они истекут, ты умрешь. И ты, и все твои союзники».
Марика продолжала наносить удары по отдельным укреплениям мятежников – тем, где ей не удавалось обнаружить своих пропавших товарищей. Она уже неплохо научилась обращаться с Великим Темным и поняла, что с его помощью может пробить практически любую защиту.
Она снова отдохнула, передав управление кораблем старшей Помощнице, а потом отправила еще два сообщения. Первое из них – в монастырь Рейгг.
«Бел‑Кенеке, я скоро спущусь. И Верховным жрицам стоило бы собраться к этому моменту. Тем, кто не прилетит ко мне, пощады не будет».
Второе сообщение опять было адресовано Каблину.
«Каблин. Братишка. Я спускаюсь. И если мои меты не ждут меня в монастыре, пощады ты не дождешься. И не думай, что сможешь спрятаться от меня. Я разыщу тебя где угодно и уничтожу вместе с твоими прихвостнями».
Темный корабль начал медленно снижаться. Марика предоставляла тем, кто внизу, время подумать – будут они нападать или капитулируют.
Атаковать ее никто не стал.

Глава четырнадцатая

1

Вокруг монастыря Рейгг кишмя кишели темные корабли. Те, что не нашли себе места в городе, сели за его пределами. Марика обратила внимание, что снег на полях уже начал таять. Похоже, зеркала действительно работают. Да и мороз не так силен, как раньше.
Знаки некоторых общин Марика видела впервые. Верховные жрицы больших и малых сестричеств собрались по ее приказу со всех концов света. Она чувствовала, как слетаются к Рухааку опоздавшие. Похоже, она отдала невыполнимый приказ – некоторые сестры физически не могли добраться до монастыря Рейгг за такой короткий срок.
Опуская темный корабль на посадочную площадку Марика заметила, что в монастыре почти нет снега. На площадке было пусто – к ее прибытию все темные корабли убрали. Силты выстроились, как для приема Верховной жрицы. Марика усмехнулась. Надо же, какая честь!
Она исследовала весь монастырь на предмет засад или ловушек, но не обнаружила ни одной. Странный народ силты – именно сейчас, когда их так много, можно было бы попробовать выступить против нее… Что ж, сила есть сила.
Когда темный корабль коснулся земли, Марика тихо сказала команде:
– Держитесь поближе ко мне. Ради вашей же безопасности.
Она взглянула на небо. Оба зеркала сияли почти так же ярко, как солнце. Три солнца в одном небе – ни на одной из виденных ею планет не было такого чуда.
Просто ради драматического эффекта Марика призвала сверху побольше больших призраков и окружила себя ими, как мерцающим облаком. И только потом шагнула на землю.
Вперед вышла Бел‑Кенеке. За последние годы она состарилась сверх всякой меры. Седая шерсть облезала клочьями, лапы заметно дрожали. Марика молча смотрела на старую силту. Призраки роем вились вокруг нее. Они тоже ждали.
– Собрание будет проведено в большом зале монастыря, Марика, – хрипло прокаркала Бел‑Кенеке. – Пока собрались не все, потому что многим слишком далеко лететь. Но остальные уже обещали прибыть, и мне доложили, что они спешат сюда со всей возможной…
– Я знаю. Слушайте, что я вам скажу. Отныне вы будете обращаться ко мне как к старшей из старших. То, чего вы боялись, случилось, и судьба, которой вы бежали, постигла вас. Разъяренные звезды сошли на землю, и пламя их смоет грехи всего мира…
Во имя Всесущего, что это она несет? Марика взяла себя в лапы и продолжала:
– Вы разбудили тьму и навлекли на себя ее гнев. Я не хотела этого, но вы меня вынудили. С этой минуты я назначаю себя главной из Верховных жриц. Я намерена изменить все существующие порядки. А тех, кто не захочет принять их, ждет встреча с Всесущим. Чаша моего терпения переполнилась. Я не понимаю вас и не хочу понимать. Веди же нас в большой зал, Бел‑Кенеке. Старый друг, которому я столько раз оказывала благодеяния…
Бел‑Кенеке послушно повернулась и пошла. Спина ее сгорбилась от времени, голова втянута в плечи, как у меты, опасающейся удара в спину. Страх окутывал ее густым облаком.
Верховные жрицы и в самом деле собрались в большом зале. Когда Марика вошла в него, ей явственно вспомнилось, как выглядел этот монастырь в тот день, когда она впервые в него попала. Пожар разрушил стены, повсюду валялись тела совершивших калерхаг Серк… Весь воздух провонял тогда смертью. И сейчас было не лучше. Страх множества силт заполнил все пространство прикосновений. Смерть притаилась и ждет своего часа.
Марика оглядела дрожащих силт. Как же их много! Как стары многие из них… И как же они все перепуганы.
Она уселась в кресло, которое занимала Бел‑Кенеке во время обычных заседаний Совета Рейгг. Барлог и Помощницы встали рядом с оружием наготове. Марика обратила внимание, что Барлог, проходя мимо силт, старалась не поворачиваться к ним спиной. Она даже Помощницам не слишком доверяла. Марика молчала, одновременно обшаривая монастырь прикосновением. Ни Грауэл, ни Багнеля, ни Силбы тут не было.
Ну что ж.
Несколько дрожащих силт вышли из первых рядов, чтобы сказать что‑то от имени Собрания. Марика предупреждающе подняла лапу. Силты застыли на месте опустив глаза.
Высоко в небе Марика отыскала сильного призрака, поймала его, приручила и отправила исследовать оставшиеся укрепления мятежников. Ужас и смятение царили на всей захваченной Колдуном территории. В одном из самых глубоких бункеров она вдруг увидела седого старого мета. Каблин!
Каблин… Но какой же он старый! Впрочем, она и сама не молодеет, хотя силты знают много способов оттягивать старость. Сколько лет она уже пытается вразумить эту сумасшедшую цивилизацию и подготовить ее к встрече с той судьбой, которую могут принести звезды. Вероятно, все еще слишком мало.
Кроме нее, никто этого не сделает. Надо как‑то объединить этот мир, потому что рано или поздно чужаки придут сюда. После того как она сама заявила о существовании мет, чужаки могут и должны отыскать их, как она отыскала Серк. На это нужно только время и желание.
«Каблин, братишка. Я вижу тебя. Твое время почти истекло. Где мои меты?»
Колдун так и подскочил от испуга. Он не ожидал, что Марика найдет его. В панике он начал отдавать какие‑то приказы. Мятежники забегали и засуетились.
«На этот раз я не пощажу тебя, Каблин, братишка. Если понадобится, я позабочусь, чтобы ты умер самой жестокой смертью, и тем оправдаю свое глупое, непростительное милосердие. Если ты не отдашь мне Грауэл, Багнеля и Силбу, ты обречен, Каблин. Обречен и проклят. Прекрати упорствовать в своей глупости. Ты силен, конечно, но я гораздо сильнее. Тебе меня не остановить. Я преемница Бестрей, и я в десять раз сильнее ее. И у меня нет предрассудков, которые ее сдерживали. Мне плевать на древний кодекс чести. Я жажду крови, братишка. Твоей крови. Это голос голодного граукена, и мне стоит больших трудов не внимать ему.
Отдай мне моих мет, Каблин! Или я послушаюсь своего граукена».
Мятежники включили защитное поле. Но Марика была очень сильна и довольно долго сопротивлялась, продолжая поддерживать контакт. В последние секунды перед тем, как он все‑таки оборвался, она успела разглядеть рядом с Каблином нескольких силт. Это были очень старые силты, и знаки на их одежде были знаками Серк.
Значит, так. Как она и подозревала, эта война еще не кончилась. Всего лишь горстка Серк осталась в живых, но они продолжали борьбу. А что им оставалось делать? Они сами выбрали себе эту судьбу и теперь попались в собственную ловушку.
Где же им еще было прятаться, как не дома, в мире, который давно отверг их, подальше от страшной охотницы со звезд? Может, и «Звездный странник» спрятан где‑нибудь поблизости, за каким‑нибудь астероидом? Темные Повелительницы предпочитают лишний раз не соваться в пояс астероидов – там слишком опасно.
Этот вопрос ей предстояло выяснить очень скоро.
Марика оставила призрака около подземного укрепления, привязав его к себе тоненькой нитью прикосновения, а сама вернулась в зал, к Собранию, которое сама же и созвала.
Силты тихонько беседовали – кто‑то шепотом, остальные – с помощью прикосновений. Все они думали примерно одно и то же:
«Джиана. Посланница рока. Опять в ее глазах эта жуткая тьма. Наверное, сейчас случится что‑то ужасное».
Огромный зал весь провонял страхом, и с момента появления Марики вонь эта стала в десять раз сильнее.
Бел‑Кенеке испуганно прикоснулась к ней, не вставая со своего места, и передала, что последняя Верховная жрица наконец‑то прибыла. Так что Собрание можно начинать.
Марика встала. Она решила отказаться от прикосновения и говорить вслух, причем говорить на языке простых мет, не пользуясь ни одним из принятых у силт диалектов.
– Эй вы, облезлые чесоточные щены, кого испугались? Одной‑единственной дикарки из Верхнего Поната? Посмотрите на нее! Как смешна и неуместна она здесь, в своем провинциальном наряде, в дикарской боевой раскраске и с грубым оружием зверолова! Тоже мне страшилище! – Ее голос внезапно стал тверже. – Я действительно существую, силты. Я – та реальность, которой вы так боялись. Много лет я висела у вас на хвосте, и вот теперь я настигла вас. И я вами недовольна. Вы здесь командовали, вам и отвечать за содеянное. Ваши общины делали одну глупость за другой, а после этого вы, чтобы исправить содеянное, совершали еще более идиотские поступки. А причина всегда одна. Извечная силтская жадность. История силт – это история интриг, махинаций и предательства. И ни разу никто из вас не подумал о том, что будет завтра. Никто из вас не видит ни будущего, ни настоящего. Я оберегала вас, боролась с вашими врагами, а зачем? Для чего? Вы так ничему и не научились. Возможно, вы просто не умеете извлекать уроков из происшедшего.
Наступает новая эпоха, сестры. Неужели вы этого не видите? Мы больше не одиноки во Вселенной. И нам нужно создать единый образ мет для тех, кто ничего о нас не знает.
И вот я присылаю вестника, чтобы предупредить вас об этом, и что же? Вы увидели только одно – возможность предать, возможность насытить свою жадность. Вы даже не услышали, о чем он вам говорил!
Марика окинула толпу испуганных силт грозным взглядом. Прикосновение говорило ей, что некоторые подумывают о том, чтобы напасть на нее. Если бы они объединили усилия, возможно, им удалось бы навеки избавиться от своего кошмара. Но каждая из этих силт боялась оказаться первой.
– Я знаю, о чем вы думаете. Теперь вы боитесь меня, потому что знаете, что виновны в преступной трусости по отношению к мятежникам. Вы позволяете им беспрепятственно отбирать у вас все новые и новые территории. Да что там, они уже давно отобрали у вас всю планету! Да‑да, всю, кроме нескольких регионов, в которых они позволили вам жить, дожидаясь, пока вас уничтожат. Я много раз давала вам шанс расправиться с теми, кто хочет пожрать вас, и неизменно вы отворачивались от этой возможности, снова и снова позволяя им оправляться от моих ударов и набирать силу. И с каждым разом эта сила становилась все больше. Но вы же не могли тратить на них свое драгоценное время! Вы были страшно заняты – нападали друг на друга со спины, пытаясь отнять земли, постройки, звездные корабли – все, что плохо лежит. И эти сиюминутные интересы были для вас важнее будущего ваших же собственных общин! Вы и пальцем не шевельнули, чтобы спасти их.
Она замолчала, выжидательно глядя на силт. Но никто не ответил.
– Вы даже не пытаетесь опровергнуть мое обвинение! А ведь некоторые из вас почти невиновны.
Марика потянулась далеко в Пустоту, дернула и потянула.
– Вы не учитесь, не умеете жить вместе, не можете даже защитить себя! Если вы и впрямь настолько бесполезны, пусть ваш пример хотя бы послужит уроком другим, тем, кто придет после вас. Пусть они знают, какова цена глупости.
Она дернула еще сильнее, и Великий Темный неохотно пустился вниз.
– Вам никогда не изменить мир, это очевидно. Что ж, посмотрим, можно ли это сделать без вас!
В первое мгновение они даже не поняли, что она сказала. А потом поняли слишком хорошо. Темный мир заполнили прикосновения, полные ярости и страха. Но и сейчас силты остались силтами. Они поддались панике и даже не попытались объединиться, чтобы спастись.
Марика стиснула зубы и постаралась как могла ожесточить сердце. В конце концов, говорила она себе, они плохие силты и заслуживают того, что получат. Но, Всесущий до чего же ей больно! В этот момент Марика сама себя ненавидела.
Она подтащила к себе Барлог и Помощниц, чтобы они оказались в поле действия ее защиты, а потом обрушила на зал ярость Великого Темного. Во все стороны брызнула кровь. Жуткий вой умирающих силт оглушил Марику.
– Вот вам настоящая темная война! – крикнула она. – Я перенесла ее с небес на землю во имя всех мет.
Избиение продолжалось намного дольше, чем она думала. Когда все кончилось, Марика почувствовала себя разбитой и опустошенной, как будто все, что она только что сделала, было лишь бесполезной тратой энергии. Так обиженный щенок крушит иногда все, что попадается ему в лапы, чтобы дать выход бессильной ярости.
Спутницы Марики молчали. Перепуганные Помощницы отодвинулись от нее как можно дальше. Барлог испытывала скорее отвращение, чем страх. А сама Марика предпочитала не копаться в своих чувствах.
– Они сами все время говорили о Джиане, о роке. Обвиняли меня в чем‑то. Вот я и показала им, что такое рок! Пойдемте, вы все! Нам еще надо разобраться с мятежниками.
Они вышли во двор и направились к темному кораблю, то и дело перешагивая через мертвых силт. Первой заговорила Барлог:
– Марика, этого они терпеть не станут. С этой минуты все силты – твои кровные враги.
– Я знаю, Барлог. Я знаю. Но для того чтобы покончить со мной, им придется объединиться, верно? Придется уничтожить мятежников – нельзя же бороться со мной, оставив в тылу такого сильного противника! А значит, чтобы уничтожить меня, они должны будут стать тем, что я давно пытаюсь из них сделать. Верно?
В глазах Барлог мелькнул ужас. Она осознала наконец, что Марика пошла на этот шаг с открытыми глазами.
– Пока что я держу их за хвост, Барлог. И не намерена отпускать, пока они не станут такими, как я хочу. И это был еще не последний мой сюрприз… Но ты не обязана принимать во всем этом участие. Если хочешь, ты можешь присоединиться к какой‑нибудь стае и прожить остаток дней так, как тебе больше нравится. Понат, правда, давно необитаем, но в других…
– Нет. Мы прожили вместе много лет. Вместе переживали беды и проливали кровь. И умрем мы тоже вместе. Я так хочу. Кроме тебя, у меня никого не осталось.
– Как хочешь, Барлог. Тогда пойдем. Надо найти наших друзей. Надо похоронить семью.
Барлог содрогнулась.

2

А Каблин и не думал сдаваться. Он, как и Марика, тоже в некотором роде был Джианой. У него были свои идеи о том, как должно выглядеть будущее мет, и хватало упорства строить это будущее.
И все же даже он пошел на уступки.
Целую неделю Марика одну за другой уничтожала его крепости. А потом осадила и тот глубокий бункер, где укрывался сам Колдун со своими ближайшими приспешниками. Защитное поле было здесь таким сильным, что даже Великий Темный не мог через него проникнуть. Марика привела с собой тысячи рабочих и вокторов и начала копать.
И только тогда перепуганные мятежники выслали делегацию и выдали ей всех трех заложников. Но только Силба была еще жива.
Марика наконец поняла, почему ее трусливый братец так упорно не хотел выполнять ее требований. Он просто не мог этого сделать и боялся, что лишь распалит ее ярость.
Так и вышло. Но ярость эта была беспредметной и вскоре превратилась в черное отчаяние.
Марика погрузила Силбу и тела дорогих ей мет на свой темный корабль и вернулась в Пустоту. Тело Багнеля она оставила парить среди звезд.
– Прощай, старый друг, – прошептала она. Марика даже не предполагала, как тяжела для нее будет эта потеря. За свою жизнь она убила сотни и тысячи мет, но эта смерть лишила ее цели существования.
– Ты навеки останешься здесь, в мире своих грез. Наших грез. И пусть Всесущий вознаградит тебя за то, что ты потерял по моей милости.
Марика могла бы вернуться обратно и обрушить свою ярость на весь мир, сокрушить его, как она уже сокрушила мятежников, Верховных жриц и свою родную общину. Месть ее была бы ужасна. Но дух Багнеля прошептал ей на ухо слова печали и утешения, как это сделал бы сам Багнель, останься он в живых. Он никогда не одобрял темную сторону Марики, хотя прекрасно понимал все остальные ее побуждения. Сам он никогда не стал бы мстить. Багнель мог простить метам все – даже глупость.
И Марика постаралась забыть свою ненависть к родному миру, к прошлому, к тем, кто не хотел ее знать, потому что она такая, какая есть. Она подумала о своих нерожденных щенках. Интересно, какими они могли бы стать?
В молчании она смотрела, как уплывает тело Багнеля. Когда он скрылся из виду, Марика нырнула в Ниоткуда и отправилась к звездам, в свою далекую крепость – чужой звездный корабль, вращающийся вокруг чужой звезды.
– Пусть они сами разбираются с Каблином, – сказала она. – У меня нет больше дома. Только раз еще я вернусь туда.
Тело Грауэл она взяла с собой. Оно будет храниться в Пустоте около звездного корабля. А когда придет время и Барлог тоже уйдет к Всесущему, Марика отвезет тела обеих охотниц в Понат, в родное стойбище, где лежат под снегом неоплаканные Дегнаны. Она оплачет их так, как должно, их и всю стаю, и развеет прах охотниц по ветру, как это делают с самыми уважаемыми из Мудрых. Это ее долг, и она выполнит его во что бы то ни стало. Грауэл и Барлог всегда оправдывали ее надежды. И она должна отплатить им тем же.
На привалах Марика расспрашивала Силбу. Выяснилось, что мятежники жестоко пытали всех трех пленников, стараясь выбить из них сведения о планете чужаков и о самой Марике. Грауэл и Багнель умерли, когда Каблин лично применил свой талант верлена, чтобы допросить их по методу силт. Силба сама была силтой, поэтому ей допрос не повредил. Но она не сомневалась, что Каблин узнал все, что было известно обоим погибшим, и даже от нее самой наверняка получил какие‑нибудь сведения. Он был искусным следователем.
Марику эти сведения обеспокоили. Она не знала, много ли было известно Багнелю и Грауэл, и даже представить себе не могла, как Каблин сможет использовать эту информацию. Надо было все‑таки уничтожить его.
Она уже начала забывать свои страшные клятвы. У нее появилась идея слетать как‑нибудь на родную планету, прихватив с собой парочку тех бомб, которые мятежники в свое бремя сбросили на Телле‑Рей. Вряд ли крепость Каблина выдержит такой удар. Если, конечно, силты к этому времени не разделаются с ним сами. Надо же им избавиться от брата, чтобы без помех разобраться с сестрой.

3

В бывшей системе Серк Марику поджидал неприятный сюрприз. Звездный корабль не был единственным спутником планеты.
Марика опешила, но быстро поняла, что произошло. Рядом со звездным кораблем висел «Звездный странник», давно пропавший космический корабль Серк. «Звездный странник» – здесь?! Не может быть! Он должен прятаться где‑нибудь в системе родного солнца… Возможно. Но что мешало ему отправиться сюда, пока она возилась с мятежниками? Что, если Серк только этого и ждали?
Она послала призраков исследовать корабль и почувствовала, как все они отскочили от корпуса. «Звездный странник» был окружен таким же сильным защитным полем, как бункер самого Колдуна. Кроме того, он буквально ощетинился всевозможным техническим оружием. Не теряя времени даром, Марика схватила Великого Темного этой системы и обрушила его мощь на темный корабль Серк. Защитное поле прогнулось, но выдержало. Серк занервничали.
Марика преодолела сопротивление Темного и заставила его еще раз ударить по темному кораблю. Защитное поле дрогнуло. Теперь Серк откровенно впали в панику, причем волны ее распространялись не только от «Звездного странника», но и от корабля пришельцев. Марика поднажала еще. Теперь внимание Серк было полностью занято борьбой с огромной черной тенью. Марика потихоньку подобралась к одному из шлюзов звездного корабля.
«Барлог! – передала она. – Отправляйся туда и перебей Серк. Они сейчас слишком заняты, чтобы сопротивляться».
Барлог нырнула в шлюз. Вскоре она уже бежала по знакомым коридорам, истребляя Серк и время от времени отстреливаясь от мятежников, которые, не будучи силтами, не участвовали в борьбе с Темным.
Смерть каждой новой силты ослабляла сопротивление защитного поля. Теперь было понятно, что оно держалось лишь за счет усилий Серк, отпихивавших огромного призрака.
«Звездный странник» внезапно рванулся прочь. Его Повелительница улепетывала, оставив сестер на звездном корабле без всякой защиты.
«Осторожно, Барлог! – передала Марика. – «Звездный странник» удирает, и я отправляюсь за ним».
Поскольку «Звездный странник» перестал укрывать своим защитным полем звездный корабль, Марика поймала несколько не слишком сильных призраков и отправила их бродить по коридорам в поисках добычи.
Но в этот момент «Звездный странник» открыл огонь. Естественно, ведь Темный теперь давил на него не так сильно, и часть силт смогла отвлечься от борьбы с ним. Марике пришлось уворачиваться. Но одного она не рассчитала: перед тем как нырнуть в Ниоткуда, «Звездный странник» выпустил по кораблю пришельцев множество ракет.
Марика не сумела остановить их все.
Она рванулась к звездному кораблю, на ходу пытаясь прикоснуться к охотнице.
«Барлог! – передавала она. – Где ты? Ты жива?»
Но Барлог не отвечала – она же не была силтой.
Тогда Марика отправила на корабль призрака. Охотница находилась в одном из поврежденных отсеков. Она была еще жива, но нуждалась в помощи. И если эта помощь опоздает, Марика может потерять последнего друга. Она проклинала Серк, обещая себе догнать и уничтожить «Звездного странника». Но сейчас важнее было попасть внутрь звездного корабля. А люки, которые ей попадались, были так повреждены, что входами считаться уже не могли.
Наконец ей удалось пробраться внутрь. Марика мчалась по длинным коридорам, грохоча сапогами по металлу, взбиралась по лестницам, перепрыгивала через мертвых мет с помощью призраков отыскивала безопасные пути…
Но она опоздала.
Барлог лежала на полу. Тело ее было зажато между двумя согнутыми металлическими пластинами. Когда Марика попыталась сдвинуть верхнюю, охотница вскрикнула. Марика вскрикнула вместе с ней, проклиная Всесущего. Она ничем не могла помочь. Искусство сестры‑целительницы не входило в число ее умений. Некогда было учиться. Помощницы тоже не обладали этим талантом.
Марика села на пол и взяла лапу охотницы в свою.
– Прости меня, Барлог, – повторяла она. – Это я во всем виновата.
– Не вини себя, Марика, – ответила Барлог. – Я сама выбрала эту судьбу. Мы с Грауэл обе сделали выбор. Ты предлагала нам остаться дома, а мы отказались. Жизнь наша была долгой, и чудес мы видели больше, чем все Дегнаны за всю историю стаи. Нам не на что жаловаться, ведь на самом деле никто из нас не должен был пережить вторжение кочевников в Понат. Мы много лет жили взаймы. А смерть наша была славной смертью. Нас будут помнить много лет, как будут помнить Марику. Ибо разве не были мы ее правой и левой лапой, ее тенями от обеих лун?
Барлог умолкла – ей трудно было говорить. Марика сильнее стиснула ее лапу.
– Я не хочу, чтобы ты умирала, Барлог! – воскликнула она. – Не оставляй меня одну!
– Ты всегда была одна, Марика, – с трудом ответила Барлог. – Мы с Грауэл только следовали за тобой по тропе твоей собственной судьбы. И мы просим тебя только об одном. Отвези нас обратно в Понат. Не сейчас. Когда‑нибудь.
– Я сделаю это. Ты же знаешь, что сделаю. Это единственное, что мне осталось сделать в этой жизни.
– Спасибо, Марика.
Больше ни одна из них ничего не сказала. Марика не могла говорить – слишком велико было ее горе. Она боялась потерять своих призраков и прозевать возвращение «Звездного странника».
Барлог вздрогнула, заскулила, легонько сжала ее лапу и ушла в объятия Всесущего.
Марика отпустила призраков.

Глава пятнадцатая

1

Внизу, на планете, Марика провела первую часть длинного ритуала Оплакивания. Прах Грауэл и Барлог она сложила в урны и поместила их в тайник на своем корабле. Потом она устремилась к звездам и искала Серк, пока команда не взбунтовалась. В жизни Марики не было больше иного смысла, кроме мести. Из всех чувств у нее осталась только холодная ненависть. Пока живы шесть или семь оставшихся Серк, ей не будет покоя.
Когда Помощницы отказались лететь дальше, Марика вернулась на разбитый звездный корабль. Она жила там как отшельник, одинокая, угрюмая, и оживлялась, только когда в очередной раз отправлялась на поиски Серк. Теперь она нередко разговаривала сама с собой и даже спорила, везти ей прах охотниц домой или подождать. Побеждала всегда та Марика, которая считала, что следует сначала отомстить за их гибель.
Но хотела она или нет, родной мир сам потребовал ее возвращения.
Очередной долгий полет в пылевом облаке закончился неудачей. След давно остыл, команда – уже другая команда – устала от бесплодных поисков. Марика возвращалась на звездный корабль ни с чем. И вдруг она ощутила чье‑то прикосновение.
Команда вновь прибывшего темного корабля была набрана из представительниц четырех разных общин – чисто символический жест. Корабль, привез отчаянное послание от имени новых Верховных жриц. Тех самых силт, чьей мести она так долго и безуспешно ожидала.
Что это? Хитроумная ловушка?
Марика осторожно приблизилась к встречавшим ее силтам.
Повелительницу корабля она знала давно. Силта принадлежала к общине Редориад и была одной из тех, кто выжил в битве с Серк. Марика не имела оснований подозревать ее – хотя, конечно, она тоже принимала участие в попытке Балбрач захватить звездный корабль. Вероятно, это была вторая после самой Марики Темная Повелительница. Она выступила вперед и сказала:
– Перед вами – единственная из пяти вестниц, кому удалось выбраться из системы родного солнца живой. Мы все везли одно и то же послание. Ваш талант нужен дома, Марика. И мы прилетели сюда, чтобы умолять вас вернуться.
– Зачем? Что стряслось на этот раз?
– Братья, что же еще? Вы были правы насчет них. Пока силты занимались своими делами, братья умудрились построить где‑то звездный корабль по образу и подобию этого. Он появился примерно месяц назад. Там было множество братьев, которым мы не могли причинить никакого вреда, и куча оружия вроде того, которым пользовались чужаки. Множество силт погибли. Братья захватили зеркала и все орбитальные станции. Теперь они высадились на планете и атакуют нас повсеместно. Их нейтрализаторы полностью подавляют талант, и нам приходится сражаться обычным оружием. А оружие у них лучше. Кроме того, на их стороне все крепостные. И как бы мы ни били этих мятежников раньше, сейчас они сильнее нас.
Марика вспомнила, что говорили старшие, когда она была еще щеной. Простые меты никогда не любили силт.
– А разве вы меня слушали, вы, силты? Вы никогда не учитесь на своих ошибках! Не хочу я к вам возвращаться. От обитателей родного мира я всю жизнь жду одних лишь ударов в спину. Но я дала обещание своим мертвым, и я приду. И погибну скорее всего, ибо что смогу сделать я одна, если вы все не смогли ничего? А если это ловушка, если мне просто хотят отомстить за смерть тех, кого я наказала за глупость и жадность, то у меня нет и вовсе никаких шансов. Ни одна охотница не кладет приманку в ловушку, пока не уверится в ее надежности.
Но редориадская Повелительница не стала обращать внимания на эти слова.
– У вас деревянный корабль. Мятежники не смогут увидеть его в Пустоте.
– Толку‑то с этого!
– Так вы прилетите? Правда?
– Я же сказала, что прилечу. Но сначала дайте мне передохнуть. Дайте оплакать свою горькую участь и пожалеть тех глупых сестер, которые сначала не желают ничего слушать, а потом меня же умоляют совершить калерхаг ради их спасения. Лучше было бы позволить мятежникам истребить их всех до одной. Может, те, что придут им на смену, будут поумнее. Но я приду. Мне теперь незачем жить. Разве что ради истребления своих врагов.
– Это неправда, госпожа. Да, чтобы общины поняли, что в голосе одиночки, предупреждавшей их об опасности, было больше мудрости, чем в опыте поколений, потребовалось, чтобы произошло нечто ужасное. Но теперь они верят в вас, Марика! Они умоляют вас взять власть в свои лапы и вести их по пути к единству во имя…
– Не хочу никого никуда вести. Никогда не хотела. Иначе я давно взяла бы на себя командование. Всю жизнь я мечтала лишь об одном – бродить с друзьями среди звезд и открывать все новые и новые чудеса. Но мне почти никогда не представлялось такой возможности. Силты с их вечной злобой постоянно отвлекали меня, заставляли заниматься совсем другим. По милости тех же силт я потеряла всех, кто был мне дорог. И вот теперь, когда им пришло время расплачиваться за свою глупость, они умоляют меня спасти их!
– Горькие слова.
– А других у меня давно уже не осталось. Но хватит об этом. Расскажи мне все, что вам известно об орбите корабля мятежников.
Марика считала, что, даже если силты решили заманить ее в ловушку, они все равно не додумаются заранее рассчитать правдоподобные орбиты для кораблей несуществующих мятежников. Полететь‑то она полетит, но слова Редориад покажут ей, что ждет ее впереди – мятежники или предательство.

2

На расстоянии одного короткого прыжка от родного солнца Марика устроила привал и позволила команде как следует отдохнуть. На этот раз она взяла удвоенную команду Помощниц, и все они были вооружены до зубов. Редориадскую Повелительницу она отправила вперед разведать обстановку. Незадолго до ее ожидаемого возвращения Марика вывела темный корабль в Пустоту и собрала призраков для прыжка через Ниоткуда.
Редориад вынырнула рядом с ней.
«Корабль мятежников находится сейчас на полярной орбите, – доложила она. – Он ближе к планете, чем даже самые маленькие луны. Сами мятежники устанавливают новое оружие на всех станциях и зеркалах, хотя у них не хватает мет даже на то, чтобы управлять самими станциями. Внизу, на планете, все гораздо хуже. Многие малые сестричества уже уничтожены, а большим тоже грозит гибель. За все время по кораблю мятежников нанесен только один удар, да и тот, можно сказать, случайно. Какая‑то Темная Повелительница возвращалась домой. Когда она увидела, что не сможет приземлиться, она решила совершить калерхаг. Произнесла все положенные в таких случаях слова и с размаху впечатала свой корабль в двигательный отсек мятежников. Теперь их корабль не способен маневрировать. К сожалению, сбить его с орбиты не удалось».
Марика поблагодарила Повелительницу и попросила ее поподробнее рассказать об орбите корабля мятежников. Она хотела вынырнуть из Ниоткуда как можно ближе к нему, чтобы команда корабля не успела отреагировать на ее появление.
Она перепрыгнула на самый край звездной системы, подчинила себе Великого Темного и вместе с ним нырнула в Ниоткуда, мысленно сосредоточившись на образе внутренней из малых лун родной планеты. Вращалась она по обратной орбите под большим углом к экватору.
Марика вынырнула из Ниоткуда в миле от этой луны и тут же спряталась за ней. Луна сейчас находилась всего в тысяче миль от корабля мятежников и продолжала двигаться по направлению к нему. Как только Марика пришла в себя после прыжка, она швырнула огромного призрака в цель, вложив в удар всю свою ненависть. Она даже и смотреть не стала, какое еще оружие есть в системе. Если ей не удастся уничтожить большой корабль, все остальное уже не имеет значения.
Редориадская Повелительница была права. Корабль действительно построили братья, взяв за основу звездный корабль чужаков. Он даже внешне был похож на свой прототип и уступал ему только в размерах. Мятежники без труда обнаружили Марику и немедленно открыли огонь.
Марика рванулась вперед и спряталась за корму вражеского корабля. Теперь ее практически невозможно было достать выстрелом. Она уничтожила те немногие орудия, которые угрожали ей и здесь, и переместилась еще ближе к кораблю, в узкий конус, лежавший вне пределов досягаемости корабельных пушек.
Обследовав защитное поле, Марика обнаружила в нем небольшую слабинку как раз там, где разбила свой темный корабль отчаявшаяся Повелительница. Именно туда Марика и ударила. Во все стороны полетели клочья металла.
После этой атаки Марика пододвинула темный корабль вплотную к искореженной корме. Мятежники с орбитальных станций и лун побоятся стрелять в свой собственный корабль.
«Установите заряд», – передала она резервным Помощницам, которые должны были теперь работать за погибших охотниц. Помощницы пробежали по длинному крылу и прикрепили взрывчатку. Как только они вернулись на место, Марика рванулась прочь от корабля.
Этого братья наверняка не ожидали. Они уверены, что все силты думают одинаково. Тем хуже для них.
Взрыв пробил в корпусе корабля основательную дыру. Марика подплыла к ней, привязала темный корабль и ворвалась внутрь, перепрыгивая через груды искореженного металла. Помощницы последовали за ней.
Внутри корабля творился сущий ад. Великий Темный, втиснутый в столь малый объем, сгустился зловещим черным туманом, пронизывая все волнами ненависти и страха. Помощницы находились на грани безумия. Даже сама Марика едва не потеряла направление.
Вскоре она отыскала люк, ведущий в неповрежденную часть корабля, и открыла его.
По ту сторону ее поджидали мятежники. Но Великий Темный практически лишил их воли. Эти глупцы понадеялись на неприступность своей летающей крепости и не надели защитных костюмов.
Марика велела огромному призраку никого не убивать. Одного его присутствия хватило, чтобы половина мятежников спятила. Они кричали, стреляли друг в друга и даже в самих себя. От дикого шума закладывало уши. Помощницы носились по всему помещению и старались захватить живьем как можно больше мятежников.
Поникнуть в главную рубку оказалось гораздо сложнее. Она была накрыта независимым защитным полем, причем настолько сильным, что даже Марика не могла взломать защиту. Портить корабль ей не хотелось, но ничего не поделаешь, придется. Она послала двух Помощниц за новой порцией взрывчатки.
Как только они ушли, из рубки выскочили мятежники в защитных костюмах и открыли огонь. Марика и оставшиеся Помощницы отстреливались, пока враги не потеряли самообладания и не сбежали. Они потеряли троих, Марика – одну Помощницу.
Принесли взрывчатку. В момент взрыва Марика швырнула Великого Темного в рубку и сама ворвалась следом. Ей понадобилось уничтожить лишь одного бандита. Остальные сдались. Через минуту они уже сняли защитные костюмы, а Марика отправила своего призрака выяснять, где еще, кроме этого корабля, окопались мятежники.
Оказалось, повсюду. Марика не стала атаковать их, так как обнаружила, что мятежники взяли много заложников. А заложниками она рисковать не хотела. К чему такие жертвы, если можно обойтись и без них.
Марика заставила Великого Темного спуститься на поверхность планеты и устроить панику там, где мятежники были сильнее всего. После этого она отпустила призрака. Он тут же удрал к своей родной звезде.
Рубка корабля была такой же, как та, в которой Марика прожила много лет. Только поменьше.
– Вот этих – разбудить, – приказала Марика Помощницам, указывая на валявшихся без сознания мятежников. Потом она повернулась к тем, кто уже пришел в себя. – А вы – по местам! Живо!
Мятежники неохотно подчинились, но не все. Марика поймала небольшого призрака, притащила его в рубку и натравила на одного из отказавшихся. Он умер медленной мучительной смертью.
– Ну? – спросила она у остальных. – Есть среди вас еще желающие умереть во имя собственной глупости?
И она протянула лапу к тому из бандитов, который показался ей главным. Тот немедленно отправился на свое место.
– Прекрасно. А теперь активизируйте все боевые системы. И пусть этот корабль делает то, для чего он был создан.
Все мятежники непонимающе уставились на нее.
– Вы купите себе жизнь, уничтожив тех, кто прислал вас сюда.
Марика сморщила губу – настолько забавной казалась ей эта идея.
Никто ничего не сказал, но многие спины напряглись, выдавая ярость и возмущение мятежников.
– Прекрасно. Стало быть, вы достаточно хорошо меня знаете, чтобы не тратить время на бесполезные споры. Для начала вызовите сюда тех, в чьих лапах сейчас орбитальные станции и зеркала.
– Они не придут, – ответил старший. – У них приказ.
– Они не придут, го сп ож а. Где тебя воспитывали, торговец? И учти, если кто‑нибудь из вас еще раз меня разгневает, я сделаю вас своими личными крепостными. Я недовольна вами, меты. И я прослежу, чтобы жизнь ваша была долгой и тяжелой.
– Они не придут, госпожа. У них приказ оставаться на месте, что бы им ни говорили.
– Изобретательно, ничего не скажешь. Ладно, мы их убедим. Готовьте ракету. Сейчас мы уничтожим «Молот». Передайте им мой приказ, дайте минуту на размышление, а потом запускайте.
Старший мет затрясся от страха.
Типично мужская реакция. Этим бандитам приходится доверять важнейшие задачи трусам. У них нет выбора. Они все трусы.
– Учтите, я слежу за вами. И помните, что я много лет провела на корабле, копию которого вы попытались построить. Я разбираюсь в том, что вы тут делаете.
Она замолчала и щелкнула призраком одного из мятежников, который пытался сделать что‑то исподтишка. Раздался визг.
– Вот видите?
Марика приказала одной из Помощниц подвесить провинившегося вниз головой.
– Ваш друг будет вопить от боли все время, пока вы работаете. Это лишний раз напомнит вам о том, кто здесь хозяин.
Марика похлопала по плечу старшего мета. Он содрогнулся.
– На этот раз вы перестарались. Вы довели дело до того, что общины сами попросили меня разделаться с вами. Тем самым вы обрекли на гибель всех братьев. Даже тех, кого мы, силты, считали «хорошими». Вам много раз предоставляли возможность одуматься, но вы не воспользовались ею. Я выросла в понатском стойбище. Так вот, у нас было принято уничтожать опасное животное сразу. Никаких отсрочек. Никакой сентиментальности. Жизнь была короткой и тяжелой, и рисковать ею лишний раз не приходилось.
Она снова похлопала мятежника по плечу.
– Выше голову, торговец. Ты у нас – участник великих событий. Тебе дано будет увидеть конец эпохи. Возможно, вы будете единственными оставшимися в живых братьями. Когда‑нибудь я отпущу вас и отправлю бродить по всему миру. Вы будете свидетелями. Свидетелями великой ярости силт. Ярости Всесущего, который увидел, что нарушен естественный порядок вещей.
Мятежники смотрели на нее как на сумасшедшую. Большинство из них старались стать как можно незаметнее. Старший начал медленно подниматься, в ярости приподняв губу. Марика махнула лапой. Подвешенный мет завопил.
– И такая судьба ждет всех, кто не будет повиноваться. Остальные останутся живы. Уничтожьте «Молот». А потом – ангар на Малом Клыке.
– Последи за ними, – шепнула она старшей Помощнице. – Я выйду на минутку.
Марика выскользнула из рубки, закрыла глаза и ответила на слабое прикосновение, которое почувствовала мгновением раньше.
Редориадская Повелительница почему‑то вернулась в систему родного солнца.

3

«Что такое?» – передала Марика.
«Похоже, это ловушка».
«Этого следовало ожидать. Но все мятежники здесь. Что же еще могло случиться?»
«Я поторопилась с возвращением, очень устала и слишком рано вынырнула из Ниоткуда, к тому же далеко от плоскости эклиптики. В результате я совершенно случайно обнаружила еще три звездных корабля – точно таких же, как тот, что напал на планету».
Марика крякнула и задумалась.
«Ясно. Они тебя заметили?»
«Не думаю. Заметив корабли, я почти сразу сбежала. Успела только прощупать их прикосновением. Они никого не ждут».
«Интересно. А защитное поле у них есть?»
«Нет».
«Оставайся пока там, где ты есть. Здесь все еще опасно».
Марика нервно расхаживала по коридору. Значит, это все‑таки ловушка. И она захлопнется, как только мятежники получат сигнал. Сигнал, который уже несется к ним со скоростью света. Долго ему лететь? Марика спросила об этом у Повелительницы Редориад. Оказалось, что несколько часов. Глупцы! Они слишком хорошо спрятались.
Марика закрыла глаза и вызвала местного Великого Темного. На это ей потребовалось всего несколько мгновений.
Вскоре она вернулась в рубку.
– Ну, как они тут? Тянут время?
Ракета все еще не была запущена.
– Боюсь, что так, госпожа.
– Ладно.
Марика махнула лапой:
– Значит, так. Все очень просто. Ваши корабли, те, что в засаде, уничтожены. Они считали, что их никто не найдет, и не включили защитные поля. Так что время вам тянуть незачем. Все равно сюда уже никто не прилетит.
– Соберите здесь всех братьев, каких найдете на корабле, – повернулась она к Помощницам. – И пусть они или умрут за свою веру, или примирятся с обстоятельствами.
Старший из мятежников был предельно мрачен.
– Я же приказала вам уничтожить «Молот», – сказала Марика. – А вы не сделали этого.
Она махнула лапой, и наказанный мет завыл и замолчал лишь тогда, когда ракета вылетела из гнезда.
– А теперь ангар на Малом Клыке. Передаете своим приятелям приказ вернуться сюда, даете минуту на размышление и, если они не соглашаются, запускаете ракету. Все сообщения следует передавать открытым текстом.
– Вам это нравится, – проворчал старший мет.
– Еще как!
И это была правда. На свете не осталось никого, кто мог бы ей помешать. Не было уже тех, чье мнение сколько‑нибудь волновало бы ее. На этот раз Марика сделает все так, как ей хочется. Сокрушит мятежников, унизит их и получит удовольствие от самого процесса.
На этот раз пощады не будет. Она переделает мир по своему вкусу.
Еще четыре ракеты – и мятежники поняли, что их положение безнадежно. Марика убедила их в том, что не остановится ни перед чем. Погибло всего несколько сотен мет, а пространство вокруг планеты уже принадлежало ей.
Как только мятежники покинули зеркала, она прикоснулась к Великому Темному и перебила всех, кто засел на орбитальных станциях.
Старший мятежник попытался что‑то возразить.
– Им я ничего не обещала, – ответила Марика. – Только вам, тем, кто уже здесь.
Она посмотрела вниз, на землю, туда, где в своем секретном бункере прятался Каблин. На прикосновение он не ответил. Как всегда.
Вместо приветствия Марика выпустила по бункеру ракету.
Через полчаса последовал вполне приличный взрыв. Но укрепление Каблина осталось целым и невредимым. Марика приказала выпустить еще одну ракету.
Тоненький усик прикосновения донес до нее благодарность общин. Судя по тону сообщения, силты считали, что все уже в порядке.
«Вы зря считаете, что спасены, – ответила Марика. – То, чего вы пытались избежать, случилось. Настал час, которого вы боялись. Теперь этот звездный корабль мой. И я не покину его, пока не переделаю мир так, как мне нравится. У вас был выбор. Я или мятежники. И вы выбрали меня, сочтя меньшим злом. Теперь вы никуда от меня не денетесь».
Вторая ракета взорвалась над самым бункером. Пусть все видят, кто теперь хозяин в этом мире!
Но и этот взрыв не повредил укреплению. Марика приказала запустить третью ракету.
«Каблин! – передала она вниз, на землю. – Это только начало. Бомбы будут падать до тех пор, пока ты не сдашься. Другого пути спасти твоих братьев нет. Ваша ловушка не сработала. Я уничтожила все три резервных корабля. Так что ты совершенно беспомощен. Выбирай – или ты, или все торговцы, сколько их есть на свете».
Посмотрим, насколько Колдун предан своей мечте. Если он струсит и не выйдет, она будет бомбить его крепость до тех пор, пока не разнесет ее в щепки. А если он соберет всю свою смелость и сдастся, можно будет даже оставить в живых часть его сторонников.
В одном сомнений быть не могло – сообщение Каблин получил.
Марика внимательно смотрела, как старший мятежник выпускает одну ракету за другой. Запасы их были неисчерпаемы. Судя по всему, мятежники нашли какой‑то мир с большими урановыми месторождениями и научились добывать и использовать этот металл. Марика вдруг вспомнила, как эти бандиты пытались уничтожить зеркало в самом начале строительства. До чего же примитивно было тогда их оружие!
Когда упала двенадцатая бомба, Марика почувствовала ответное прикосновение:
«Хватит, Марика. Я выхожу. Полная капитуляция. Только перестань уничтожать мир».
«Я пришлю за тобой темный корабль».
Она разыскала Повелительницу Редориад, передала ей чтобы та спустилась на планету и подобрала Каблина.
Это займет несколько часов. Марика воспользовалась создавшейся паузой, чтобы вздремнуть.

4

«Он у меня, Марика, – передала редориадская Повелительница. – В цепях. Сопротивления не оказывает. По‑моему, он в шоке».
«Вези его сюда. Дай мне знать, когда выйдешь из атмосферы».
После этого разговора Марика снова принялась бомбить укрепления братьев и продолжала это занятие, пока не извела все ракеты. Ее мало волновало, кто попадет под удар. Во всяком случае, когда бомбардировка окончится, оставшиеся в живых торговцы будут отброшены на сто лет назад.
Иначе не убедить мет, что она хозяйка положения. Будущее в ее лапах, и никаких аргументов она даже и слушать не будет.
Старший мятежник наконец не выдержал. Услышав очередной приказ, он просто не поверил своим ушам.
– Нет, вы действительно хотите использовать лучевое оружие против наземных целей? Неужели у вас такое ограниченное мышление? Может быть, вы и правда намерены изменить мет, но сначала вам придется убедить их, что на них обрушилась ярость самого Всесущего!
– Я и есть ярость Всесущего. Пусть мир попытается меня задобрить.
Мет отказался выполнять приказ и продолжал упорствовать, несмотря на непрекращающиеся вопли наказанного товарища.
– Вздерните и его тоже, – приказала Марика.
Помощницы послушались. Марика заставила вопить от боли обоих метов, потом обратилась к команде:
– Итак, кто из вас умеет обращаться с лучевым оружием?
Но никто не отозвался. Марика даже убила нескольких мятежников, но и это не помогло. Судя по всему, они были уверены, что все равно погибнут. Так зачем же им тогда помогать ей?
Марика снова ощутила прикосновение и обратилась к команде:
– Сейчас прибудет наш гость. Надо его встретить. Только осторожно! Он – верлен.
Через десять минут вошел сам Каблин. Увидев седого, дряхлого мета, Марика даже подумала было, что ее обманули. Но, присмотревшись, поняла, что это действительно он. Даже в этом Каблине осталось что‑то от того щена, которого она так хорошо знала когда‑то.
– Ты нарушила слово, Марика. Я сдался, а ты все равно продолжаешь сбрасывать бомбы.
– Неужели ты сам поступил бы иначе? Я много раз давала тебе шанс исправиться, а ты? Ты опять принимался за старое.
– Но так ты уничтожишь все.
– Возможно.
– Все, включая память о своих же добрых делах. Не надо, Марика!
– Все они и так давно забыты. Добрые дела никому не интересны. Я помогла метам победить зиму, а они перегрызлись из‑за контроля над энергией. Сама я интересую их лишь постольку, поскольку обладаю силой. Одни из них хотят лишить меня этой силы, другие – использовать ее в своих корыстных интересах.
– Так зачем же тогда ты сражаешься с теми, кто пытается освободить мир от власти окаянных силт?
– Это еще хуже, Каблин. Это противно природе.
– Поздно, Марика. Ты как та мета, которая пыталась остановить наводнение, вычерпывая воду ковшом. Тебе не удержать того, что уже началось. Время силт миновало. И ты виновата в этом даже больше, чем я.
Марика подняла винтовку.
– Именно ты придумала построить зеркала. А ведь в результате осуществления этого проекта в обществе произошли необратимые изменения. Те, кто разделял мою веру, обрели свободу передвижения и смогли рассказывать братьям и крепостным, что у них есть надежда, что можно вырвать мир из железной хватки силт.
– Именно вы, торговцы, заключили этот отвратительный альянс с Серк и…
– Возможно. Но если бы не ты, Марика, нам не удалось бы завоевать сердца миллионов мет по всей планете. Без тебя мы были бы лишь теми, кем хотели нас видеть наши предшественники. Новыми диктаторами. Наследниками силт. А ты превратила нас в освободителей.
Трясущимися лапами Марика сняла винтовку с предохранителя. Она вспоминала свои первые дни в Акарде, давно погибших силт. Глаза их были безумны, а губы шептали: «Джиана, Джиана…»
– Ты можешь меня убить, но это ничем тебе не поможет, сестричка.
– Я несколько раз поддавалась слабости и оставляла тебя в живых, Каблин. Больше я эту ошибку не совершу. И если, сдаваясь, ты рассчитывал на мое милосердие…
– Нет. Я никогда на него не рассчитывал. Ты можешь перебить всех торговцев на этом корабле, но это ничего не изменит, Марика. Ты сама совершила все эти перемены. Мне оставалось лишь направить их в нужное русло. Ты – Джиана, и благодаря тебе мир стал совсем другим.
– Не называй меня Джианой!
– Почему? Ты что, боишься правды?
– Не смей!
– В глубине души ты и сама знаешь, что это правда, Марика. Ты идешь тропой рока, и за спиной у тебя остаются одни только трупы. Так кто же ты, если не Джиана?
Марика нажала на спуск и изрешетила Каблина пулями. Но лапы у нее ходили ходуном. Пули попадали в панель управления, в силт и братьев. Одна из них рикошетом задела саму Марику.
От резкой боли она пришла в себя, отшвырнула бесполезную винтовку, бросилась к раненой силте и попыталась как‑то помочь ей. Куда подевалась ее дикая ярость? Марика лихорадочно соображала, что надо делать, выкрикивала какие‑то приказы… Остальные Помощницы с опаской поглядывали на нее.
– Что вы тут стоите! Помогите метам!
Марике самой было отвратительно то, что она натворила. Она страшно злилась на себя, но этот гнев ничего общего не имел со слепой яростью, охватившей ее минуту назад. На этот раз она ненавидела только себя.
Да, она действительно Джиана. По крайней мере только что вела себя как Джиана. Несколько мет серьезно ранены. А все из‑за кого?
Чтобы спастись от стыда, Марика открыла свою внутреннюю отдушину и нырнула в темный мир. Успокоившись немного, она поймала призрака и полетела с ним проверять станции и зеркала. Обслуживающие их команды постепенно приходили в себя. Болтовня мет наполнила эфир.
Электронные средства связи. Как все‑таки изменился мир со времен ее детства! Когда Марика жила в Акарде, телекоммуникации, конечно, существовали, но знала об этом лишь малая часть силт, да и то под строжайшим секретом.
В те времена силты почти не пользовалась достижениями технического прогресса. Весь мир в каком‑то смысле был низкотехнологической зоной. А сейчас новые технологии были везде. Великая Зима и строительство зеркал принесли их буквально в каждый дом.
Например, отопление. Раньше меты топили углем или дровами. А теперь везде было проведено электрическое, газовое или нефтяное отопление. Добычу руды и сельское хозяйство пришлось механизировать. А ведь еще совсем недавно даже огромные монастыри возделывали свои поля так же, как это делали Дегнаны в диком Понате. Держать для этой цели животных позволяли себе лишь самые богатые общины. А промышленность? Ничего подобного раньше и в помине не было! Марика с большим трудом сумела отыскать дирижабль. Только в самых глухих уголках планеты еще оставались эти огромные сардельки.
Во время редких визитов в родной мир Марика просто не обращала внимания на то, что в нем происходит. Краткий визит в Рухаак, охота за мятежниками – вот и вся программа. Но Рухаак находится на самой границе цивилизованного мира, а мятежники прятались и вовсе в пустыне. Вот она и не видела, что творится на планете. А надо было видеть.
Все это произошло по ее вине.
Прошлого уже не вернуть. А силты – это и есть прошлое.
Возможно, Каблин был прав. Марика действительно изменила мир. А теперь в припадке безумной ярости почти сокрушила новую зарождающуюся цивилизацию. Еще неизвестно, выживет ли она теперь.
Марика вернулась в реальный мир, оглядела рубку и молча уставилась на изуродованное тело Каблина. Ну что ж, по крайней мере этого она достигла. Будущее мет больше не принадлежит Колдуну. Внизу, на планете, мятежники разбегались кто куда. На этот раз силты не пощадят своих врагов. Даже они чему‑то научились и закончат наконец ее работу. А потом снова вернутся в свое обычное состояние. И вместе с ним вернется страх и ненависть к ней.
Но Марике было все равно. Пусть делают что хотят. Пусть начнут охоту на нее. Теперь это уже не важно. А после ее смерти станет совсем не важно.
Она потянулась и передала вниз, что возвращается на свой звездный корабль.
Перед отлетом Марика вывела из строя все боевые системы корабля мятежников. Она выполнила свое обещание и не стала никого убивать. А потом она села на свой темный корабль и отправилась к звездам. Но мысли о Каблине терзали ее сердце. Марика прекрасно понимала, что он и мертвый будет ее преследовать.

Глава шестнадцатая

1

Шли годы. Марика становилась все старше и сама чувствовала, что стареет. К ее удивлению, темные корабли продолжали навещать место ее добровольного изгнания. Мало у кого из них было разрешение от родной планеты.
На родной планете наступил период затишья. Темные Повелительницы потянулись из дома, подальше от жуткого прошлого. Началась эпоха великих открытий. Силты намного раздвинули границы известного мира. Марика тоже иногда выбиралась из своего логова и показывала избранным Повелительницам дорогу к дальнему краю облака, к бесчисленным звездам.
Сама она не могла улетать далеко от корабля. Это было бы рискованно – «Звездный странник» все еще не нашелся. Но она жадно расспрашивала других и требовала, чтобы исследовательницы делали подробные записи.
Многие прилетали, чтобы учиться. И Марика учила их хотя, конечно, без особого энтузиазма. Все это были молодые силты, новое поколение, еще не испорченное старыми догмами. У них был более гибкий ум и почти отсутствовал страх. Они хотели выпытать у Марики все, что она знала о Сущих, о темном мире, о том, как увеличить дальность перелета в Пустоте… Некоторые, даже Повелительницы, хотели летать с ней в качестве Помощниц. С каждым годом сила Марики все возрастала, и те, кто помогал ей, тоже надеялись стать сильнее. Каким‑то образом она открывала новые каналы в их сознании.
Так что Марика редко оставалась одна. Но это не мешало ей быть одинокой. Она чувствовала себя отшельницей из старой легенды, той, что сидит себе где‑нибудь на горе и учит всех, кто приходит к ней в поисках знаний. Марика честно обучала всех, кто просил ее об этом, хотя удовольствия ей это не доставляло. Она надеялась сформировать таким образом новое поколение силт. В качестве платы за обучение силты должны были оказывать ее метам помощь в починке и исследовании звездного корабля.
– Мы должны покончить с традиционной узостью мышления, – проповедовала Марика. – С узостью, которая чуть не привела нас к гибели. Мы должны понимать образ мыслей торговцев, как понимаем самих себя. Мы не должны презирать других, ибо их таланты так же многогранны и удивительны, как наши собственные.
Анахронизмы в ее речи порядком развлекали молодых силт. Уже много лет никто не употреблял таких слов, как, скажем, «торговец». Это было слово из языка диких племен, и лед давно поглотил всех, для кого оно звучало естественно.
Марика стала последней в своем роде, связующим звеном между старым и новым миром. Понятие низкотехнологической зоны ушло безвозвратно.
Наконец‑то Марика обрела мир, но теперь рядом с ней не было ни Багнеля, ни Грауэл, ни Барлог. Не с кем было порадоваться спокойному течению жизни. Не с кем поговорить о будущем. У нее не осталось ни единого друга.
Чтобы убежать от действительности, Марика стала все чаще и чаще обращаться к древним ритуалам. Юным силтам это казалось парадоксальным: на словах Марика проповедовала новую веру, а сама кучу времени посвящала церемониям, которые были древними уже на заре цивилизации. Иногда она по целым дням неподвижно сидела, открыв душу Всесущему, и в одиночестве отправляла старые традиционные обряды.
Только так Марика могла изгнать то, что постоянно терзало ее душу. Теперь она понимала, почему все сестры‑наставницы пытались в свое время слепить из нее обычную силту.
Иногда она вдруг хватала свой темный корабль и в полном одиночестве отправлялась в Пустоту. Она летала по всей Звездной системе и думала о капризах судьбы. Трудно даже поверить, что, если бы Великая Зима не согнала зотакских кочевников с родных мест, она сейчас была бы одной из самых старых Мудрых племени Дегнанов. Марика совершенно не чувствовала себя старой. Физически она, конечно, состарилась. Но душа ее оставалась прежней.
И все это время Марика чего‑то ждала. Она чувствована, что у Всесущего есть на нее еще какие‑то планы.

2

Новость принесла Повелительница по имени Хенапл. Она была независимой разведчицей, такой, какой когда‑то мечтала стать сама Марика.
Чужаки в облаке! Там, где плотность пыли и газа выше всего, где рождаются новые звезды.
Хенапл постоянно бродила в облаке и знала его гораздо лучше, чем Марика. Две силты заперлись вместе.
– Где? – кратко спросила Марика.
Хенапл принялась перебирать карты, которые сама же и составляла. Наконец она нашла изображение нужной звезды.
– Вот здесь. Всего один корабль, такой же, как этот.
Марика знала эту звезду. Собственно, она‑то ее и открыла. Одна из планет системы была пригодной для жизни.
– Понятно. Место для отдыха. Закроем его для наших кораблей и посмотрим, что эти чужаки намерены делать.
– Они что‑то ищут, госпожа. Это поисковая экспедиция, а не исследовательская.
– Откуда ты знаешь?
– Я давно уже занимаюсь исследованием новых миров и хорошо представляю себе, как это делается. А чужаки действуют совсем по другому сценарию. Что такое поиск, я тоже знаю. Я всегда начинаю с проверки, нет ли там, куда я лечу, «Звездного странника».
– Хм!
У Марики была собственная теория относительно исчезновения «Звездного странника». Именно сейчас она может подтвердиться.
– Нарисуй мне корабль, который вы видели. Некоторые из тех сестер, которые были со мной на планете чужаков‑мятежников, все еще здесь. Посмотрим… Впрочем, мне стоит посмотреть на него самой, верно?
– Простите, госпожа?
– С теми чужаками мы больше встречаться не хотим. Но есть еще и другие, те, что построили этот корабль. Враги первых. Не знаешь, какие у них планы?
– Нет, госпожа. Я только взглянула на них, сообразила, что происходит, и сразу улетела. Надеюсь, они меня не заметили.
– Пожалуй, не будем пока передавать эту информацию домой. На всякий случай. Сначала слетаем, посмотрим на твоих чужаков.
И Марика принялась отдавать приказы. Силты немедленно уселись перекапывать горы отчетов. Вопросов никто не задавал – в созданном Марикой маленьком мире приказы не обсуждались, а выполнялись.
Когда Марика вернулась к Хенапл, выяснилось, что вместе с ними хотят отправиться еще шесть Повелительниц. Марика не могла запретить им лететь. Это было бы бесполезно. Все равно они поступили бы по‑своему, удрав под благовидным предлогом.
Темные корабли нырнули в Ниоткуда. Марика чувствовала себя свежей как никогда. Быть может, именно ради этой встречи Всесущий и подарил ей такую долгую жизнь?
Чужаков в системе уже не было. Не было и никаких следов их посещения.
Значит, они действительно что‑то ищут. Как скоро эти искатели наткнутся на мертвый звездный корабль?
«Летим домой, – передала Марика. – И пусть они сами к нам придут».
Когда темные корабли вернулись обратно, рядом со звездным кораблем уже висел второй, точно такой же. Точнее, не висел, а медленно приближался. Вероятно, чужакам расстояние между кораблями казалось изрядным. Но Марика была силтой. Она просто перепрыгнула через Ниоткуда поближе к своему кораблю и поспешила домой.
Чужаки подошли еще ближе и подобрали себе подходящую орбиту. Больше они никаких действий не предпринимали. Осторожные создания.
Марика отправилась в рубку, в секцию связи. Переговорными устройствами никто не пользовался уже много лет.
– Они не пытались выйти на связь? – спросила она у Дежурного.
– Пытались, и неоднократно, – ответил старый мет. – Мы подтверждали прием, но ничего не отвечали, ожидая вашего возвращения.
– Так я уже вернулась. Выходи на связь и проверь, знаем ли мы их язык.
Последующий диалог показал, что язык они знают. Эти чужаки, в отличие от тех, с которыми вынужден был общаться Багнель, говорили на том же языке, что и команда погибшего корабля. Кроме того, они были намного вежливее своих противников. Марика задала несколько прямых вопросов и получила на них столь же прямые ответы.
– Скажи им, что они могут подняться на борт, если хотят.
Чужаки тут же ухватились за это предложение.
Марика встретила их у шлюза. Груз прожитых лет будто свалился с ее плеч. Именно ради такой встречи она всю жизнь рвалась к звездам.
Одежда пришельцев напоминала те защитные костюмы, которые братья‑мятежники надевали во время битвы. Чужаки сняли шлемы и с любопытством уставились на мет. Меты тоже не сводили с них глаз. Марика подняла вверх обе лапы. Одна из женщин‑гостей подняла вверх правую лапу и растянула розовые губы, обнажив зубы потрясающей белизны. Марика кивнула, знаком предложила чужакам следовать за ней и повела их по коридорам прямо в главную рубку.
Изменения, внесенные метами в конструкции корабля, вызывали у чужаков то приступы веселья, то озадаченные взгляды. Но Марика не слишком доверяла своим глазам. Эти существа были очень похожи на мет, но реакции их вполне могли быть другими. Считать, что они думают как меты, – страшная ошибка.
Когда они добрались до рубки, Марика сказала старому мету:
– Спроси у них, из той ли они общины, что построила этот корабль.
Старшая из гостей вопрос, судя по всему, поняла и ответила утвердительно.
– Скажи им, что они могут осмотреть механизмы. И внимательно за ними наблюдай.
И Марика включила запись с последним отчетом пришельцев.
Шестеро чужаков рассыпались по рубке и принялись щелкать всевозможными переключателями.
– Расскажи им о встрече этого корабля с Серк, – предложила Марика. – Пусть понимают, с кем имеют дело.
Но чужаков этот вопрос не заинтересовал. Они вытащили из памяти какие‑то данные, до которых меты за все эти годы так и не смогли добраться, и принялись возбужденно болтать. Судя по всему, им очень понравилась эта находка. А исход давней встречи звездного корабля с перепуганной Повелительницей Серк их совсем не огорчал.
– Они говорят, что этот корабль – историческая реликвия, – объяснил Марике переводчик. – Для них он пропал несколько поколений назад. По‑моему, их не интересуют старые распри. В конце концов, все это случилось до вашего рождения.
Марика что‑то недовольно проворчала. Ее собственная война с Серк тоже началась задолго до ее рождения. Сейчас в живых оставалось шесть или семь Серк. А она, Марика, в каком‑то смысле была последней из Рейгг.
Уже несколько раз она пыталась выучить язык чужаков. Пока что без особого успеха. Марика дала себе слово попробовать еще раз.
Развитая интуиция силты подсказывала ей, что случиться сейчас может только хорошее. Похоже, наконец‑то настал тот час, ради которого Всесущий так долго сохранял ей жизнь.
Пришельцы с другой звезды. Существа, чья эволюция шла совсем не так, как у мет. И эти существа, как и меты умеют путешествовать в Пустоте!
Марику охватил почти детский восторг.

3

Чужаки называли себя людьми. Их предки жили у далекой звезды, на планете под названием Терра. Марика даже мысленно не смогла представить себе расстояние до этого мира – так далеко он был расположен. Никто из их гостей никогда не видел ни этой планеты, ни родного солнца. У людей было уже несколько сотен колоний, а самих их было столько, что Марика сперва даже не поверила своим ушам. Подумать только, триллионы разумных существ! Даже в пору наивысшего расцвета цивилизации мет, перед наступлением холодов, их было не больше пятисот миллионов.
Новые чужаки понравились Марике гораздо больше. Вскоре она уже неплохо знала их язык и могла как‑то разговаривать с Повелительницей звездного корабля, которая называла себя капитан Гайола Джексон.
Люди не верили, что силты могут делать то, что они делают. Капитан Джексон заявила, что все это припахивает колдовством. Подходящее слово было в обоих языках, но эмоционально люди и меты вкладывали в него совсем разный смысл. То, что для одних было устрашающей правдой, другие считали фантазией и даже презирали.
Марика позавидовала независимости чужаков. Их корабль был автономной единицей и мог находиться в Пустоте сколь угодно долго. Капитан Джексон вовсе не собиралась улетать, не исчерпав всех возможностей контакта. Она просто отправила своему начальству почтовый бот, сообщив, что задерживается.
Марика уже достаточно доверяла странной женщине, чтобы разрешить ей этот запуск.
Четыре года пролетели совсем незаметно. За все это время живая легенда ни разу не слетала посмотреть на свои зеркала.

Марика быстро развернула темный корабль, скользнула в сторону, рванулась вперед. Ученицы, следовавшие за ней сзади и снизу, едва не столкнулись, повторяя этот маневр. Марика насмешливо фыркнула. Учиться‑то они учатся, но дается им это нелегко.
Она взглянула на центральную площадку. Капитан Джексон откровенно тряслась от страха. Единственная из людей, кто вообще осмелился ступить на борт темного корабля, она так и не смогла привыкнуть к силтам и их способу звездоплавания. Марика снова повернула огромный деревянный кинжал, нацелив его острием на далекое солнце системы.
«Домой!» – передала она силтам.
Такое понятие, как прикосновение, люди тоже воспринимали с трудом.
Ладно, поразвлекались и хватит. Пора спешить домой и выслушивать там очередную порцию плохих новостей.
Марика собрала призраков и нырнула в Ниоткуда. Звезды мигнули, завертелись и погасли. Затем они появились снова, но теперь их загораживала махина звездного корабля. Ужас Джексон словно облаком окутал темный корабль. Но женщина не сдавалась. Она летала на темном корабле так часто, как только позволяла Марика. Что‑то в ней было от силты. Упорство, наверное.
Марика оставила женщину на попечение Помощниц и вошла внутрь звездного корабля. Его давно уже можно было назвать домом Темных Повелительниц. Но сейчас их количество возросло многократно. Шесть десятков темных кораблей считали это место своей постоянной базой.
Еще один непредсказуемый результат ее борьбы с силтами на родной планете. Ужасы, которыми сопровождалось каждое ее появление дома, породили политику изоляционизма, с которой Темные Повелительницы не могли и не хотели мириться. Одна за другой они рвали отношения с родными общинами, ибо сделать это им было легче, чем отказаться от дальних полетов в Пустоте. И лишь немногие из них навещали после этого родную планету.
А значит, они – последние представительницы вымирающего племени. И на смену им уже никто не придет. На родной планете некому обучать молодых.
Марика вошла в помещение штаба, недавно отремонтированное и переоборудованное людьми капитана Джексон. Их изрядно прибавилось – рядом с первым звездным кораблем летало уже с полдюжины новых. Торцы зала украшали огромные трехмерные звездные карты. Каждый раз, глядя на них, Марика острее чувствовала боль утраты. Вот порадовался бы Багнель, если бы ему довелось увидеть все это!
Возбужденные меты столпились у звездной карты на своей половине зала. Марика тоже взглянула на карту.
– Значит, Ратгар закрыт, – сказала она. – А Арлгор?
– Все, как вы и подозревали, госпожа, – ответила старшая из силт. – Кто‑то пытается перекрыть нам пути домой.
На карте звездный корабль и родной мир мет были связаны несколькими ломаными золотистыми линиями – маршрутами для Темных Повелительниц. Марика и ее окружение почти не пользовались этими маршрутами – им не было дела до того, что творится дома. Но недавно силты заметили какие‑то странные отклонения и решили на всякий случай проверить все пути. На каждой из восьми золотистых линий была хоть одна звезда, окруженная фиолетовым туманом. В этом тумане скрывались лучшие из планет, пригодных для жизни и отдыха силт. Ни один из темных кораблей, отправившихся выяснять, в чем дело, с этих планет не вернулся.
– Что вы теперь будете делать? – спросила старая силта.
– Ничего.
Марика действительно не знала, что ей предпринять. Посылать новых Повелительниц? Это все равно что швырять камни в колодец.
Все были уверены, что виноват опять «Звездный странник». Марика подозревала, что дело обстоит гораздо хуже. У Серк осталось не больше семи дряхлых Повелительниц. Вряд ли они смогли бы подстроить ее силтам смертельные ловушки на таком количестве планет.
– Так что с Арлгором? – повторила она свой вопрос.
– Пока ничего.
Марика заворчала. Значит, время Арлгора еще не пришло. Впрочем, это наверняка ненадолго.
И Марика отправилась в другой конец зала, где капитан Джексон со своей стороны пыталась понять, что происходит.
Звездная карта у людей была гораздо больше, чем у мет. Трудно было различить отдельные звезды в составляющих ее облаках света. Некоторые облака были почти целиком фиолетовыми.
– Что‑нибудь изменилось?
– Нет. Никакой информации извне.
– Вас это беспокоит?
– Наша экспедиция совсем небольшая, и от дома мы далеко, но ведь почтовые боты должны курсировать! Мы знаем лишь то, что сообщают нам ваши подчиненные. А они ничего не понимают в наших делах, поэтому их отчеты для нас практически бесполезны.
Вот уже три года многочисленные протеже Марики посещали звездные миры людей и даже довольно успешно торговали с ними. Марика, как и все силты, плохо понимала, что там творится. Ясно было одно – люди‑мятежники вылезли из своей берлоги, и сейчас между ними и народом капитана Джексон идет борьба.
– Ратгар закрыт, – сказала Марика. – Следующий – Арлгор. И если нас лишат и его тоже, я, вероятно, вынуждена буду уступить вам этот корабль.
– Разумно ли это? Если то, что вы подозреваете, правда…
Джексон замолчала, а потом вдруг махнула рукой:
– К черту все эти правила! Марика, ты просто никогда не видела настоящего боевого корабля. Все наши корабли, включая этот, – научные. Они маленькие, и оружия на них тоже очень мало. По сравнению с боевым кораблем это просто скорлупки. Я не должна была этого говорить, но я просто не хочу, чтобы ты совала голову в петлю.
Марика внимательно посмотрела на свою собеседницу. Маленькие, значит, корабли. Легковооруженные! У мятежников она не заметила ничего более страшного, чем эти «скорлупки».
– И если ваши враги договорились с нашими, эти большие корабли готовы к встрече с тобой.
А ведь верно. Зачем ей отрезали дорогу домой? Очевидно, это ловушка. Но чтобы с этим справился один только «Звездный странник»? Может, люди‑мятежники действительно сочли ее страшной угрозой?
Проклятие! Она же поклялась наплевать на родной мир. Пусть он катится к Всесущему! И если общины в очередной раз позволили мятежникам восстановить силы, тем хуже для них! Марика больше не намерена помогать глупцам. Но если «Звездный странник» привел туда внешних врагов… Разве не должна она защитить свой народ?
Это будет не просто борьба за власть. Люди слишком похожи на мет, чтобы пройти мимо мира, которым никто не правит. Даже люди Джексон, вроде бы вполне дружественные, и то беспокоили Марику.
Они с капитаном Джексон были друзьями, но остальные… Силты всегда останутся силтами, особенно на дальних рубежах тьмы. Увы, в чужих звездных мирах они тоже вели себя как силты. Предупреждать их было бесполезно, ругать тоже. Людей они откровенно презирали – ведь среди тех не было силт. Люди, как и братья, были техниками и не гнушались работать руками. Разве подобные существа могут быть достойны уважения?
Иногда Марике хотелось кричать от отчаяния. Вероятно, это наследственность. А она, Марика, просто ошибка эволюции.

Глава семнадцатая

1

К Марике приближался темный корабль. Она не стала отвлекаться, а продолжила обучение молодых Повелительниц. Все три уже неплохо фехтовали своими призраками.
Марика давно уже чувствовала, что стареет. Теперь она решила передать молодым все свои секреты. Все, что сделало ее самой могущественной из силт своего времени. Она даже записывала эти секреты, надеясь, что подобная книга поможет другим избежать ее ошибок и падений.
Кем бы она могла стать, если бы родилась в другое время, если бы не должна была тратить почти все силы на постоянные раздоры? Да ей все было бы подвластно!
«Госпожа?»
«Да, Хенапл».
«Последний путь перекрыт».
«Так я и думала. Молодец, Фладжис! Прекрасное решение!»
Юная Повелительница совершила прыжок через Ниоткуда, чтобы занять более выгодную позицию.
«Ты у нас прямо стратег!»
И Марика ловко отразила удар. С высоты ее опыта все поступки молодежи были легко предсказуемы.
«А теперь потренируйтесь сами. Но осторожно. Помните – это только маневры. Чтобы никаких несчастных случаев!»
Эти зеленые силты иногда поддавались гордости и начинали обмениваться настоящими ударами.
Марика подплыла поближе к Хенапл. Два темных корабля смотрелись рядом довольно странно. Один – из грубо обработанного дерева, другой – из блестящего титана. Но знаки на корабле Хенапл были старыми как время.
«А мой корабль интереснее, – подумала Марика. – У него есть стиль».
«Старшая из людей озабочена», – передала Хенапл.
«Так пойдем снимем тяжесть с ее души».
Марика скользнула в Ниоткуда. Она вошла внутрь звездного корабля намного раньше, чем Хенапл долетела до него.
Капитан Джексон и в самом деле выглядела испуганной.
– Что такое? – спросила Марика.
– Только что с нашей стороны облака прилетел темный корабль.
– Дурные вести?
– Была большая битва. Мой народ проиграл.
– А прямых сообщений так и нет?
– Нет. О нас просто забыли.
– Что означает для вас это поражение?
– В основном это зависит от потерь. Нас гораздо больше, чем мятежников. Они не могут взять верх. Так что последствия будут скорее политическими, чем военными.
Марика кивнула, хотя не совсем поняла, о чем идет речь. Она отвела Джексон в штаб и обратила ее внимание на тот факт, что последний путь, соединяющий звездный корабль с родной планетой мет, перекрыт.
– Последний известный путь, – тихо добавила она. – Я, если понадобится, могу воспользоваться другим.
Джексон сплюнула сквозь зубы. Всесущий, ну и привычка! Никакой самодисциплины у этих существ!
– Нападешь на них?
– Нет, подожду.
– Удивляюсь я тебе.
– Что?
– Насколько я понимаю, ты хочешь, чтобы они сами к тебе пришли. Боюсь, что это не совсем разумно. Ты не видела наших боевых кораблей.
– Мы еще посмотрим, кто тут кого не видел.
Марика была уверена, что, если понадобится, она без труда разделается с любыми кораблями людей. В конце концов, она – ходящая во тьме. Самая сильная Повелительница за последние несколько веков. Пустота по праву принадлежит ей.
Те, кто заткнул горлышко бутылки, потеряли терпение, когда поняли, что Марика и не собирается из нее вылезать. Через десять дней после того, как был перекрыт последний путь, враг появился в звездной системе Марики.
Тревога завыла ночью. Повелительницы и Помощницы вскакивали с постелей и мчались к своим кораблям. Марика преспокойно отправилась в штаб. Капитан Джексон была уже там вместе со всеми своими людьми. Ее половина зала жужжала, как улей.
Значит, это правда! А Марика была уверена, что тревога ложная. Но…
– Только один корабль, – сообщила капитан Джексон. – Эсминец. И он уже разворачивает десант. Через час все они свалятся нам на голову. Остается надеяться, что это разведывательный вылет.
Она изобразила разлетающиеся из центра точки.
– Мне надо увести свои корабли.
Марика рассердилась. Почему патрульные не предупредили ее? Они могли сделать это задолго до того, как люди заметили незваных гостей. Она попыталась передать им свою ярость, но все патрули были за пределами прикосновения.
– Удираете? – спросила она.
– Я должна защитить своих людей, – твердо ответила Джексон. Все ее ученые уже спешили покинуть корабль. – Мы все равно ничем не сможем вам помочь. Нас перебьют, вот и все.
Марика озадаченно покачала головой. Она обдумала ситуацию, развернулась и поспешила к своему темному кораблю. Даже не позволив Помощницам закончить все церемонии, Марика помчалась навстречу незваным гостям.
Вскоре с ней связалась одна из Повелительниц с патрульных кораблей. Она была потрясена случившимся. Небольшой корабль людей чуть не врезался в нее, появившись неизвестно откуда.
Марика вздрогнула, да так, что задрожала ее золотистая аура. Она вдруг осознала, что люди лишены таланта, а значит, невидимы для силт классом ниже ее. Надо было подумать об этом раньше.
Марика передала своим Повелительницам приказ наступать развернутым строем.
Летящие впереди строя призраки обнаружили шесть маленьких кораблей, направлявшихся к центру системы. За ними, чуть медленнее, следовала вторая группа – большой корабль, два других, примерно втрое меньше первого, и еще четыре маленьких кораблика. Марика ничего не понимала. Капитан Джексон говорила об одном корабле – как его? – «эсминце».
«Вперед!»
Темные корабли исчезли в Ниоткуда.
Когда Марика вынырнула оттуда, вокруг творился сущий ад. Все пространство было расчерчено паутиной пересекающихся смертоносных лучей. Ракеты летели буквально со всех сторон. В довершение ко всему маленькие кораблики оказались почти такими же верткими, как темные корабли силт. Марика направила свой деревянный корабль к самому большому из людских кораблей. В то же мгновение она почувствовала вопли‑прикосновения умирающих силт.
Размеры большого корабля потрясали. Он был в несколько раз больше самого большого из кораблей Джексон и походил скорее не на корабль, а на огромного длинного хищника вроде тех, что водятся в океанских глубинах.
Какой‑то из маленьких корабликов взорвался. Почти одновременно с ним погиб еще один темный корабль.
Марика недооценила противника. Это была страшная ошибка.
Она потянулась, нашла Великого Темного, схватила его и грубо рванула к себе. Сейчас не до нежностей.
Один из средних кораблей рванулся к ней, на ходу набирая скорость. Как же им удалось ее обнаружить? Марика нырнула в Ниоткуда, вынырнула, покрепче ухватила своего огромного призрака. Корабль снова помчался в ее сторону, но на этот раз его встретил Великий Темный.
Чужие вопли заполнили пространство прикосновений.
Эти люди, умирая, передавали!
Корабль начал разваливаться на куски, а вопли все продолжались.
Всесущий, почему так долго?
Неумолкающий вой отвлекал Марику от борьбы, до предела натягивая нервы… Корабль мертвецов промчался мимо, разваливаясь на ходу. Его двигатели все еще продолжали работать, унося обломки куда‑то за пределы солнечной системы.
Луч прошел так близко, что Марика отчетливо представила себе, как она поджаривается. Только тогда она сумела оторваться от своей жертвы.
Маленький кораблик находился почти у нее над головой. Марика отпрыгнула, выпустила длинную очередь из винтовки и только потом вспомнила о Великом Темном.
Снова пространство прикосновений наполнилось воплями.
Это был последний из четырех маленьких корабликов основной группы. Марика потянулась проверить, в каком состоянии авангард пришельцев. Эта группа тоже была изрядно потрепана. Три уцелевших кораблика улепетывали по направлению к главному кораблю.
Это победа. Но какой ужасной ценой она далась! Марика потеряла полдюжины Повелительниц.
Главный корабль развернулся, и Марика приказала своим силтам прекратить преследование. Не надо больше жертв.
Пришелец отступал. Сначала он подобрал большой десантный корабль, потом все оставшиеся маленькие кораблики. Корабли поменьше приникли к нему, как щенки к матери.
Марика попыталась взорвать двигатели большого корабля, но не смогла. Слишком много сил уходило на то, чтобы уворачиваться от выстрелов.
Подобрав десант, эсминец рванулся прочь. Марика следила за ним, разинув пасть от восхищения. Какая мощь!
Звездный корабль исчез. Похоже, он действительно нырнул в Ниоткуда. Но образовавшаяся при этом воронка была такой огромной, что Марике показалось, будто Пустота сейчас порвется с ужасным треском. Она даже напряглась в ожидании удара грома. Но здесь, в Пустоте, как всегда царило безмолвие.

2

– На этот раз победила ты, но они еще вернутся, – заявила капитан Джексон. – Теперь они знают все, что хотели.
– Хм…
Марика перешла на односложные восклицания, выдав этим свою неуверенность. Раньше она почти никогда не сомневалась, что справится. Но какой же надо иметь уровень технологии, чтобы создать такую машину, как этот эсминец!
– И на этот раз они будут готовы к битве, Марика! А у меня все еще нет приказа.
– Зачем маленькие кораблики цепляются к большому?
– Экономия. Гиперпространственные двигатели такого класса – штука объемная и очень дорогая. Поэтому меньшие, десантные, корабли оснащены лишь более легкими и дешевыми обычными двигателями. Точнее, войсковыми двигателями высокого класса. Таким образом, эсминец несет на себе десантные боты. А тяжелый крейсер несет на себе несколько средних кораблей, в свою очередь оснащенных десантными ботами.
Марика вздохнула. В душу ее закрадывалось черное отчаяние.
Через четыре дня после бегства эсминца из Ниоткуда вынырнул целый отряд жестоко потрепанных темных кораблей. Марика выслала им навстречу своих Повелительниц.
– Это из нашего мира, – объяснила она Джексон. – Все, кто смог пробиться.
А значит, это были последние Темные Повелительницы в мире, не считая тех, кто был сейчас в полете и еще не знал о постигшем родную планету несчастье.
– Космический темный корабль «Звездный странник» вернулся домой вместе с вашими врагами.
Давно уже Марике не передавали столь плохих новостей.
– На поверхности планеты силты со своим талантом не могут противостоять пришельцам и их техническому оружию.
Общины дрались отчаянно, но почти без надежды на успех. Население планеты отказывало им в поддержке. Даже лояльные братья только делали вид, что сопротивляются людям.
В душе Марика проклинала Всесущего. Она, главная мятежница среди силт, в силу обстоятельств давно уже превратилась в символ их власти. Именно она заставила их объединиться. И как это получилось?
Она уже знала, что скажут прилетевшие из дома Повелительницы. Общины боролись лишь потому, что, как всегда, надеялись на Марику. Она, и только она, могла спасти силт от неминуемой гибели.
Только зачем? Похоже, Всесущий решил раз и навсегда покончить с силтами.
Марика взяла свой деревянный корабль и в одиночестве отправилась в Пустоту, стараясь держаться подальше от звездного корабля, чтобы оставшиеся силты не беспокоили ее своими прикосновениями. Останки Грауэл и Барлог покоились на центральной площадке. Марика не сводила глаз с двух запечатанных урн.
«Грауэл. Барлог. Мы вернулись туда, откуда начинали. Снова нас окружают кровожадные дикари. Только на этот раз позади нет Акарда и помощи ждать неоткуда».
«Это совсем другой случай, Марика. Нынешний враг воюет с одними лишь силтами».
«Верно. Но что такое меты без нас? И долго ли чужаки будут воевать только с силтами?»
Молчание.
Марика носилась по всей системе, пока усталость не заставила ее вернуться домой, но ответа на свой вопрос она так и не получила. Возможностей много, и что‑то ей все равно придется делать, но в любом случае будущее сейчас зависело от капитана Джексон и ее народа.
Марика пробежала по длинному крылу корабля и остановилась возле останков последних Дегнанов.
Выбора нет. Она обещала, а значит, должна. Должна отвезти охотниц домой.

– Это безумие! – воскликнула капитан Джексон, когда собрание закончилось и последняя Повелительница покинула штаб. – Ваше колдовство – ничто по сравнению с мощью флота мятежников! Ради Бога, подожди, Марика!
– Ваш народ не проявляет интереса к тому, что здесь происходит. Ждать не имеет смысла.
– Они сейчас в тяжелейшем положении. Трудно защитить всех, когда мародеры…
– Именно это я всю жизнь и делала. Боролась с мародерами. Многих это огорчало. Нет, нет и нет, мой друг. Я исполню свой долг, пусть даже это приведет к моей гибели. Я обязана это сделать во имя своих погибших друзей, во имя общины, которой нет больше, ради всех силт и простых мет. Я не наблюдаю, я действую. Уж такой меня создал Всесущий. И если мне не удастся победить, я должна по крайней мере пробиться домой и развеять по ветру останки моих охотниц.
Ни одна из Повелительниц не спрашивала Марику, зачем ей это нужно. Они понимали.
– То, что вы зовете калерхагом, – тоже часть этого долга?
Марика осторожно покосилась на женщину. И люди туда же?
– При чем тут калерхаг? Что это вам вдруг пришло в голову заговорить об этом давным‑давно забытом обряде?
– Сомневаюсь, что он забыт. Я не умею разговаривать по‑вашему, но общий смысл разговора все же понимаю. И о калерхаге говорят все чаще и чаще. Особенно часто это делают Помощницы. По‑моему, они намерены совершить массовое самоубийство, если ты проиграешь.
Это что, по наследству им передалось? Калерхаг был забыт уже много веков назад, а недавнее поведение Серк перед лицом неминуемого поражения окончательно этот обряд дискредитировало. И тем не менее силты предпочитают его тем ужасам, которые принесли с собой захватчики.
– Все может быть, – пробормотала она на родном языке. – Если потребуется, можно будет вспомнить и о калерхаге.
Но сейчас не время для этого. Ей предстоит тяжелая борьба, и подобные мысли могут лишь помешать. Думать надо только о деле. Темные корабли уже готовы. Лучшие из лучших, Повелительницы Хенапл, Чериш и Саттер готовы ринуться вперед, вступить на закрытые врагом звездные пути, толкая перед собой трех Великих Темных. Таков был первый этап плана Марики. Сама она при этом собиралась пойти в обход, воспользовавшись одной лишь ей известной тропинкой. Ни у одной из ее Повелительниц не хватило бы силы преодолеть этот путь.
– Где есть жизнь, там есть и надежда. Так говорят у меня на родине.
– Мы, меты, фаталисты и мистики. Символы для нас важнее, чем реальность.
– Но самоубийство…
– Не самоубийство. Калерхаг. Иногда, чтобы взять над судьбой верх, надо лишь отнять у нее намеченную жертву.
Джексон пожала плечами:
– Возможно. Когда‑то наши предки восхищались подобными жестами.
Марика проворчала что‑то и вышла из комнаты. Вся ее команда – три обычные Помощницы, две запасные и резервная Повелительница – уже ждала ее в комнатке для предполетных ритуалов. Вскоре туда набились почти все бывшие на борту силты. Те, кто не поместился, наблюдали церемонию через открытый люк. Люди были достаточно тактичны, чтобы держаться подальше.
Хенапл, Чериш и Саттер давно уже улетели. Отправились в путь и группы поддержки. Почти все меты покинули звездный корабль. С людьми Джексон оставались лишь несколько братьев‑ученых. Марика тоже готовилась к отлету.
Она была уверена, что не вернется.
Гонец от Джексон догнал Марику у самого люка, когда она допивала последние капли золотистого напитка.
– Госпожа, капитан должна поговорить с вами. Подождите.
– Это что, приказ?
Негативное отношение Джексон к планам Марики могло лишь усилить ее отчаяние.
– Нет, но это очень важно.
Марика нашла капитана Джексон в радиорубке. Она сразу поняла, что новости будут плохими.
– Мое начальство наконец‑то заговорило, Марика.
– И вы получили плохие новости, – закончила за нее Марика.
– Прямо скажем, не слишком хорошие. Произошла смена правительства.
Что такое «правительство», Марика не понимала до сих пор.
– Флоту приказано не предпринимать никаких самостоятельных действий, пока государство не стабилизируется и не установит новые принципы внешней политики. Я имею право только защищаться, если кто‑то меня атакует.
– Могло быть и хуже.
Джексон вопросительно подняла бровь.
– Вам могли приказать напасть на нас.
Марика вылетела из радиорубки и поспешила вернуться к своей команде. Чтобы успокоиться, она вынуждена была проделать на ходу несколько древних упражнений.
Итак, она осталась одна.
Что ж. В Пустоте ей некогда будет думать о предательстве.

3

Марика гнала темный корабль так быстро, как только могла. Для начала она проверила, как справились со своими заданиями Хенапл, Чериш и Саттер. Тут все было в порядке. Десантные корабли, караулившие звездные миры‑остановки, медленно плыли прочь. Вопли‑прикосновения умирающих людей еще не стихли. Марика зарычала. Теперь она была понатской охотницей. Сердце ее было вырублено из камня, а по клыкам стекала кровь врагов. Зубы – последнее оружие меты.
Марика собрала призраков для прыжка и нырнула в Ниоткуда. Теперь надо как можно быстрее пройти длинный секретный путь. Во всяком случае, первая часть ее плана себя оправдала. Теперь оставалось самое главное.
Марика должна была появиться около родного солнца первой, прихватив с собой Великого Темного из другой звездной системы. Вскоре после нее должны были вынырнуть из Ниоткуда Хенапл и Чериш, каждая со своим Темным. Саттер прилетит последней и возьмет на себя огромного призрака из родной системы. С четырьмя такими монстрами они уничтожат всех, кто встанет им поперек дороги.
Марика гнала изо всех сил, вызывая протесты команды. Отдыхала она лишь когда без этого нельзя было обойтись и все время была чем‑нибудь недовольна. Как следует отдохнуть Марика позволила себе только на расстоянии одного прыжка от дома. Но сначала ей пришлось уничтожить охранявший планету десантный корабль.
Теперь все зависело от синхронности действий ее подчиненных. К этому времени все Повелительницы должны уже были занять свои позиции. Если они опоздают к назначенному сроку, ее следующий шаг приведет к катастрофическим последствиям.
Пора.
Во время перехода Марика уже не нервничала. Ожидание кончилось, и страх сменился возбуждением. Она покрепче ухватила своего Великого Темного. Вперед!
На краю солнечной системы Марика на мгновение остановилась. Жаль, что нельзя проверить, на месте ли остальные. Но Серк на борту «Звездного странника» наверняка заметят появление лишнего Темного.
Она снова скользнула в Ниоткуда, зафиксировав в сознании образ Клыка. Луну можно будет использовать как щит. Ну все, пора выныривать.
От изумления Марика чуть было не выпустила Великого Темного.
Пространство вокруг планеты буквально кишело пришельцами. Не один, а несколько их кораблей были теми самыми тяжелыми крейсерами, о которых говорила капитан Джексон.
Заметили ее мгновенно. Эфир будто взорвался.
Марика швырнула своего призрака в один из огромных кораблей, а сама постаралась прижаться как можно ближе к Клыку. Она спряталась в тени всего в нескольких ярдах от голой каменистой поверхности планеты. Смертоносные лучи пронизали ночь, но ни один из них не прошел даже рядом с Марикой. «Звездный странник» двинулся в ее сторону, продолжая посылать пришельцам панические сообщения.
Великий Темный столкнулся с огромным кораблем. Корабль погиб. «Да их там тысячи», – подумала Марика, услышав агонию чужаков. Беззвучный вопль был таким сильным, что даже люди его почувствовали, пусть на подсознательном уровне. А реакции у них плохие. Медленные реакции. Марика рванула к себе Великого Темного и обрушила его на излучавший панику «Звездный странник».
Корабль Серк исчез. Марика даже удивилась. Надо же, оказывается, эти старые ведьмы не боятся уходить в Ниоткуда так близко от планеты!
Она покрепче ухватила своего призрака и запустила им в самый большой из кораблей пришельцев, какой только смогла найти.
На поверхность Клыка обрушилось пламя, расцветив алым обычно серый ландшафт. Повсюду вспыхивали десятки огненных шаров – это взрывались ракеты, так и не нашедшие своей цели. Деревянный темный корабль не так‑то просто обнаружить.
Марика занялась третьим большим кораблем.
Очередной огненный луч прошел совсем близко от ее корабля. За ним второй, третий… Возможно, это были выстрелы наугад, но угадали пришельцы неплохо.
Где‑то на самом краю системы появился еще один Темный. Прекрасно. Это значит, что прибыла одна из Повелительниц.
Но где же «Звездный странник»?
Еще одно огненное копье прошло всего в нескольких ярдах от Марики, а очередная ракета взорвалась так близко, что облако испарившегося газа покачнуло темный корабль. Со всех сторон к Марике неслись маленькие десантные кораблики.
Марика обрушила Великого Темного на очередной корабль, а потом собрала призраков поменьше и нырнула в Ниоткуда. В этот самый момент рядом с ней взорвалась очередная ракета. Марика на миг потеряла ориентацию и выпустила Темного. Когда она пришла в себя, он уже удрал.
Выругавшись, Марика прижалась к поверхности луны, на этот раз – Гончей.
На дальнем краю системы появилась еще одна черная тень. Теперь уже скоро.
А «Звездного странника» все нет и нет.
Марика поймала большого призрака и с его помощью повредила двигатель одного из спешивших к Клыку средних кораблей. Он промчался мимо луны и дальше, по направлению к планете. Этот враг уже не опасен. Развернуться он не сможет. Марика бросила его на произвол судьбы и обрушила своего призрака на следующий корабль. Ему она тоже сожгла двигатель.
Все столпившиеся у Клыка корабли повернули к ней. Марика испортила третий двигатель, а затем снова исчезла и вынырнула у самой планеты, внутри орбит самых маленьких лун. Теперь ей уже не удрать через Ниоткуда.
Она начала спуск. Лучше разобраться с останками охотниц сейчас, пока враг не пришел в себя после ее ударов.
Последняя ее жертва врезалась в Гончую, осветив ночь огромным огненным факелом.
Корабли пришельцев метались туда‑сюда в тщетных попытках ее обнаружить. Эфир заполнили громкие крики и проклятия. Марика не переставала удивляться числу и размерам вражеских кораблей. Пока что ей даже не удалось причинить им заметного ущерба. Может быть, это весь их флот?
«Звездный странник» вернулся – Марика почувствовала, что Серк ищут ее. В ту же секунду оба Великих Темных обрушились на врага. А через две минуты появился и третий. Один из них напал на Серк, и те снова вынуждены были сбежать.
Скоро появятся и остальные Темные Повелительницы.
Но Марике некогда было следить за ходом битвы. Она опускалась вниз так быстро, как только могла, и все же недостаточно быстро. Силты с поверхности передали, что люди подняли в воздух самолеты и намерены перехватить ее.
Не обрывая контакта с предупредившими ее сестрами, Марика направила темный корабль к восточному побережью Нового континента.
Новости были ужасными. В живых осталась лишь малая горстка силт. Большинство из них разбежались и прятались теперь среди простых мет, прикидываясь безработными и бывшими крепостными. Чужаки держали все под контролем и, судя по всему, уже собирались отвернуться от своих союзников Серк.
Предатели! Братья – они и есть братья.
На высоте две тысячи футов Марика почувствовала приближение вражеских самолетов. Она швырнула в них сразу несколько призраков. Самолеты попадали вниз. Вот самонадеянные идиоты! Ни один из звездных кораблей, ни один из самолетов пришельцев не был оборудован излучателем защитного поля.
А может, они о нем просто не знали. Возможно, Серк рассчитывали, что Марика и люди уничтожат друг друга, а им достанется вся добыча.
Марика спустилась вниз и понеслась к берегу, ведя корабль низко над поверхностью воды. Свинцовые волны были покрыты пленкой горящего топлива. Один из поврежденных ею кораблей с воем падал вниз.
Битва в Пустоте была в самом разгаре. Пока все шло неплохо. Три огромных призрака поколебали уверенность пришельцев в победе. А несколько минут назад появились идущие в арьергарде остальные темные корабли.
Но все они – увы! – были металлическими.

4

Впереди показались береговые утесы – толпа гигантов, по колено скрытых в тумане. Земля за ними пестрела пятнами зелени. Марика была довольна. Во время ее последнего визита земля в этих местах была покрыта пятидесятифутовым слоем льда. Что бы там ни было, зеркала работали.
До Поната было еще далеко. Как быстро ни мчалась Марика, ночь подступала еще быстрее. Не успела Марика добраться до земли своих предков, как уже стемнело. Показавшиеся из‑под стаявшего снега вершины холмов и мертвые леса отбрасывали резкие тени в лунном свете. Марика сбросила скорость. Теперь надо было найти стойбище.
Самолеты противника не оставляли попыток обнаружить Марику. Но ни один из тех, кому это удавалось, так и не долетел до своей цели.
Ледник изменил местность до неузнаваемости. Раньше все холмы были покрыты густым лесом, а теперь стояли голые, как потерявшие шерсть дряхлые меты. Марике даже показалось, что она прилетела куда‑то не туда.
Но оказалось, что ошибки не произошло. Марика просто забрала слишком сильно к западу. Внизу показалась излучина, где стоял когда‑то Акард. Ледник не оставил от крепости никаких следов. Как все‑таки ничтожен труд мет по сравнению с медленным натиском природы. Марика повернула на восток.
Стойбище она отыскала на удивление легко. Она узнала это место даже не глазами, а каким‑то внутренним чутьем. Перед глазами Марики пронеслась вся ее здешняя жизнь. Как же так вышло, что из той наивной щены выросла жестокая, хладнокровная силта, сильнейшая из Темных Повелительниц?
Марика тряхнула головой, заставляя себя отвлечься от воспоминаний. Она подплыла поближе к бывшему стойбищу и зависла на высоте пятидесяти футов над ним. Потом перешла на центральную площадку и достала урны с прахом Грауэл и Барлог.
Не выпуская их из лап, она подняла взгляд к небу. Там, в Пустоте, продолжалась жестокая битва. Марика открыла Душу Всесущему.
Половина ее Повелительниц уже погибла. И одной из погибших была Саттер, а ведь никто, кроме нее, не мог справиться с Великим Темным. Но те, кто остался в живых, продолжали сражаться.
Враги тоже понесли большие потери. Десятки погибших звездных кораблей бесцельно неслись в разные стороны, запутывая и без того сложную картину битвы. Несмотря на высокий уровень технологии пришельцев, шансы у обеих сторон оставались равными. Хенапл и Чериш, памятуя слова капитана Джексон, старались запугать людей, уничтожая средние корабли, те, что могли унести десантные боты прочь из этой системы.
Возможно, это не самая мудрая тактика. Но теперь уже ничего не изменишь. Пусть продолжают.
Марика легонько прикоснулась к далеким Повелительницам, показывая, что скоро она вернется.
Она распечатала урны и запела давно забытую поминальную песнь. Ветер разносил над землей частицы пепла. Это был древний ритуал Оплакивания, ритуал, который Марика давно обещала своим охотницам и всем погибшим Дегнанам.
– Я сдержала свое обещание, – прошептала она, обращаясь к душам охотниц. – Теперь мы в расчете. Прощайте. Я молю Всесущего, чтобы в иной жизни мы с вами охотились вместе.
С юга и с запада приближались самолеты врага. Еще один кружил над далеким морем в надежде, что Марика будет подниматься там же, где приземлялась. В Пустоте тоже думали только о ней. Серк уже почти выследили ее темный корабль.
Марика разбросала остатки пепла, поспешила сказать охотницам последнее «прости» и вернулась на место Повелительницы. Она была довольна. Последнее обещание выполнено. Теперь она может вернуться к своим силтам и, если надо, погибнуть вместе с ними.
Старшая Помощница пустила по кругу кубок с золотистым напитком. Марика решила, что силы необходимо подкрепить. Годы брали свое, и уставала она гораздо быстрее, чем раньше. А жертвовать собой понапрасну не хотела. Она пока не считала, что другого выхода нет.
«Готовы?»
Вся команда ответила утвердительно. Некоторым из них, похоже, не терпелось попасть к Всесущему. Они были уверены, что погибнут – либо сейчас, в битве, либо потом, после неминуемого поражения. Последняя церемония – и все будет кончено. Глупость какая!
Марика быстро разделалась со всеми самолетами – часть из них упала на сушу, часть в море. Потом она поспешила подняться, а наверху, даже не выйдя за пределы атмосферы, передала управление кораблем резервной Повелительнице.
Дотянувшись до Великого Темного, Марика рванула его к себе. Бывший союзник не хотел признавать ее, но она была сильнее. Марика крепко ухватила его и открыла душу Всесущему, чтобы увидеть, как идет сражение.
Дела были довольно плохи. Хенапл погибла. У Чериш осталось всего две Помощницы, поэтому она не могла одновременно управлять кораблем и направлять действия своего Темного. Некоторые силты уже улепетывали по направлению к далекому звездному кораблю, который они считали своим домом.
Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, чем кончится эта битва.
«Звездный странник» уже показал людям деревянный темный корабль.
И тогда Марика обрушила своего огромного призрака на «Звездного странника». Серк завопили и нырнули в Ниоткуда, но не настолько быстро, чтобы не почувствовать черного дыхания смерти. Марика ждала, стараясь не прозевать возвращения Серк, благо отвлекаться на управление кораблем ей было не надо. В момент, когда «Звездный странник» вынырнул снова, она обрушила на него Великого Темного еще раз. Серк опять удрали. Их следующая попытка вернуться окончилась точно так же. А после пятой атаки они уже не смогли собрать призраков, чтобы вовремя нырнуть в Ниоткуда.
Марика на всякий случай еще раз прикоснулась своим призраком к кораблю Серк, чтобы быть уверенной, что те уже не оправятся. А потом оставила их в покое. Пусть поразмыслят о своем положении. Пусть поволнуются, подумают, а станут ли новоявленные союзники их спасать, или так и бросят умирать в нескольких тысячах миль от родного мира, который они чуть было не захватили в свои лапы.
Чужаки продолжали стрелять по деревянному кораблю, хотя Чериш героически пыталась отвлечь их на себя. Марика обрушила своего Темного на преследователей. Ее атака застала людей врасплох. Через несколько минут они бросились врассыпную.
Несмотря на очевидное преимущество, несмотря на то что исход борьбы уже складывался в их пользу, люди устремились прочь от планеты. Прощупав пространство, Марика поняла, что они уводят из опасной зоны все корабли, способные совершить прыжок. Десантные кораблики они решили подставить под удар.
Она могла погибнуть. Легко могла потерпеть поражение. Но вместо этого она выиграла великую битву для народа капитана Джексон. Если, конечно, те люди сумеют воспользоваться сложившимся преимуществом.
Марика вывела корабль за переделы атмосферы, хотя пришельцы продолжали стрелять в нее и запускать ракеты. Две из ее Помощниц погибли – пришлось раньше времени брать на себя управление темным кораблем. Она спрятала его в тени одной из малых лун, потом перескочила к другой. Половина ее сознания была занята Великим Темным, вторая половина – поисками призраков, необходимых для прыжка в Ниоткуда. Марике хотелось выбраться на открытое место, где будет больше пространства для маневра.
Но призраков не хватало. Сбежавшие Повелительницы унесли с собой почти всех Сущих. Придется подождать, пока не налетят новые.
Марика перепрыгивала от одной маленькой луны к другой. Иногда она пряталась за обломками погибших кораблей или даже сама притворялась таким обломком. Ей удалось уничтожить больше десятка десантных корабликов. Их экипажи отправились прямехонько к своему странному создателю. Медленно, но верно Марика отползала все дальше от родной планеты. И Всесущий не оставлял ее, хотя она давно уже готова была рухнуть от усталости.
Чериш погибла. Ее душа отделилась от тела с последним вскриком‑прикосновением, передавая Марике, чтобы она возвращалась на звездный корабль и готовила там новое наступление. Среди звезд еще бродили Повелительницы, не знавшие о случившемся несчастье. Их надо было разыскать, научить обращаться с Темными и с новыми силами закончить начатое здесь дело.
Марика благодарно прикоснулась к душе Чериш, и та растаяла, сливаясь с Всесущим. Чериш. Единственная силта, которая, подобно самой Марике, никогда не сдавалась.
Марика собрала призраков.
Она осталась одна. Единственный темный корабль во всей системе, не считая, конечно, «Звездного странника». Чужаки повернули назад. Даже те их корабли, которые только что улепетывали, теперь возвращались, чтобы убить ее.
Марика в последний раз обрушила на них Великого Темного, а потом нырнула вместе с ним в Ниоткуда. На расстоянии в сто миллионов миль она вынырнула и стала ждать.
Но люди не пришли. Видимо, они ее потеряли.
Тогда Марика попросила старшую Помощницу еще раз напоить команду золотистым напитком. Подкрепив силы, она снова прыгнула и вынырнула всего в четырех милях от «Звездного странника» и окружавшей его стаи маленьких десантных корабликов.
«Прощайте, старые ведьмы! – передала она Серк. – Прощайте, вечные мои враги. Вы снова проиграли».
Она швырнула Великого Темного и с удовольствием слушала предсмертные вопли Серк, пока лучи вражеских пушек не прошли так близко, что одна из Помощниц завопила так, будто у нее горела шерсть.
Только тогда Марика нырнула в Ниоткуда. Она решила возвращаться тем же путем, каким прилетела сюда.

Глава восемнадцатая

1

За все хорошее приходится платить, и за любой удачей следует полоса неудач. Но то, с чем столкнулась Марика, когда через неделю после своего бегства из родного мира добралась до звездного корабля, было уже не неудачей, а полной катастрофой.
Пришельцы опередили ее. В системе находился тяжелый крейсер и куча выпущенных им десантников разного размера. Очевидно было, что многие усталые Повелительницы уже встретили здесь свою смерть.
Марика тоже страшно устала. Устала от убийств, от нескончаемой борьбы… И все же она прыгнула. Вынырнув из Ниоткуда так близко к своему звездному кораблю, что ее просто не могли не заметить, Марика с ужасом убедилась, что атака пришельцев превратила его в кучу металлолома. Все корабли экспедиции капитана Джексон были в том же состоянии. В системе не осталось ничего живого, кроме разве что обитателей колонии. Марика прикосновением исследовала обстановку на планете. Там оставалось всего несколько силт и ни одной Темной Повелительницы.
Марика подтащила к себе местного Великого Темного, разделалась с командой крейсера и улизнула в Ниоткуда, не дожидаясь, пока заметавшиеся в панике десантные кораблики ее обнаружат. Но в той звездной системе, где она вынырнула, ждал в полной боевой готовности еще один крейсер. Марика не стала ввязываться в битву. Она хотела только одного – отдохнуть.
Но и во втором, и в третьем мире было так же опасно. Запас золотистого напитка подходил к концу, а Марика так и не нашла, где бы ей отдохнуть. Помощницы слишком давно находились в Пустоте. Их силы были на исходе.
В запасе у нее оставался только один мир. Находился он на дальнем конце облака, и найти его было трудно. Это была одна из находок Хенапл. Марика решила тогда, что если она потеряет звездный корабль, то укроется именно в этом мире. Все ее силты знали об этом.
Но выдержат ли они такой долгий переход?
Долететь Марика все‑таки долетела, но спуститься сама уже не могла. Ей помогли это сделать те немногие силты, которые добрались до укрытия раньше нее. Оказавшись на земле, Марика рухнула без сил. Как в тумане доносились до нее голоса испуганных силт. Они всерьез боялись потерять ее.
Время от времени Марика приходила в себя только для того, чтобы глотнуть бульона и снова впасть в забытье. В бреду ей казалось, что она снова спорит с Грауэл и Барлог, с Багнелем, Градвол, Килдзар или даже с Каблином. А когда до ее слуха доносились яростные споры обитательниц импровизированного лагеря, она думала, что это тоже бред.
Однажды Марика даже вышла, шатаясь, из своей палатки. Она высмеивала и проклинала всех своих силт за то, что они поддаются отчаянию. Но никто не понял слов понатского диалекта, которые выговаривал ее заплетающийся язык. Марика потеряла сознание раньше, чем сумела заставить их понять. А они положили ее обратно на подстилку и вернулись к своим пораженческим разговорам.
Чуть погодя в палатку зашла какая‑то Повелительница и сообщила о появлении еще двух темных кораблей.
– По‑моему, вы страдаете не просто от усталости, госпожа, – прибавила она. – Жаль, что с нами нет ни одной сестры‑целительницы.
Марика попыталась подняться.
– Я не больна! Мне некогда болеть!
Повелительница заставила ее улечься обратно.
– Уставшее тело сильнее подвержено болезни, госпожа. Отдыхайте.
– Я в жизни никогда не болела. Ни единого дня!
– Вот и хорошо. Вы сильны духом, госпожа, а значит, быстрее поправитесь.
Что ж, возможно. А может быть, эта болезнь – на самом деле болезнь духа. Когда лежишь без сил, поневоле начинаешь размышлять. А размышления Марики все больше были невеселыми. Джиана. В самом деле Джиана. Как возмущалась она в молодости, когда ее так называли! А ведь это правда. Силты просто чувствовали исходящий от Марики запах смерти. И больше она не могла делать вид, что все это – только бредни сумасшедших старух. Хотела этого Марика или нет, рок все равно шел за ней по пятам.
Даже теперь она пыталась отбросить эту мысль. Но от правды не убежишь. Она всегда несла гибель тем, кого любила, и за спиной ее оставались лишь кости мертвых и руины сожженных городов. А теперь вот еще и мертвые планеты.
Лучше было ей погибнуть тогда, в Понате, вместе со своей стаей. Или ее могли бы убить Грауэл и Барлог, когда она впервые показала им, на какие ужасы способна. Ей вообще лучше было бы не появляться на свет. Ей или Каблину.
А сестры все спорили и спорили без конца. То они хотели продолжить борьбу с захватчиками, то приходили к выводу, что это безнадежно. В один из моментов просветления Марика тоже внесла свою лепту в эти бесконечные разговоры. Она уже многое успела обдумать.
– Поздно, – сказала она. – Мы с вами устарели, сестры. Силты обречены с того самого момента, как Серк впервые столкнулись с людьми. Мы можем бороться, но это нам уже не поможет, как не помогло Серк после того, как мы их нашли. Сколько у нас темных кораблей? Восемь? Девять? И вы думаете, что такими силами мы можем изменить судьбу? Конечно, нет. Так зачем же тогда пытаться? Дома мы никому не нужны. Наше время прошло, и все меты повернулись к нам спиной. Мы изгнаны, и мы осиротели.
Силты слушали Марику молча. Так подобает внимать словам Верховной жрицы. Но почтение только раздражало Марику. Она считала, что не заслужила такого к себе отношения.
– Вы поняли? Мы силты. У силт нет будущего. Выживем мы или нет, все равно у нас не будет наследниц. И родной мир, и колонии навеки потеряны. Размножаться мы не можем. Новичков набирать нам негде. Мы – последние из племени силт. Поймите это. По сл ед ни е. Свидетельницы ушедшей эпохи. И если мы продолжим борьбу, это не пойдет на пользу ни нам, ни нашему народу. А если посмотреть на вещи более широко, то станет понятно, что мы можем только навредить. Мы должны оставить народ в покое. Оставить мятежникам и чужакам. Не надо мучить их дольше – им и так надо будет прилагать все усилия, чтобы выжить.
И Марика без сил опустилась на голый камень. Никто из сестер не стал ей перечить, хотя с точки зрения силт эта речь была чистой ересью. Марика с трудом перевела дыхание.
– Что ж, хорошо. Давайте трезво оценим свое положение. Я сомневаюсь, что мы сможем долго продержаться. Нам просто не хватит припасов. Так что все решения придется принимать с учетом этого факта. Мне нужны добровольцы. Кто из вас согласится тайком слетать в родной мир и передать весть о том, что Джиана поведет силт навстречу неминуемой гибели?
Молчание было ей ответом.
– Все мы должны быть посланницами рока, – предложила Марика. – За работу, сестры! Посмотрим, что у нас есть и хватит ли нам этого, чтобы восстановить силы.
И силты принялись за работу. Они тихонько перешептывались, обсуждая, не сошла ли Марика с ума. Ибо даже те сестры, которые выступали прежде против борьбы, надеялись, вероятно, что их переубедят. И теперь им было непонятно, что же стало с неутомимой Марикой, с той, что никогда и никому не сдавалась. Куда делась первобытная охотница, дикая ведьма, давно уже превратившаяся в символ всего консервативного, что было у силт?

2

День, который Марика выбрала для последней церемонии, был памятным. Именно в этот день много лет назад кочевники, проломив частокол, ворвались в стойбище Дегнанов. Как давно это было! Марике трудно жилось все эти годы, но жизнь в Понате – даже в мирном Понате – была бы еще труднее. Вряд ли она дожила бы до таких лет, если бы не стала силтой.
Совершить обряд Марика решила на дальнем краю облака, где мириады звезд все еще ждали своего исследователя. Вновь увидав их серебряную россыпь, она вздрогнула и печально вздохнула. Как много она потеряла из‑за того, что была Марикой! Такой талант – скорее проклятие, чем дар Всесущего. Более слабые Повелительницы могли летать где хотели в поисках новых открытий и чудес. А она – нет.
А еще эти бесчисленные звезды напомнили ей о Багнеле и об их несбывшихся мечтах. Эта новая печаль лишь усилила все предыдущие. А Марике так не хотелось вспоминать о своих горестях. Сейчас не время для этого. Скоро, очень скоро она встретится с Багнелем.
«Собираемся».
Один за другим девятнадцать огромных кинжалов подплыли поближе и почти уткнулись остриями в темный корабль Марики, образовав что‑то вроде головки чертополоха. Все корабли были заново вычищены, и колдовские знаки на их бортах блестели в свете мерцающих звезд.
Девятнадцать космических темных кораблей. Все, что осталось у силт. Марика собирала их много месяцев. Ни один не пропустила. И если не считать тех немногих, кто сумел спрятаться среди рабочих, здесь собрались все оставшиеся в живых силты. Во всяком случае, все, кто когда‑либо выходил в Пустоту. И прилетели они сюда по собственному выбору.
Джиана. Ну кто она, если не Джиана?
Неподалеку висел в пустоте маленький серебристый шарик. Это был почтовый бот, захваченный и перепрограммированный специально ради этого дня. Он должен был записать все, что здесь произойдет, и отнести записи в родной мир, метам. И пусть их потомки, те, кто будет жить в иную эпоху, навеки запомнят этот час.
Вот, наверное, обрадуются уцелевшие мятежники, когда расшифруют сообщение!
Гигантский чертополох медленно плыл среди звезд. Марике стало страшно. Боялись и остальные сестры. Но поворачивать назад было уже поздно. Все было рассчитано так, чтобы в последний момент никто не смог переменить решения. Золотистый напиток кончился.
«Пусть те, кто знает Песнь, споют ее. И да услышит нас Всесущий. Последний обряд начался».
Несмотря на все разговоры о калерхаге, никто из сестер понятия не имел, как на самом деле должен проходить этот обряд. Слишком много веков прошло с тех пор, как он вышел из моды. Но обрывочные представления были почти у всех, и девятнадцати команд хватило, чтобы восстановить весь ритуал.
Марика рассеянно делала все, что от нее требовалось. Прикосновения всех силт слились в общую ауру, ослабляя страх. Чем‑то все это напомнило Марике обряд Тогар, который ей пришлось в свое время пройти, чтобы стать истинной силтой.
Калерхаг. Последний обряд. Самый древний из силтских обрядов, зародившийся в неведомые доисторические времена. С его помощью можно было выразить многое. А сейчас силты просто уходили с дороги, оставляя мир тем, кто моложе. Так поступали их предшественницы испокон веков.
Конечно, Марика не думала, что закончит свою жизнь таким образом. Но в сложившейся ситуации подобный выход был лучшим для мет. Гораздо лучше с почестями проводить старое, чем, подобно Серк, пытаться восстановить его, неся своему народу лишь смерть и разрушения. Пусть меты живут по‑новому. Пусть делают все, что могут, чтобы выжить в изменившихся условиях. Им и так будет тяжело – кругом враги, да и народ капитана Джексон наверняка в конце концов захочет разобраться со своими мятежниками.
Аура ширилась, и Марика наконец‑то обрела душевный покой. Она вдруг поняла, что желает удачи тем, кто остался. Гнев и ненависть исчезли вместе со страхом. Теперь она могла простить своим врагам почти все их прегрешения.
Ей вдруг стало интересно, испытывал ли Каблин подобные ощущения в свои последние минуты.
Окружавшее силт золотое сияние начало медленно таять. Дыхание Всесущего слегка шевелило их мех. Еще несколько мгновений, и тьма сомкнулась над ними. Марика, дочь дикой охотницы Скилдзян, величайшая из всех силт, когда‑либо живших на этом свете, тихо вернулась в объятия Всесущего. Битвы ее отгремели. Последняя мысль Марики была о том, встретит ли ее Багнель там, за краем Тьмы.

3

Механический вестник отправился в путь.
Девятнадцать темных кораблей медленно плыли вдоль края облака, постепенно удаляясь друг от друга. Они потеряны навсегда, но память о них будет жить вечно. Так создаются легенды.
А легенда гласит, что Марика не умерла. Она всего лишь спит, но, когда настанет для мет самый черный час, она проснется, смажет свою верную винтовку и нанесет на шкуру свежие краски. Из сердца черной Пустоты вынырнет ее деревянный корабль с колдовскими знаками на борту. И враги мет побегут перед ней, как гонимые бурей осенние листья.
Так окончилась Древнейшая Эпоха.